Чтение онлайн

– Я, ваше величество. Хочу смыть оскорбления этого аборигена его же кровью.

– О, Армус, – произнес Святослав, – ты все-таки решил сегодня получить по своей лягушачьей морде?

– Молчи глупец! – крикнул Триарх. – Что с тобой?

Святослав в очередной раз понял, что ему тяжело сдерживать себя. Как будто что-то пробуждало в нем дикую злость.

– Отец, человек не сможет сражаться с королевским стражем на равных. Я требую отклонить прошение стража.

– Нет, – сказал Святослав, – Я ваших обычаев не знаю, но уверен, что мой долг принять вызов Армуса. Меня мой отец учил не прятаться от опасности.

– Тогда решено – бой насмерть! –

произнес Плутарх с нескрываемой радостью в голосе.

– Стоп! Я не хочу убивать этого лягушонка.

– Замолчи, абориген! – с яростью крикнул Армус. – Я сам тебя убью, а потом твоих никчемных родичей использую в качестве сырья!

– А вот это ты зря, головастик. Меня можешь задевать сколько хочешь. А родителей трогать не смей! Насмерть – так насмерть.

– Выбирай оружие, абориген, – произнес Армус.

– После тебя, головастик, – ответил юноша.

– Я выбираю два меча.

Тут же ему принесли два метровых лезвия бирюзового цвета с золотой ручкой.

– Плутарх, – обратился к отцу Триарх, – я хочу уравнять шансы и дать право Святославу биться моим королевским клинком.

Все голограммы сирдерейцев начали удивленно переглядываться.

Плутарх, очевидно понимая всю безнадежность положения Святослава, высокомерно произнес:

– Нет. Твой клинок должен быть у тебя. Я приказываю создать аналог королевского клинка, подходящего по размеру для человека.

– Плутарх, – произнесла голограмма сирдерейца слева, – позвольте предложить вам выход, мой господин, чтобы не ждать так долго.

– Да, верховный Триарх, говори.

– На вашем флагмане остался меч от старой войны с… Триарх сразу перебил верховного Триарха:

– Да, Плутарх, оставшийся от войны меч в отличном состоянии, он как раз подойдет для Святослава.

– Да будет так, принесите клинок, – ответил Плутарх.

Через несколько минут в зал внесли меч. Он был удивительно красив. Его лезвие было отполировано до зеркального блеска и имело треугольную вершину. Рукоять цвета слоновой кости, с навершием в виде зеленого камня, и гарда золотого цвета придавала особую эстетику оружию. На гарде возле лезвия выделялся рисунок уроборос – змея поглощала собственный хвост.

Как оказалось, верховный Триарх был древним существом, свидетелем великой войны с людьми. Данный меч принадлежал одному из полководцев землян. Верховному Триарху показалось, что будет забавно вспомнить прошлое, дав в руки меч человеку, и вновь увидеть его сражение с сирдерейцем.

Святослав взял меч, вытащил его из прозрачных ножен и размахнулся.

– Какой легкий, как деревянный! Да это удивительное оружие! – произнес Святослав. – Я хочу забрать меч себе, если я одолею стража.

– Нет, это неприемлемо, – ответил Плутарх, – хотя, если ты победишь сразу двух стражей, тогда забирай.

– Я согласен! – без раздумий ответил Святослав.

– Что ты творишь, идиот! – вскричал Триарх. – Ты себе смертный приговор подписываешь!

Весь Совет сирдерейцев загудел, перешептываясь от удивления.

– Да будет так! – с нескрываемой надменностью в голосе ответил Плутарх.

– Хорошо, дайте мне помолиться, и я буду готов.

– Мы ждем, – ответил Плутарх.

Святослав отошел в сторону и вполголоса произнес молитву, которой его научил дед и которой сам пользовался перед каждым боем.

«Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день. Дай мне всецело предаться воле Твоей святой. На всякий час

сего дня во всем наставь и поддержи меня. Какие бы я ни получал известия в течение дня, научи меня принять их со спокойной душою и твердым убеждением, что на все святая воля Твоя. Во всех словах и делах моих руководи моими мыслями и чувствами. Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что все ниспослано Тобою. Научи меня прямо и разумно действовать с каждым членом семьи моей, никого не смущая и не огорчая. Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня и все события в течение дня. Руководи моею волею и научи меня молиться, верить, надеяться, терпеть, прощать и любить. Аминь».

Молитва помогла заглушить эмоции и прийти в себя, но было уже поздно что-то менять, Святослав встал в центр зала с мечом на изготовку, вспоминая все то, чему его учили дед, отец и Триарх.

Напротив Святослава стоял Армус и еще один страж. Армус держал в руках два меча, а второй страж держал в руках шест ростом со Святослава.

– Начинайте, – скомандовал Плутарх.

Второй страж заставил оружие изменить цвет с белого на серый. На конце шеста появилось лезвие из энергии прозрачного цвета. Создавалось впечатление, будто лезвие сделано из воды. Страж тут же ринулся на Святослава, подняв шест над головой. Подбежав к юноше, он попытался разрубить Святослава напополам, нанеся удар сверху. Святослав моментально отошел вправо, шест вошел острием в пол. Воспользовавшись этим, Святослав резко наступил на шест левой ногой и наотмашь нанес удар лезвием по голове стража, отрубив ему половину головы. Страж разжал руки и замертво упал рядом с шестом, заливая пол кровью и дергаясь в судорогах.

Весь поединок длился несколько секунд. Совет потерял дар речи.

Теперь оставался только Армус. Два воина грациозно двигались по кругу, оценивая друг друга и готовясь к нападению.

Святослав, проведя много времени с Триархом, понял главную слабость сирдерейцев. Это было высокомерие, полное убеждение в своем превосходстве над соперником. Именно его следовало использовать Святославу для победы. Чем больше Святослав провоцировал соперника, тем был выше шанс ошибки сирдерейца.

Армус выставил левую руку вперед и расположил меч горизонтально по отношению к телу. Его правая рука, согнутая в локте возле шеи, держала меч, чтобы нанести колющий удар.

– Что же вы так любите два меча в руки брать? Ты еще в зубы возьми нож, чтобы страшнее выглядеть, – произнес вслух Святослав с улыбкой, а затем пнул ногой часть отрубленной головы стража в Армуса, запачкав последнего кровью.

Но Армус не поддался на явную провокацию и осторожно старался сократить дистанцию со Святославом.

Сирдерейцы все еще находились под впечатлением от боя. Последний раз человек убивал их сородича сотни тысяч лет назад. Ирония была в том, что именно этот меч когда-то косил ряды сирдерейцев. Верховный Триарх повернулся к Плутарху и тихо произнес:

– Плутарх, если человек победит, вам придется сдержать слово. Ведь вы дали его при всем сирдерейском Совете. Если вы не исполните клятву, ваши соперники смогут использовать это против вас.

– Верховный Триарх, вы командуете нашим флотом. Мудрость ваша насчитывает сотни тысяч лет. Но при всем уважении к вам, я знаю, что человек не способен победить одного из лучших стражей сирдерейцев. Армус охраняет меня не одну сотню лет, и ему не было равных на аренах. Его реакция превосходит даже обычного сирдерейца, не говоря уже об особе человека.