Искатель приключений
Шрифт:
– За что?
Фредерик опустился на песок возле нее, глядя на неспокойный океан.
– Я должен был приготовиться к появлению спасателей.
– Знаешь, мне тоже не мешало бы об этом подумать. Поверь, я тебя ни в чем не виню. – Элизабет говорила правду: ей такое и в голову не приходило. Если и стоило кого-то в чем-то там упрекать, то лишь себя одну. – Возможно, вертолет быстро покинул территорию из-за надвигающейся грозы, – задумчиво предположила она.
Фредерик считал, что облет острова был достаточно продолжительным, но не произнес этого вслух. Надо срочно
Наконец Элизабет взглянула на Фредерика. Его голова находилась на уровне ее бедер. Волосы мужчины разметал ветер, и было видно, что рана поджила, а опухоль спала. Ей так захотелось прикоснуться к его волосам, что она с трудом сдержалась.
Вокруг все потемнело.
– Дождь пошел, – заметила Элизабет со вздохом. – Надо укрыться под деревьями, а то промокнем до нитки.
Они поспешили в лагерь. Сильные струи звонко били по пальмовым листьям. Начинался ливень.
Элизабет заползла в укрытие, которое он соорудил для нее.
– Иди сюда, – позвала девушка. – Здесь хватит места для двоих, если мы будем сидеть.
– Ничего, я не сахарный.
– Не спорь, Фредерик. Я не могу видеть, как ты мокнешь под дождем.
В голосе ее звучала досада, и он повиновался, быстро забравшись в крохотный шалаш, рассчитанный лишь на одного человека. Они сидели, тесно прижавшись друг к другу. Элизабет по-прежнему была обернута скатертью, но сверху она еще умудрилась натянуть мужскую рубашку, которую подобрала на берегу. Вода просачивалась сквозь щели между пальмовыми листьями, однако эти незначительные протечки не шли ни в какое сравнение с тем, что творилось снаружи. Там бушевал настоящий тропический ливень!
– А моя одежда осталась на кустах, – сказала Элизабет печально. – Как ты думаешь, долго еще будет лить дождь?
– Вряд ли. Сильные осадки обычно быстро прекращаются. – Фредерику трудно было не только вести разговор, но даже дышать. Ему не хотелось, чтобы Элизабет заметила, как он возбужден. Они сидели столь тесно прижавшись друг к другу, что он не знал, куда девать правую руку. Ему казалось, что Элизабет слышит, как громко стучит его сердце. И надеялся лишь на то, что наступившая темнота не позволит ей заметить, что с ним происходит.
– Расскажи мне о себе. Расскажи что-нибудь, Элизабет! – попросил он.
– Что тебя интересует?
– Все.
– Мне и рассказывать-то нечего.
– А я и не жду захватывающих приключений. – Он мрачно усмехнулся. – Этого добра у нас хватает и сейчас.
Элизабет выглянула из шалаша. Дождь хлестал с такой силой, что вода в озерке плясала под его ударами.
Она не знала, какая сторона ее жизни интересует Фредерика. Кроме того, он сидел так близко!.. Бедняжка не смела и шелохнуться.
Мне и в голову не пришло, что мы окажемся в столь неудобном положении, подумала она. Но не могла же я оставить его мокнуть под дождем! Может быть, длинная
скучная истории отвлечет меня от… Но ведь я не стремлюсь к близости с ним?– Можно я тебя обниму?
Голос его прозвучал как-то особенно глубоко, или ей это показалось?
– Тебе тогда будет удобнее? – Она засмеялась. – Некуда девать руку?
– Давай лучше я выйду.
– Нет, ни в коем случае! Можешь обнять.
Фредерик повиновался.
– Спасибо, так уже хорошо. Мне больше некуда было ее пристроить.
– Ну и ладно, – вздохнула Элизабет.
– Итак…
– Что же ты хотел узнать обо мне? – спросила она, чувствуя, как пульс бешено бьется у виска.
– Тебе неприятно рассказывать о себе?
– Мне редко приходилось это делать.
– Почему? Ведь ты встречаешься со многими людьми…
– Да, все время новые люди.
– Мужчины?
Элизабет не ответила.
– Извини, я пытаюсь выяснить, есть ли у тебя человек, который занимает особое место в твоей жизни.
Девушка повернулась к нему лицом и почувствовала, как он близок. В темноте она не видела его глаз и затаила дыхание.
Затейливая судьба привела ее на этот остров, где она оказалась вдвоем с миллиардером Фредериком Джоэлом. Причем вдвоем на острове под проливным дождем. Все остальные люди остались где-то далеко-далеко отсюда.
Мысли ее путались, смешались воедино и страх, и отчаяние, и вера в человека, который был сейчас с ней рядом.
– Почему ты хочешь это знать? – спросила она шепотом.
Если бы ко мне вернулась память! – подумал Фредерик. А зачем, собственно говоря, мне знать подробности ее личной жизни?
– Может быть, при сложившихся обстоятельствах это не так уж и важно, – ответил он тихо.
Элизабет поняла его мысль: если у тебя и есть близкий человек, здесь мы вдвоем и одни. Сегодня нас уже не спасут. Что будет дальше – мы не знаем. Остается лишь надеяться на благополучный исход. Даже в обычной жизни люди не могут предвидеть, что с ними произойдет завтра, а в нашем положении будущее вообще непредсказуемо.
Ей вдруг захотелось рассказать ему о себе. Хотя бы немного.
– Элизабет, ты мне очень близка.
– Да куда уж ближе! – ответила она сухо.
– Я говорю не о том, что мы сидим рядом, прижавшись друг к другу.
– Фредерик, нам всего лишь приходится быть вместе. Ведь мы оторваны от остального мира, – Она старалась сохранить остатки здравого смысла. – Скажу откровенно: я тебе не слишком-то понравилась, когда мы впервые встретились.
Удивленный ее смелым предположением, он пробормотал:
– Не могу в это поверить.
– Уверяю тебя, что это правда.
– Почему ты так решила?
Элизабет, разумеется, не хотелось рассказывать обо всех подробностях их встречи в замке.
– У меня создалось такое впечатление. Между нами возникли холодные, сдержанные отношения. – Это было не совсем так, ведь где-то в глубине души она почувствовала, что он не остался к ней равнодушен.
– Надеюсь, я не сделал ничего такого, что бы выказать тебе свое нерасположение?
– Нет.