Игрушка для волка
Шрифт:
Или взять ту же Оксану. Нельзя сказать, что она отличалась особым умом и поражала окружающих цитированием Байрона в оригинале. Да и воспитанием особым не отличалась… Но соображала же, что у полицейских зарплаты маленькие, а дома есть дешевле.
– Вот и посмотрим, на что они там способны. Сейчас мы в выигрышном положении, рано или поздно, они тут появятся. И вряд ли поздно, они ведь тоже понимают: она может уехать, сменить квартиру, а то… В любом случае ждем здесь три-четыре дня. Если не явятся, придется переезжать.
Этот вариант Инге совсем не нравился. Переезжать, когда она
– А когда они придут, - продолжал Стас, - нужно действовать аккуратно, постараться не уничтожить, а обездвижить, по крайней мере, одного.
Несколько дней в одной квартире с тремя волками.
С тремя посторонними мужчинами.
Нельзя сказать, чтобы о чем-нибудь из этого она мечтала долгими зимними ночами. Но, кажется, выбора особенного-то и нет.
Единственные, на кого ей можно надеяться, это они.
А еще - у нее никто и не спрашивает. Что-то в разговоре не прозвучало: «Инга, ты ведь не против, что мы здесь поживем?».
– Инга, ты ведь не против, что мы останемся? - прозвучал рядом голос Александра.
Он смотрел на нее с такой обезоруживающей улыбкой, что она и сама не поняла, как ответила:
– Конечно, не против. У меня, правда, мало места, надо придумать, кто где будет спать. И продукты…
Действительно, кормить такую ораву - это ж сколько еды понадобится!
– Об этом не беспокойся, - Александр поднялся из-за стола, и ее и без того маленькая кухня сделалась совсем крошечной. - Спать мы будем по очереди, кто-то все время должен дежурить. А продукты закажем с доставкой. Мы зашли в квартиру очень аккуратно, соседи не видели, мимо тоже никто не бродил. Так что лучше пока наружу не высовываться.
– А если они следили за подъездом?
– А мы через соседний вошли. Поднялись наверх, потом через чердак и сюда.
– Но чердак же закрыт на ключ!
Александр снова одарил ее такой улыбкой, что стало понятно: для серьезных парней какой-то там замок - не преграда.
Они остались. И если в первое время Инга чувствовала неловкость, то потом стало как-то спокойнее. Нет, она напрягалась всякий раз, когда кто-то звонил в дверь.
Тот же парень из службы доставки, который чуть доволок объемные пакеты… Однако тогда напряглась не только она, но и все, кто находился в доме. Спрятались, затаились и ждали, готовые напасть, как только Инга подаст сигнал.
Но парнишка из доставки оказался тем, кем и должен был оказаться. Просто парнишка из доставки. Взял деньги, попросил расписаться и с благодарностью за то, что выбрали их сервис, покинул помещение.
Продукты, продукты, продукты, питьевая вода, несколько мотков крепкой капроновой веревки - напоминание о том, что они тут не на пикник собрались.
Следующей в дверь позвонила тетенька из домоуправления, которая проводила опрос жильцов: скидываться или не скидываться на новые домофоны. Инга расписалась, не глядя, не слишком вникая в домофонную проблему. Дверь закрылась, и все снова выдохнули.
Час за часом.
А ее убийцы все не приходили и не приходили.
В
эту ночь ей удалось уснуть часа на два или три, не раздеваясь и свернувшись калачиком в углу кровати.Когда она проснулась, поняла, что слезть с кровати будет проблематично. Два огромных волка занимали чуть ли не всю площадь ковра в ее комнате. Оставаться рядом с ними ей совсем не хотелось, а спустить ноги на пол и сделать несколько шагов, было страшно. Почему-то она чувствовала: ни один из этих зверюг - не Стас, хотя ни окраской, ни размерами они вроде как не отличались.
Отличались чем-то другим. Вернее не так. Стас для нее отличался от всех других.
Немного поколебавшись, она все-таки соскользнула с кровати, на цыпочках добралась до двери и быстро выскочила. Ни один из волков не пошевелился, и даже пол не скрипнул. Неужели она перенимает их звериные повадки - научается ходить бесшумно.
Свет на кухне не горел - не нужно, чтобы они видели мужские (или того хуже - волчьи) силуэты. Но тех бликов, что бросал в окно сияющий огнями город, было достаточно, чтобы сориентироваться. Стас сидел за столом с чашкой кофе. Ну да, кто-то же должен дежурить, пока все дрыхнут.
Только почему дежурит один, а спят все? Безопаснее и правильнее был бы спать по одному, а бодрствовать всем вместе.
– Они ночью охотились… А потом сразу пришли к тебе.
Инга просто кивнула. Сколько можно удивляться одному и тому же фокусу? Она вылила остатки кофе из джезвы в чашку и уселась рядом:
– Ты действительно думаешь, что получится кого-то из этих тварей разговорить?
– Я думаю, что надо хотя бы попытаться.
Инга очень сомневалась в успешности этого предприятия. Чтобы кто-то из этих согласился заговорить, им нужно что-то пообещать, что-то ценное, например, жизнь. Но как пообещать жизнь духу, который увидел охотника и который, оставшись в живых, сможет его найти?
Вернее, пообещать-то можно, а вот выполнять такое обещание лучше не стоит. И духи, какими бы туповатыми они ни были, уж это-то точно должны понимать.
– Мне нравятся твои друзья. Они… - Инга попыталась подыскать подходящие слова, - надежные.
– Не то слово, - он усмехнулся. - Ты себе даже не представляешь, до какой степени.
А ведь и правда - не представляет. Что вообще она знает о тех, с кем судьба свела ее так близко и сцепила так крепко? Почти ничего. Инга стала судорожно вспоминать все, что слышала об оборотнях и их отношениях внутри стаи. Увы, основным источником информации был фильм «Сумерки», и вряд ли этот источник можно было считать заслуживающим доверие.
Впрочем, зачем ей какие-то там фильмы, если прямо сейчас перед ней тот самый заслуживающий доверия источник сидит и пьет кофе.
Что-то за всеми этими приключениями она совсем растеряла журналистские навыки. Ведь первое, что должен сделать уважающий себя репортер, встретив оборотня, это взять у него интервью, придумать громкий заголовок, ну или что-то в этом роде…
Но никогда не поздно.
– А вот интересно… У оборотней все как в книжках пишут? Истинные пары, одна любовь на всю жизнь… Как же оно называется? Запечатления…