Чтение онлайн

До главы шестой Павел говорил о Христе, как о единственной возможности спасения. Не только наше прошлое было приведено в порядок Им, но и наше настоящее и будущее. Закон при этом вмешалея только для того, чтобы сделать наш грех во всей его полноте наглядным (гл. 5,20). Подобная фраза должна была звучать как удар в ушах благочестивого иудея. Ведь это было для него жутким нарушением всего, что было до сих пор великим и священным.

Еще более жуткой должна была им показаться фраза (Рим.6,14): «Грех не должен над вами господствовать, ибо вы не под законом, но под благодатию». Как раз противоположное казалось им до сих пор правильным суждением. Закон, полученный ими от Бога, казался им единственной преградой против греха. Совершенно неслыханным звучало для них, когда Павел говорил, что грех не может опять ими овладеть, т.к. закон из их жизни теперь исключен и следовательно они теперь находятся под благодатию. Таким образом он переворачивал все их понятия. Эта новая весть являлась революцией и срывала, так сказать, религию Израиля и вообще все религии человечества с петель, на которых они держались, и всю нашу жизнь и отношение к Богу самым непостижимым образом основывала на благодати.

Таким образом как бы давалось разрешение для всех грехов? С этим недоразумением боролся Павел в шестой главе своего послания к Римлянам. Для

него «благодать» не было только представление о чем-то. Нет! Для него благодать была воплощена в личности Иисуса Христа. Как же при таком толковании могла возникнуть мысль, что благодать является разрешением грешить! Если «благодать» означает только представление, слово, идею, тогда можно из нее сделать разрешение на грехи. Но если Сам Христос является воплощением благодати, то это уже невозможно. Христос входит непосредственно в нашу жизнь и не пропускает ничего, что в его глазах является грехом. Закон не в состоянии захватить так всеобъемлюще всевозможные случаи в нашей жизни, как это может Христос и Бог. Христос Сам является всеобъемлющим Божиим законом, охватывающим всю нашу жизнь. Так как Христос и благодать сливаются в нечто единое и живое, то и благодать стоит в прямом противоречии к греху. Там где нет Христа, там нет и благодати! Нельзя проповедывать благодать, если мы в то же время не проповедуем Христа. Если же мы проповедуем Христа, то проповедуем Того, в Ком воплощена благодать. Благодать, которая приходит к нам в Иисусе Христе, не является только приказом, заповедью, фразой, но она творит благотворную работу во всех тех, кто ввели Христа в свою жизнь. Поэтому Павел мог сказать (см. Рим.5,21), что царствование благодати в нашей жизни приводит к жизни вечной с Христом Господом нашим. Таким образом все, в послании к Римлянам, до седьмой главы вращается вокруг Господа Христа, Его смерти на кресте и могущественной силы Его благодати. Каждый может прийти ко Христу и открыться Его благодати. Этим он завоевывает жизнь, этим же ему дарится общение с Богом, этим же грешник находит примирение с Богом и начинает совершенно новую жизнь на основе могущества благодати. Во всех этих рассуждениях Павел ни одним словом не упомянул религию Израиля и закон Божий, как необходимые факторы для развития. Относительно закона Божия было сказано только, что через него грех может быть обнаружен во всей наготе. Но нигде не было упомянуто, что с помощью закона отношение к Богу может быть обосновано и углублено. Благочестивый иудей мог поэтому прийти в ужас: то, что ему казалось самым важным в жизни, не упомянуто ни одним словом, а именно по отношению к общению с Богом и обновлению жизни. Поэтому не могло быть иначе, что к благой вести Христа отнеслись скептически и даже резко её отвергнули. Для Павла было глубоким огорчением, что его единоплеменники из-за своей привязанности к закону не могли постигнуть Христа и Его благодать. Чтобы помочь им это усвоить и тем проложить путь ко Христу, Павел написал седьмую главу послания к Римлянам.

Критическое отношение ко Христу и власти Его благодати в нашем двадцатом веке такое же живое, как и в первом веке. Помимо атеизма, который уже стал мировой державой и распространяется по всему миру, есть еще много религий, в том числе и христианских, которые не решаются признаться в безнадежности их религиозных и этических усилий. Эти религии хотели бы дать смысл жизни быть мостом к Богу. Религиозный человек не хочет объявить свое банкротство перед Богом. Он не хочет сознаться, что самые возвышенные формы религии не могут перебросить мост через пропасть, которая лежит между нами и Богом. Даже в том случае не могут, когда из непосредственной жизни с Христом создалась христианская «религия». Встреча с Христом является кризисом даже всей христианской религии со всеми её священнодействиями, святыми местами и священнослужителями, словом со всем, что относится к религии. На место религии восстает простая, но и великая непосредственная жизнь с Иисусом Христом. Так отвечает Павел в седьмой главе послания к Римлянам на вопрос и современных людей. Седьмая глава послания к Римлянам является следовательно не только ответом тогдашним израильтянам, но и всем народам мира с их религиями.

