Чтение онлайн

Девицы переступили порог.

— Тоня, — представилась Андрею одна.

— Лена, — сделала книксен другая.

— Вы это... — Леха выглядел растерянным — Проходите в комнату. Мы сейчас пива принесем.

Девицы направились в комнату, ребята шмыгнули на кухню

— Кто это? — прошептал Андрей.

— Не помню? — шепотом ответил Леха.

— Как не помнишь?!

— А вот так! Вроде видел где-то, а может, приходили когда-то. Но, наверное, очень давно. Да какая разница?

— Слушай, Леш, здесь что-то не так! — забеспокоился Андрей.

— Да ну тебя! — Алексей сунулся к холодильнику.
– Хорошо,

что пиво еще осталось.

Андрей повертел в руках неуместный нож, положил на стол.

— Ле-ша! — донеслось из комнаты. — Ты где?

— Идем, идем! — засуетился хозяин, прижимая к груди бутылки. — Сейчас идем... Что ты застыл, как истукан? Помоги!

— Да я вот...

— Ну!

Андрей вздохнул и покорился судьбе...

Ночью Андрею приснился жуткий сон. На фоне пылающих коробок стоял Гриша, грустно смотрел и уныло бубнил:

— Андрюха, как ты мог? Ты же программист!

Андрей пытался оправдаться, но слов не находил, и, в конце концов, Григорий запустил в него большим оранжевым апельсином.

Андрей проснулся в холодном поту. Ему вдруг почудилось, что рядом лежит попутчик в своей скользкой зеленой куртке. Андрей пошарил рукой и успокоился — все было нормально. Снова навалился тяжелый сон.

— Андрюха-а! — завывал Гриша. — Ты же программист!

— А, чтоб тебя... — пробормотал Андрей и опять зашарил рукой. Но рука не встретила ничего такого, что могло бы успокоить израненную душу.

— Леха! — взвизгнул Андрей испуганно.

— Что? Что такое? — донеслось с дивана.

— А где Тоня с Леной?

— Откуда я знаю. Ушли, наверное. Спи. Рано еще. Хррр...

Андрей ошалело крутанул головой. За окном светало.

Наступившее утро не шло ни в какое сравнение со всеми предыдущими. Если зарядиться лицемерным оптимизмом спортивных комментаторов и назвать первое похмельное утро в «Локомотиве» неудачной разминкой, то даже в этом случае сегодняшнее утро пришлось бы признать полным поражением. Спортсмены лежали каждый в своем углу и пытались вести диалог.

— Бу-бу-бу-бу, — озабоченно доносилось с дивана.

— Аа... — легкомысленно слышалось с матраца на полу.

— Тебе когда на занятия?

— А ну их...

И все-таки спортсмены поднялись. Охая и морщась, испили горячего кофейку и побежали каждый на свою дистанцию: Леха — в научную лабораторию, Андрюха — в отель.

В отеле Андрей застал неожиданную картину. Вместо того, чтобы находиться на занятиях, трое его друзей разучивали сценку из трагикомической пьесы собственного сочинения.

Виктор сидел в кресле и, обхватив голову руками, страдальчески раскачивался. Вероятно, ему досталась роль убитого горем отца. Неразумные сыновья стояли посреди комнаты в позе боевых петухов. Взъерошенный и красный Гриша напротив злющего Николая. Судя по всему, репетиция продолжалась давно.

— А ну повтори! — угрожающе требовал Николай.

— И повторю! — задиристо отвечал Гриша.

Андрей, облокотившись о дверной косяк, режиссерским глазом определил, что игру еще можно подправить

— Ну, что тут у нас? — вздохнул он и вошел в комнату.

— Скажи ты

им! — умоляюще возопил Виктор.

— Скажу, — пообещал Андрей и сел на кровать. — Рассказывайте.

Ему, понятное дело, хотелось спать, но ребята начали рассказывать, и Андрей позабыл про сон. Как оказалось, прошедшая ночь была полна приключений не только у Андрея.

После того, как Андрей ушел, ребята сидели в комнате, трепались, скучали. Время от времени Виктор или Николай выглядывали в окно — ждали Андрея. И вот...

Слово взял Гриша.

— Я вдруг почувствовал, что со мной опять что-то неладное, будто помутнение какое. Кажется, вот-вот, и снова хлопнусь, как там, возле пельменной.

– Мы это заметили, - подтвердил Виктор. Григорий глаза закатил, побледнел и стал пальцами шевелить. Вот так..

— Да, — вставил Коля, - Мы не знали, что и подумать, пока я в окно не посмотрел.

Когда Коля выглянул в окно, то увидел старого знакомого. Но не одного, как обычно, а в компании двух таких же хмырей. Правда, Николай решительно утверждал, что эти двое были явно из другой команды — обычные любители «раздавить» на троих. Они, видать, уже где-то «раздавили» и теперь хотели еще, а попутчик отнекивался, говорил, что хватит, и вообще старался от них отделаться.

— Я на балконе спрятался, — пояснил Николай. — А они внизу стояли. Так что кое-что я слышал.

Попутчик, по словам Николая, был как бы на автопилоте. Видимо, непривычный к алкоголю, случайно попал в компанию двух бичей, которые его угостили, а теперь требовали продолжения микста.

—Такое впечатление, - продолжал Коля, — что эти бичи за ним сюда увязались. Он, наверное, к гостинице шел, а им все рано куда.

В конце концов, убедившись, что от них так просто не избавишься, попутчик отпихнул обоих и бросился бежать. К стадиону зигзагами. Но дружки догонять не стали. Стояли внизу, бранились, махали руками. Потом вышла рыжая администраторша и прогнана обоих.

И вот тут началось самое интересное.

— Мы с Колей на балконе стояли, — вступил в разговор Виктор. — Смотрели. Вдруг видим — Гриша! Из гостиницы как выскочит, да как побежит! Мы ему кричать, а он еще пуще. Ну мы за ним.

Андрей взглянул на Григория. Тот пояснил:

— Я догнать его решил и разобраться. Ведь надоело!

— Мы, значит, за ним, — повторил Виктор. — Но куда там! Добежали до остановки. Я — налево, Коля — направо. Потом встретились. Всю ночь бегали по городу; искали, а когда вернулись в гостиницу, он, оказывается, спит себе!

Коля собрался что-то сказать, но Андрей перебил:

— Гриша, расскажи ты.

Григорий, хмуро глянув на Николая, начал:

— Ну... в общем, засек я его. Оторвался он, значит, от тех двоих и дальше шагом пошел. Пошатывался, останавливался, руку ко лбу прикладывал. Я хотел подойти, но не смог — плохо становилось. Не так, как у пельменной, а чуть-чуть. Он же выпивши был, ну и на меня послабее действовал. В общем, я дистанцию держал...

По словам Гриши, попутчик, побродив по улицам, зашел в какой-то сквер и сел на лавочку — то ли решил поспать, то ли отдохнуть. Григорий, держась на безопасном расстоянии, затаился в кустах. Пытался приблизиться, но всякий раз в голове начинало потрескивать. Попутчик же, казалось, не мог усидеть на месте. Крутил головой, дергался, вскакивал, но тут же снова падал на скамью.