Игры в «Русский М&А»
Шрифт:
Тресты создавали оборонные стратегии, судились с газетами, обращались к пресс-агентам, которые для них выкупали целые полосы в газетах для продвижения оправданий «олигархов». Обличительная журналистика впервые столкнулась с обороной обличаемых. Но, несмотря на разницу в финансовом весе, победа в «обливании помоями» всегда оставалась за журналистами. Просто американские олигархи не догадались прессу скупить, и монополиям стал нужен инструмент защиты репутации. И спрос, как всегда, родил предложение.
Арви Ли, начавший свою карьеру как пресс-агент в избирательном штабе демократов в 1903 г, первым заметил, что его деятельность пресс-агента не приносит нужного эффекта и предложил трестам «побуждать людей верить в
В тот год по шахтам в Колорадо, принадлежавшим Рокфеллеру, прокатилась волна забастовок, вызванная плохой охраной труда, из-за чего произошло несколько аварий со смертельными случаями в забоях. Арви Ли разработал целую PR-программу и, следуя ей, Рокфеллер совершил вояж по шахтам, спускался в забои, выслушивал жалобы шахтеров и даже танцевал с их женами в поселковых салунах.
Одновременно Ли размещает в газетах репортажи об этих поездках и цикл статей, где Рокфеллер изображался в кругу своей многочисленной семьи добрейшим дедом, заботливым отцом, внимательным супругом, верным другом и мудрым арбитром семейных неурядиц. Сделав жизнь Джона Рокфеллера публичной, Арви Ли вызвал к нему симпатии публики. Джон Рокфеллер из «капиталистической акулы», не гнушающейся никакими грязными приемами, стал для общественности новым человеком. Открытием года.
На склоне лет, в мемуарах, Рокфеллер признавал, что разрешение кризиса в Колорадо с помощью public relations стало не только одним из важнейших событий его жизни, но и поворотным пунктом всей биографии. Его новую репутацию мецената, благотворителя и филантропа не смог поколебать даже «Шерман акт» в 1932 г., когда его любимое детище — нефтяной трест «Стандарт Ойл» — принудительно разделили на 32 независимые компании. Умудренный опытом ученик Арви Ли публично приветствовал этот шаг правительства!
В 1920–1940 гг. public relations стремительно институциализируется как профессия и научная дисциплина. В 1923 г. Эдвард Бернейз публикует первую книгу, посвященную пиару — «Кристаллизуя общественное мнение». Пропагандист первой мировой войны и племянник Зигмунда Фрейда, он привнес в пиар психологический подход и агрессивные коммуникации. И хотя многие бизнесмены не видели пока еще разницы между «советником по связям с общественностью» и «рекламным», а тем паче «пресс-агентом», новое понимание управления общественными коммуникациями быстро покоряло бизнесменов.
В том же году Бернейз в университете Нью-Йорка прочитал для студентов первый учебный курс public relations.
Уже в начале тридцатых годов в таких крупных компаниях, как Ford, General Motors, AT&T и многих других появились уже не просто советники, а вице-президенты по общественным связям с немалым штатом сотрудников. Пиар окончательно был осознан производственной необходимостью и самостоятельным от маркетинга, и его статус как корпоративной функции управления общественным мнением и репутацией укреплялся год от года. Тридцатые годы были также и расцветом манипулятивных технологий в бизнесе и «грязного пиара» в политике.
Вторая мировая война привнесла пиар в европейский бизнес. После войны в Британии оказалось много хорошо обученных специалистов по пропаганде и контрпропаганде, аналитиков военной разведки. И хотя первыми отделами по связям с общественностью стали обзаводиться муниципальные власти, бизнес быстро нашел им применение по специальности.
В Западной Германии public relations трактовались как инструмент интеграции общественных сил по преодолению наследия нацизма и ликвидации эффекта отчужденности людей, в связи с проигрышем в мировой воине, и в бизнес PR пришел позже других
европейских стран В послевоенной Франции пытались выработать собственные национальные принципы и технологии пиара В этом сильно сказалось общее культурное сопротивление французов всему американскому. Крозье даже обвинял американских пиар-тсхнологов в забвении общественного интереса, в том, что они «продают гражданам то общественное мнение, которое заказывают монополии»К 60-м годам прошлого века пиар уже становится естественной составляющей мирового бизнеса Повсеместно в развитых странах осуждаются манипулятивные пиар-технологии, и главной целью public relations объявляется достижение согласия в обществе. Национальные и международные ассоциации public relations повсеместно принимают этические декларации и кодексы Пиар в бизнесе стал скучнее, более предсказуем и менее изобретателен На сегодняшний день на мировом рынке пиара существуют уже свои транснациональные монополии Большинство университетов имеют программы подготовки специалистов по public relations, а сама профессия считается одной из наиболее престижных и высокооплачиваемых
«Крупное пиар-агентство от мелкого отличается только размером, потому что понгы у них одинаковые»
Дмитрий Старицкий
СССР обладал мощнейшим и весьма эффективным аппаратом агитации и пропаганды, но как все идеологически жестко и односторонне направленные коммуникации, система Агитпропа оказалась неэффективной в эпоху свободы прессы, хотя специалисты, взращенные этой системой, оказались востребованы, когда в Россию в 1991 г пришел пиар в качестве гуманитарной помощи команде Ельцина на президентских выборах
Поскольку вся система советского Агитпропа была чрезвычайно жестко привязана к коммунистической идеологии, то, как только общество во второй половине 1980-х гг. стало получать информацию из альтернативных источников. государственная пропаганда стала неэффективной и перестала выполнять задачи, возложенные на нее правящим классом Тем более что сам правящий класс раскололся по идеологическому признаку.
Как и везде в мире, технологии public relations на российской почве поначалу были востребованы в политике, чему весьма способствовала новая избирательная система конкурентная, со свободой предвыборной агитации. Крупный бизнес, даже после проведения в стране ваучерной приватизации, находился в руках «красных директоров», для которых лучшим пиаром считалось полное молчание СМИ.
«Грязные» политические технологии, давно преданные осуждению на Западе, появились на российском политическом поле в середине 1990-х гп и поначалу представляли собой кальку с «грязных» американских выборных технологий 30-х гг. XX века. В принципе тогда и не требовалось изобретать велосипед. Единственной новизной стал термин «черный пиар», запущенный в обращение Виктором Пелевиным в романе «Генерация Пи», и полная «отвязанность» политтехнологов, забывших всякие нормы приличия. Признавался только успех, а в России у населения еще оставался стойкий иммунитет на давление пропаганды и воздействие привычных методов агитации Поэтому политгехнологам было не до тонких интеллектуальных методик при освоении выборного бюджета А деньги на этом рынке завертелись немалые Даже создание в 1991 г. Российской ассоциации по связям с общественностью (РАСО) и ряда подобных общественных организаций и принятие ими этических деклараций ничего не изменило. Это были «понты на вынос», адресатом этих инсинуаций было не российское общество, а международные организации public relations, с которыми наводили контакты. Положительным эффектом такой деятельности можно считать приход на российский рынок международных сетевых агентств, которые осваивали, в первую очередь, отечественный рекламный рынок.