Понятие «закона» входит в каждую религию. Каждая религия имеет свои законы, благодаря которым надеется войти в общение с Богом. Каждая религия обещает человеку, что он приобретет жизнь, если будет соблюдать религиозные законы. Павел говорит в седьмой главе своего послания о религиозном законе, который Бог дал на горе Синае. То что здесь касается высшей формы религии^ относится и ко всем другим религиям вообще. Когда мы здесь будем говорить о законе, то будем иметь в виду исключительно религиозный закон, обещающий людям общение с Богом.

Совершенно иначе обстоит с гражданскими законами и порядками, которые регулируют жизнь людей друг с другом. Эти законы вовсе не претендуют на то, чтобы нам помочь жить с Богом. Это порядки, которые нам нужны, чтобы существовать один с другим. Об этих порядках, без которых не может обойтись никакое человеческое общество и никакая церковь, в седьмой главе не говорится. Тут речь идет исключительно о том законе, который Бог дал народу Израилю, чтобы устроить его жизнь с Богом.

Рим.7,1: «Разве вы не знаете, братия, — ибо говорю знающим закон, — что закон имеет власть над человеком, пока он жив?"

Очевидно к римской общине христиан принадлежало не мало израильтян, т.к. Павел предполагает, что он говорит с теми, кто знает закон, данный Богом на горе Синае. Только этот закон имеет власть над человеком, пока он жив. Как мы видим из истории иудейского народа, так остается и до нынешней поры.

Иудейский народ рассеян по всему миру между всеми народами, но он между ними не растворился. Он существует до сегодняшнего дня и может отделиться от всех народов, чтобы снова жить как израильский народ. Это единственное в своем роде явление. Ничего подобного нет во всем мире. Мы наблюдаем это теперь собственными глазами и остаемся под сильным впечатлением. Мы замечаем, что в израильском народе есть какая-то тайна, если он несмотря на рассеяние все-таки остается народом. Сама история делает явным, что Бог имеет особый план с этим маленьким народом и что пророческие слова относительно этого народа осуществляются. Обыкновенно все люди, которые покидают свою страну и эмигрируют в другие страны, подчиняются законам тех стран, где они поселились. В конце концов они могут и слиться с другими народами. Также и иудеи, когда они поселяются в других странах, подчиняются законам этих стран. Но это у них как бы между прочим или

остается на поверхности. Но от закона, который иудей получил от Бога, он не избавляется всю жизнь, где бы он ни находился. Он все-таки стоит под этим законом, даже если он его для себя не признает. Стоит призадуматься над этим единственным в своем роде явлением в истории человечества. Хотя мы отчетливо признаем этот факт, но в нем скрывается какая-то тайна, которая, может быть, будет открыта в грядущей истории израильского народа. Этот закон царит над иудеем, пока он живет. Даже не принимая во внимание то, что Павел это особенно подчеркивает, ясно, что только смерть может разлучить иудея с его законом. Итак, только смерть порывает все связи. Павел это поясняет следующим образом на примере брака. Глава 7,2-3: «Замужняя женщина привязана законом к живому мужу, а если умрет муж, она свободна от закона замужества. Посему, если при живом муже выйдет за другого, называется прелюбодейцею. Если же умрет муж, она свободна от закона и не будет прелюбодейцею, вышедши за другого мужа». Итак, кто находится под законом от Бога, так сказать женат на нем, находится в браке с ним. Он связан с законом на всю жизнь. Так как союз с законом является своего рода браком, то иудей считал прелюбодеянием развод с законом для нового брака с Иисусом Христом. Это образное сравнение с браком подходит одинаково и к союзу с законом и к союзу с Иисусом Христом. Мы понимаем иудеев; которые уверовали во Христа, что им стоило внутренней борьбы отказаться от своего закона. Мы замечаем, как Павел прилагает все усилия, чтобы избавить своих братьев от укоров совести, если они этот брак нарушают.

Есть только один случай, говорит Павел, когда брак по всем правилам может быть прерван, это когда один из супругов умрет. Тогда оставшийся в живых в праве заключить новый брак. Вот эту-то свободу Павел хотел предоставить своим братьям одноплеменникам.

Рим.7,4а: «Так и вы, братья мои, умерли для закона телом Христовым».

