Иллюзия обмана
Шрифт:
— Простите, Ваше Высочество, если бы я очнулся раньше — был бы на вашей стороне, — слегка склонил голову Отэп.
— Так же как и Таситр, — негромко добавил Хаймер, подсаживаясь рядом.
— Кто?
— Солдат, у которого ты украл коврик. Бывший шут Наместника Ванирны. Этот мальчик ненамного старше тебя… Он мог бы донести Цервемзе, что знает похитителя, но решил не мешать тебе подниматься на Престол. И принял огненное зелье, пожелав тебе удачи, большей, чем у него… — Первооткрыватель смотрел прямо в расширенные от ужаса зрачки ученика. Потом спокойно, как о бытовом событии, добавил: — И учти, хороший мой, тебе с этим не только жить, но и править!
— Он… Таситр погиб?
— Надеемся, что нет — Отэп подготовил его к долгой борьбе со смертью…
— Если
— Сюда идут, — прервал разговор Хаймер. — Тийнерет говорит, что это Арнит.
— Оставьте нас вдвоём! — приказал Наследник.
Быстро пробежав по узкой обходной анфиладе, Арнит подошёл к одной из потайных дверей. Бесшумным рывком распахнув створки, он оказался точно за спиной темноволосого подростка.
— Ты кто? — спросил Император и резко развернул мальчишку за плечи.
В следующий момент Арнит почувствовал, что сходит с ума — на него с презрением и любопытством смотрел он сам, только совсем юный.
— Кто ты? — в ужасе отпустил Император парня.
В первый момент ему показалось, что незнакомец пытается неуклюже поклониться. Потом в голову пришла мысль о спрятанном в сапоге кинжале. Но мальчик просто достал из голенища какой-то небольшой свиток.
— Я-то? Кайниол из Дросвоскра. Сын Сиэл из Кридона.
Император побледнел. Потом пересохшим голосом переспросил:
— Кто?
— Сын Сиэл… И твой прямой и единственный Наследник, — Кайниол показал документ. — Это — завещание Хопула. Я нашёл его у Цервемзы в кабинете. Согласно этой бумаге, ты — Законный Правитель Сударба. А я — твой прямой потомок… Всё ясно, Ваше Величество? — мальчишка зло усмехнулся. Не получив ответа, он продолжил. — Тогда ответь мне, Сударбский Император, за что ты его так? — парень указал на голову Превя. — Это был самый благородный и добрый дюк…
Арнит вздрогнул. Потемнел лицом и шагнул к Наследнику:
— Ты лжёшь, мальчишка! У меня никогда не было детей! — выкрикнул он, доставая меч. — Приходит тут неизвестно кто, да ещё и обвиняет!
— Не тронь его, Арнит! Я — Отэп из Кридона, берусь защищать Его Высочество от кого угодно, даже от тебя, — неизвестно откуда взявшийся воин закрыл Кайниола собой и тоже достал оружие.
— Арнит! Твой сын задал вопрос, а ты на него с оружием… — укоризненно сказал Хаймер и, тускло блеснув обнажённым клинком, выступил из темноты и встал рядом с Отэпом.
ПРОЗРЕНИЕ
I
— Я здесь! Ладони пусты, — спокойно сказала Сиэл, подойдя к Цервемзе сзади. — Веди!
— Одна пришла? — он вздрогнул от неожиданности и, казалось, не заметил вольного обращения. — Тогда запомни, ты должна…
— Всё сделаю… — не дослушав, согласилась она и властно повторила: — Веди!
Наместник бросил под ноги коврик. Схватил Лекарку за руку и потащил за собой в Мэнигу. Он был готов к слезам, мольбам, посулам и угрозам. А вышло по-другому: дурочка даже не стала ни о чём спрашивать. Трудно, когда вот так: если камень лежит на твёрдой земле — на него можно опереться, а если на податливой болотной почве? И сам вглубь уйдёт, и тебя за собой утянет.
Сиэл шагнула с коврика.
— Что дальше? — эхом его мыслей прозвучал вопрос.
Цервемза сверкнул глазами. Хотел сказать резкость по поводу того, как она должна обращаться к Наместнику, но сдержался. Открыл дверь своего кабинета и онемел…
Такого разгрома не учиняла даже Римэ в самом дурном настроении. Всё, что можно и нельзя, было перевёрнуто, разбито и перепачкано. В довершение в кабинете настолько сильно пахло котом, что вошедшие закашлялись. Не имея возможности напрямую встретиться с врагом, Тийнерет расстарался, оставляя свои автографы — мол, бойся! В том, что это не случайность, Наместник не сомневался. Откуда меховой кошмар мог взяться во дворце? Да откуда угодно — говорят, эти чудовища умеют даже сквозь стены пробираться!
