Императрица и ветер
Шрифт:
– Можно спросить, чем вы интересуетесь?
– он присел на стул напротив Маши.
– Я пытаюсь найти что-нибудь о способностях магов времени, - призналась она, тяжело вздохнув.
– Что-нибудь... понятное.
– Ах, это...
– Герольд удобно расположился на своём месте и устремил глаза к потолку.
– Я многое могу рассказать вам. Знаете, веками каста учёных собирала знания и кропотливо записывала всё происходящее здесь. Никогда не знаешь, какое из событий окажется особенно важным для хода истории.
Маша кивнула. Начало подозрительно
– В этом вы правы, конечно. Но я говорю про магов времени.
– Да-да, я как раз собирался рассказать вам, - он задумчиво потеребил светлую бородку, - Вселенский разум наделил их великой силой. Она страшна, да, потому что если только окажется в нечистых руках, беды не миновать всему миру.
– Они правда могут изменять события в прошлом?
– не удержалась Маша.
– Вернее было бы сказать - мог. Азир Ён мог, высший маг времени, но вот его не стало. Остальные маги времени могут изменить лишь прошедший день, но что-то поменять, скажем, в прошлом столетии... увы! Лишь Азиру это было подвластно.
– Это невозможно, - поражённо выдохнула Маша.
– Почему?
– он поднял на неё по-детски беззащитные голубые глаза.
– Возможно. Невозможно убить мага времени.
Герольд подвинул к себе Машину энциклопедию и пролистнул несколько страниц.
– Вот, посмотрите сами, здесь написано...
– он указал пальцем в книгу, но Машу уже не интересовали витиеватые обороты литературы магов.
– Сколько же Азиру лет... было?
– она понизила голос, словно говорила о запретном.
– О, много, очень много, точной цифры никто не знает. Он был всегда с нами.
– Почему его невозможно убить?
– произнесла Маша сдавленно.
– Сейчас объясню. Какой бы способ убийства не выбрал злоумышленник, у Азира всегда остаётся одна секунда перед смертью. Одна, понимаете? И он успевает уйти в прошлое и предотвратить убийство. Скажем, пойти другой дорогой, не выпить отравленное вино.
"Маг забывает, что Азира всё-таки убили", - думала Маша, следя за пальцами Герольда, перебирающими страницы.
– А по какому принципу он выбирал тот момент, в который нужно переместиться? Ведь можно уйти на секунду назад, а можно - на год, - Она посмотрела в голубые глаза лорда - учёного.
– Насколько я осведомлён в этом вопросе, Азир не очень любил что-либо менять в прошлом. Считал, что на всё воля Вселенского разума. Так о чём я... ах, да. Азир бы выбрал минимальное перемещение, скорее он переместился бы на секунду назад, чем на час.
Его голос звучал ровно, ни дать ни взять - профессор читает лекцию. В солнечном свете серебром отливались седые пряди на его висках. А за окном плескались небесно-синие флаги империи с золотой короной в центре.
В Альмарейне объявили траур. Из окна замка Маша видела, как утопающие в пышной зелени улицы города чернеют от погребальных флагов. Охранники замка сменили алое облачение на тёмно-серое. В ответ
на неосторожный Машин вопрос, почему их одежды не чёрные, один из охранников объяснил, что чёрные мантии имеет право носить лишь императорская семья, и никто другой.За спиной Маша услышала шаги: быстрые удары каблучков по мраморному полу. Мимолётный образ, мелькнувший в памяти, заставил её обернуться. Всё, что она увидела - мелькнувший за колоннами женский силуэт в зелёном платье.
– Даэдра?
– имя возникло в памяти само собой. Уже потом Маша поняла, что это и есть секретарша одного из членов совета, а потом - разговор с Азиром в восточном крыле замка. Её мольба о помощи.
Магичка оглянулась и, поискав глазами, кто её звал, увидела Машу. На губах Даэдры появилась вежливая улыбка, но глаза остались прежними - холодно-презрительными.
– Извините, - искренне проговорила Маша, - как ваш ребёнок? С ним всё в порядке?
– Какой ребёнок?
– по лицу Даэдры поползла тень.
– Голубушка, вы ошиблись.
– Да?
– Маша в замешательстве развела руками. Она и сама уже не знала, та ли женщина перед ней. Голос, который она слышала вчера, был совсем другим.
– Извините ещё раз. Наверное, я обозналась. Просто видела кого-то вчера в восточном крыле и решила, что это были вы.
Улыбка моментально стёрлась с лица магички.
– Кого-кого вы там видели?
– она шагнула к Маше и сжала кулаки - та успела заметить это быстрое движение и отшатнулась.
– Это неважно, - она помотала головой, на всякий случай оглядываясь на охрану. Стражники в серых мантиях стояли у входа в залу словно статуи - безучастные и неподвижные.
– Важно, - Даэдра поймала Машу за руку и чуть сжала её пальцы.
– Это очень важно для меня. Расскажите.
Прикосновение Маше не понравилось. Холодные пальцы магички цепко держали её, теперь уже за запястье, и вырваться возможности не было. Она попыталась - бесполезно.
– Пустите, - сквозь сжатые зубы проговорила Маша. Она старалась, чтобы её слова звучали как можно более спокойно, хотя внутри уже бушевала буря.
– Да что вы так испугались, - на губах Даэдры снова возникла улыбка, а голос вдруг сполз на высокие ноты, и Маша узнала его.
– Разве я смогу причинить вам зло. Просто расскажите.
– Пустите немедленно, - прошипела она.
– Я вас узнала...
Боль, пронзившая её запястье в следующую секунду, заставила Машу судорожно втянуть воздух, но она всё же договорила.
– Это вы разговаривали с Азиром перед его смертью, так?
– Она перехватила руку собеседницы и дёрнула её в сторону, одновременно ставя подножку.
Даэдра рухнула на пол, выпуская Машу. Зелёный шёлк картинно разметался по полу. Она застыла, поднеся руку к глазам и в замешательстве рассматривая кровоточащее запястье. Кожу словно прокололи тысячью иголок, и кровь медленно стекала к рукаву чёрного платья. Маша медленно опустила руку.
– Она напала на меня!
– голос Даэдры пронзил тишину.