Как брак между двумя людьми оказывается расторгнутым смертью одного из них, так и брак между израильским народом и законом расторгнут смертью. Но (спрашивают себя правоверные иудеи), как же может умереть закон, полученный от Бога, который содержит центральную истину: «Я Госпрдь, Бог твой! Ты не должен иметь никаких других Богов!» Нет! Умер другой супруг, а именно израильский народ и с ним все человечество, когда Христос, то есть Мессия от Бога, умер на кресте. Это мистерия, тайна Бога, которая заключается в том, что в смерть Иисуса Христа включены и израильский народ, и все человечество, как будто они все тогда умерли. Эту тайну мы никогда не постигнем своим мышлением. Она превосходит наш разум. Только в вечности мы начнем понимать, что там произошло. Смерть Иисуса Христа — это поворотный пункт всей истории. Все власти, которые перед этим решали судьбы человечества, потеряли свое могущество.. Непостижимой загадкой является, однако, то, что демоническая держава, которую Павел назвал «грехом», проникла в наш мир и теперь над ним господствует. Каждый человек, хочет ли он или не хочет, выдан ей. Он родился под диктатурой этой жуткой власти. Своими силами он не может освободиться от этой власти. Когда Христос пришел на землю и жил между нами, как брат, диктатура этой державы была прервана в первый раз. Над Христом эта держава не имела никакой власти. Он был вне области ее достижения. В нем власть Бога была абсолютной. Таинственным образом Иисус Христос своею смертью победил её и лишил власти. Его смерть, которая была похожа на поражение, в действительности была абсолютной победой над этой властью. По нашим понятиям это непостижимо, но по Божиим планам это является действительностью.

Если мы в духе воззрим на Христа и Его крест, то мы почувствуем, что от Него и от Его креста излучается чудесная освобождающая нас власть. В кресте Христа рождается сила Бога и всякое противодействие исключается. Но крест Христа является конечной преградой не только для демонического мира, но и для закона, который Бог дал израильскому народу, как своего рода фундамент его жизни с Богом. В кресте Иисуса Христа закон достиг своего предельного пункта и своей цели.

«Конец закона — Христос» и «Христос — цель закона». (Рим.10,4)

Обе эти истины заключаются в греческом слове «телос», которое упоминается в послании 10,3.

Весь ветхозаветный закон с его возвещением святости Бога, с его жертвами, с его богослужениями и его священнослужителями ясно выражал необходимость примирения с Богом. Тысячи жертв были принесены, но никогда вина перед Богом не была поистине искуплена. Целые ряды поколений жрецов исполняли свои обязанности, но никогда не могли примирить человека с Богом. Все жрецы и все жертвы были только предсказанием Того, Кто будет одновременно и жрецом, и полновесной жертвой. Когда Иоанн Креститель мог указать на Иисуса Христа со словами: «Вот Агнец Божий, который несет грех мира», то закон в полной мере был выполнен и достиг своего конечного пункта. Теперь уже храм, жрецы, жертвы, предписания очищения и вообще все, что содержал закон, перестало быть необходимым. Теперь у нас был Христос. С Ним и через Его жертву на кресте наступал действительно мир с Богом. Казалось просто неслыханным, чтобы все, что отцы веками принимали самым серьезным образом, вдруг оказалось излишним. Мы понимаем колебание иудеев, уверовавших во Христа, и их опасение, что они рискуют согрешить против истории своего народа и против закона, полученного ими от Бога, полагаясь только на одного Христа и Его жертву на кресте.

Это была действительно революция в истории израильского народа и в истории религии вообще. Послание к Евреям является документом этой революции, означающей конец всей религии. Поразительно, что член израильского народа уже в первом столетии так ясно отдал себе отчет в том, что закон являлся только тенью, а Христос действительностью. Теперь никакие жертвы, никакие священные обряды более не нужны, после того как Иисус Христос одной единственной жертвой, как Агнец Божий, примирил весь мир с Богом. Мы бы обесценили Христа и Его жертву, если бы мы хоть один шаг еще сделали по пути религии и продолжали бы делать то, что было принято в религии, чтобы достигнуть Божьего благоволения. Христос добился Божьего благоволения для всех людей без исключения. Всякий, кто взял Христа в свою жизнь, находится в полном мире с Богом. Этот мир с Богом не покоится на наших внутренних переживаниях, но на единственной жертве, принесенной Христом на Голгофе. С тех пор воистину наступил для каждого человека мир с Богом. Через ту жертву на кресте весь грех человечества был искуплен перед Богом. Наш мир с Богом не стал действительностью только с момента нашего обращения ко Христу. Мы нашли его как совершившийся факт. Он уже был налицо, со времен Голгофы без нашего ведома. Мы можем только с благодарностью принять то, что Христос совершил для всего человечества и следовательно и для нас.