Когда первый шок прошёл, Цервемза, всё так же не выпускавший руки Сиэл,
решился переступить порог… Грязно выругавшись, он втолкнул пленницу в комнату:— Помогай разбирать! Мне нужно до стола добраться. И не заходи мне за спину! — рявкнул он.
— Не сбегу и не убью! — Сиэл слегка улыбнулась и обожгла Наместника ледяным взглядом.
При всей своей мягкости она была истинной дочерью Кридона.
Вдвоём они кое-как разгребли дорогу. Цервемза обречённо плюхнулся в кресло, пытаясь понять, что ему необходимо в первую очередь. И тут он увидел, что потайная дверь в узилище, где должен был томиться Кайниол, распахнута… "Ревидан! Она решила сыграть одна и забрала щенка… Интересно, что она ему наговорила? Теперь небось тащит к папеньке!" Если бы Цервемза не был так взбешён, то непременно сообразил бы, что его племянница никогда ничего не делает в открытую. Да и кота она близко бы к себе не подпустила. "Вот, значит, как, дитя моё! Ты решила развязать ветки… Ну так и я не буду держать свои связанными!" — с этой мыслью он резко смахнул на пол жаровню… Лёгкое золотистое облачко пепла да тонкий звон хрупкого металла подтвердили необратимость клятвопреступления. Взгляд Наместника холодно скользнул по рассыпавшимся в разные стороны обломкам. Краем глаза он отметил, что легли они на пол как-то странно, указывая на него как на виновного. Дурное предчувствие скользнуло холодной змейкой в душе. Больно ужалило. И поползло дальше. Цервемза вспомнил о пленнице.
Всё это время Сиэл стояла, и с непроницаемым видом взирала на происходящее… Насколько же она была непохожа на Ревидан! Та так и осталась блёклой копией своего изысканного прототипа. Тогда, пятнадцать лет назад, он не одобрял выбора своего воспитанника и радовался, когда за Сиэл пришла Квадра. Сейчас он не был бы так категоричен. Да-а, будь эта женой Императора — скольких бед удалось бы избежать…
— Что касается тебя… — рассеянно вертя между пальцами каменный обломок с прилипшим к нему обрывком бумаги, произнёс Цервемза. — Придётся нам отправиться на встречу с твоим бывшим любовничком. Пусть Его Величество сам решает, как поступить и с тобой, и с мальчишкой…
Снова ни единая чёрточка не дрогнула на тонком лице Сиэл. Только жизнь двумя короткими ручейками убежала из её глаз. Теперь в их сухих и почти потухших глубинах остались дотлевать лишь решимость да глупая безысходная надежда. И вновь до Наместника донёсся спокойный голос, бросивший резко и непочтительно:
— Веди!
II
Измученная вернувшимся к ней отголоском собственных чар и выпитым зельем, Ревидан проснулась поздно, злая и невыспавшаяся. Выбранила служанок. Лениво поела. Некоторое время бесцельно пошаталась по своим апартаментам. Вышла в сад. Вернулась. Праздность претила её натуре. Ожидание — просто убивало. Вестей от Цервемзы всё не было. Ведьма забеспокоилась. Бранясь про себя последними словами, она снова направилась в покои Советника. Ворвавшись в кабинет, племянница была уже готова осыпать дядюшку упрёками. И буквально споткнулась на пороге!.. Первое и последнее, что она увидела в комнате — была разбитая жаровня. Из этого колдунья сделала вывод, что Цервемза развязал ветки. "Старый обманщик! Он ведёт мальчишку к Арниту! Опять без меня! Сейчас уже, наверное, выводит рулады, расписывая мою злокозненность…"
Живо представив себе выражение лица мужа, Ревидан обмерла, поняв, что выбор у неё не так уж и велик — попробовать спастись бегством, покончить с собой или броситься в ноги Государю, умоляя о пощаде. Ни одна из перспектив не радовала… Тем паче что сбежать от соглядатаев Арнита было невозможно. На то, чтобы наложить на себя руки, не хватило бы духу. Мысли же об императорском милосердии были так же нелепы, как бегство и самоубийство вместе…
Где же она ошиблась, требуя от судьбы всего двух вещей — жизни и власти? Теперь обе ускользали из её пальцев, как змеи… От власти, если подумать, Ревидан могла отказаться. Хотя бы на какое-то время. С жизнью выходило сложнее — похоже, жизнь сама решила отказаться от неё.