Иллюзия обмана
Шрифт:
В первый момент Хаймер очумело воззрился на Даму в Жёлтом. Затем сообразил, что обращаются именно к нему. Улыбнулся и совершенно внятно сказал:
— Моя дочь!
В этот момент никого не удивило, что молодой человек снова может говорить. Впрочем, никто и не слышал его голоса.
— У нас есть слово, обращённое к каждому из вас. Кроме, пожалуй, брата Мренда, который и так знает о своей судьбе даже больше, чем нужно. Подойди, Тийнерет, потомок Синих Котов!
Зверь, нимало не смутившись таким обращением, гордо поднял свой меховой плюмаж, торжественной поступью прошествовал на середину
— Ты действительно мечтаешь отомстить Цервемзе? — спросила Дама в Белом.
Мохнатый рыцарь выпустил когти, предъявляя своё самое грозное оружие.
— Знаешь ли, что тебе предстоит серьёзная битва? Готов ли к ней? Она будет тяжела, но ты победишь.
В ответ кот слегка сузил зрачки.
— Если так, то свой главный поединок ты выиграешь, не запачкав лап кровью.
Тийнерет с задумчивой благодарностью муркнул и возвратился восвояси. Он не любил много болтать. Даже на безмолвном наречии.
Дальше Четверо обратились к Стийфелту:
— Ты совсем юн, но вскоре тебе предстоит встреча, которая изменит многое, только в твоей жизни, но и в судьбе всего Сударба, — Кавалер в Синем смотрел на мальчика словно стараясь запомнить выражение широко распахнутых серых глаз. — Запомни, твоя дудочка послужит ключом к одному из самых мудрёных замков, поставленных Лозом.
Младший сын Сиэл ничего не ответил, только понимающе улыбнулся и медленно по-взрослому поклонился.
Потом пришла очередь Лоциптева. Затем всех остальных. И каждый получил от Творящих и Хранящих предсказание. Наконец, в центре зала остались только Соправители, Советники, Секретарь Наследника и Таситр.
Наконец Кавалер в Красном заговорил:
— Начнём с тебя, Арнит из Кридона. Неправедно ты добыл Корону. Скверно правил своей Империей. За это сполна расплатился отчаянием и одиночеством. Они же сделали тебя достойным Престола.
Император слегка ссутулился.
— Ты позвал наст. Хватит ли у тебя мужества выслушать и принять свою судьбу?
Арнит помедлил. Потом решительно кивнул.
— Тогда запомни: вскоре тебе ещё раз предстоит стать не тем, кто ты есть, но то, что с тобой произойдёт, полностью искупит зло, причинённое тобой. Гибель твоя будет бесславной, и ты примешь смерть, не будучи Императором Сударба.
Император снова промолчал, лишь почтительно склонил голову. В следующий миг он почувствовал, как сквозь сердце проходит тонкое лезвие боли. Потом Арниту стало холодно, как будто он долго-долго лежал в снегу, посреди продуваемого всеми ветрами поля. Ещё несколько секунд, и он пришёл в себя. Когда Император повернулся к подданным, слегка побледневшее лицо его было непроницаемо-спокойным, лишь в глазах светился неведомый доселе жёсткий огонь знания.
Три шага в сторону. И Четверо обратились к следующему.
— Отэп, Советник Императора! — подозвала Дама в Белом.
Бывший Командир Квадры еле заметно улыбнулся, словно и так знал свою судьбу.
— Ты сделал самый правильный выбор, какой только мог. Ты принадлежишь к тем редким людям, которые без посторонней помощи сумели возвратить отобранное. И с огненным зельем ты знаком не только понаслышке.
Понимаешь ли ты, что несмотря на это, самые серьёзные испытания ещё впереди?Отэп прикрыл глаза.
— Тогда знай, что любой круг всегда должен замыкаться, а потому исход твоей жизни будет похож на её расцвет. То, что ты совершишь ради своего друга и Императора, утолит самую потаённую жажду твоей души. Запомни лишь, что всякой боли есть предел и всякая смерть рано или поздно заканчивается.
Отэп коротко кивнул, как будто ждал именно этих слов. Потом тихо спросил:
— Могу ли я попросить об одной милости лично для себя?
— Говори! — промолвили Творящие.
— Хотя бы в последний момент жизни покажите мне ту, которую у меня когда-то отняли, пусть она меня даже не узнает. Я сумею дождаться её Корабля и всё объясню, когда мы встретимся.
— Сбудется! — пообещали Хранящие. — Вы обретёте друг друга.
— Благодарю! — просветлел бывший придворный Певец Кридонского Наследника.
Те же три шага и он встал рядом со своим повелителем и другом. А четыре голоса снова заговорили:
— Кайниол, юный Наследник Престола! Тебе пришлось рано повзрослеть и многих потерять. Немало ты и обрёл: рядом надёжные друзья и подданные, и верное женское сердце. Счёт твоих потерь и испытаний не окончен. Тебе ещё предстоит научиться принимать императорские решения, отвечать за каждое слово и действие, зато ты сможешь возвращать отобранное и восстанавливать разрушенное. Будь мужественен и мудр, чтобы достойно носить Корону, так непросто добытую твоим предшественником!
Кайниол достал меч и отсалютовал Четверым.
Несколько шагов, сделанных Его Высочеством в сторону, стоили ему немалых усилий.
Из всего сказанного, юноша по-настоящему понял лишь то, что относилось к Оканель, и зарделся. Последние недели, вопреки всему, он был бесконечно счастлив. Остальная часть предсказания показалась ему предупреждением о каком-то весьма отдалённом будущем.
— Хаймер-Первооткрыватель! Нужно ли говорить о том, что ты встретишься с Хранительницей Риаталь и своей дочерью, а потом будешь счастлив бесконечно долгое время?
Молодой человек отрицательно помотал головой, и голос Дамы в Жёлтом продолжил:
— На твою долю ещё выпадет достаточно потерь и обретений. Когда же война закончится, ты получишь совершенно бесценный дар.
Поклон и несколько шагов к друзьям.
— Таситр из Ванирны! Тебе пришлось быть шутом и солдатом, палачом и приговорённым. Опыт не самый простой, но бесценный. Ты не только выжил, но и остался собой. Мы уверены, что из таких, как ты — мужественных и не умеющих льстить — получаются самые мудрые Советники.
Юноша уставился на Четверых непонимающим взглядом.
— Ты будешь первым, кто объявит Наследника новым Императором. Потом долгие годы тебе предстоит помогать своему другу. Иногда мудрым словом, иногда насмешливой гримасой, иногда иным фокусом, вроде твоего прощального сальто перед казнью.
Что оставалось совершенно ошалевшему Шуту? Он вспомнил тот момент, когда начал чудить, чтобы скрыть ужас перед огненным зельем. Сейчас он и сам не понял, как и зачем повторил тот же трюк.
Потом, сильно смущаясь, шагнул и встал за спиной Кайниола.