Игра света
Шрифт:
Открыв глаза, увидела красный огонек, горящий чуть выше уровня моих глаз на секретарском столе. Блондинка развернулась и быстро подбежала к столу, но странные движения ее туловища, раскачивающегося из стороны в сторону привлекли моё внимание. Нажав на светящуюся кнопку, мы услышали глубоко недовольный голос ректора.
— Трия Маркевич, поторопитесь, пожалуйста, — это почти рычание, заставило поежиться, а блондинка, с закрытыми глазами лишь умиротворенно улыбалась. Странная девушка, словно манекен в костюмерном салоне. Издав непонятный булькающий звук, она поплелась к столику с пышущей паром чашкой и схватив чайный набор, понеслась к двери. Наблюдая за ее шатающейся фигурой и странным шагом я нагло уронила челюсть, увидев ноги блондинки. Из-под короткой юбки выглядывали 4 фиолетовые желевидные щупальца, которые плавно перетекали по полу, оставляя
Булькающий звук отвлек меня, и я взглянула вверх. Появившаяся из-под бежевого пиджака, на месте предыдущей, фиолетовая полупрозрачная голова переводила один глаз с меня на потерявшуюся часть тела. Чашка чая в одной руке и маленький чайник в другой, не давали возможности исправить неловкую ситуацию. Решив помочь, но при этом словно в бреду, подняла аккуратно блондинистую голову манекена, установила на место, за что услышала все такое же странное, но благодарное бульканье и открыла дверь. Секретарша заплыла в кабинет, а я, слушая стук закрывшейся двери, пыталась прийти в себя. Это не было сюрпризом, что в институте преподавали не только северяне, но и другие расы, что входили в Союз. Вот только о существах, наподобие трии Маркевич, я не слышала никогда.
Развернувшись, я наконец двинулась, чтобы покинуть кабинет, но боковым зрением заприметила небольшое красное свечение. Словно в ответ на мой пристальный взгляд, из точки раздались голоса.
— Глубокоуважаемая трия, будьте любезны мне объяснить, что это? — голос ректора выражал крайнюю степень недоумения, а я застыла, не зная лучше ли уйти и не подслушивать, как было бы правильно, или остаться и нарваться на неприятности похуже. Коря свою дурную голову и проклятое любопытство, осталась. Объяснительное бульканье секретарши прервалось глухим ударом о что-то, смешками Четверки и громким ревом Дер Иманда. У меня из рук даже сумка от неожиданности выпала, с шумом шмякнувшись об пол. Подозрительно в другой комнате стало тихо и до меня дошло, что скорее всего если я слышу магов, то и они меня тоже. Я закрыла рот рукой, боясь лишний раз вдохнуть, но желеобразная блондинка еще виноватее продолжила улюлюкать.
— Когда я говорил вам выглядеть представительнее, это не означало ношение вот этого… — мужчина явно не мог подобрать цензурное слово и лишь устало вздохнул. Желе-женщина захлюпала, видимо плача и как я ее понимала в этот момент. Так жалко ее стало, она ведь старалась, нашла этот странный манекен, а он…
— Довольно! Не разводите слизь, триа Маркевич. К завтра, чтобы выглядели более формально. Свободны! — бедная желейка после последних слов вылетела прямо как я недавно и пробежав мимо меня, скрылась в неизвестном направлении. Оглянувшись на дверь, облегченно выдохнула, так как осталась незамеченной. Удобнее перехватив сумку уже настроилась уходить, если бы не дальнейшие слова ректора:
— Как продвигаются поиски, кто-нибудь еще проходил испытания? — застыв, надеялась, что они говорят не о…
— Ухватили след, он точно был в храме вчера до праздника, так как нам всем выпала миссия там, но безрезультатно, — процедил бледный, будучи недовольным неудачей.
Значит вот почему они толпились, нарушая вечный покой святого места и целостность моих нервов. Искали по-видимому меня. Если я правильно понимаю, о каких испытаниях идет речь.
— Похоже, последний участник вашей никудышней компании решил сыграть в прятки? И долго мне ждать, когда вы наконец возьметесь за ум и осознаете, что вы последняя надежда на выживание вашего крохотного материка? — он говорил уже без какой-либо злости или недовольства.
В тоне химерца слышалось лишь холодное равнодушие и нотка дискомфорта. Словно само существование нашего мира причиняло неудобства и лишние хлопоты для берсерка. Такая отчуждённость разозлила меня. Умом я понимала, что наша страна была чужой для иномирца, но как можно так наплевательски говорить о… войне. Разочарование почему-то затопило меня, хотя я не должна была ничего ожидать от ректора. Скорее всего, мне хотелось верить, что раз он из другого, лучшего мира, то и отличается от всех хоть каким-то милосердием. А оказалось…
Но
раз они говорят о войне, значит для них это не секрет. Удивительно, как много полезного можно узнать за таким неблаговидным деянием, как подслушивание. Bсе не могла понять, радовало ли меня, что я не единственный человек, кто просвещен во все тонкости лживой истории нашего государства или нет. Кажись, ректор говорил о последней надежде. Значит, не все еще потеряно и есть шанс выжить? Только вот, с помощью адептов? Не сильно-то верится.— Ну, Агелар, не кипятись. Мы только вчера узнали об избранности и настоящем значении полета Птицы. Дай нам время прийти в себя и разработать план, — подала голос единственная девушка из компании, немного обиженным тоном вытягивая слова.
А меня больше удивило отсутствие предписанной субординации. Или они… Нет, я конечно слышала, что в столице довольно свободные взгляды на отношения, но все же. Он хоть и выглядит молодо, да только насколько мне известно, ректору за 200 лет давным-давно перевалило. Хотя, может я все навыдумывала. Пора прекращать слушать сплетни Ри, уже и сама начала сочинять.
— Лаила права. Мы ведь готовились к Играм, а оказалось в добавок еще и с расовыми конфликтами разбираться и охранять Древнюю Мудрость, — продолжил незнакомый мужской голос кого-то из тех других, чьи имена я не запомнила. Но зато в голове всплыла информация, что один из них докучает Ри. Второй продолжил:
— И не забудь о невидимом пятом участнике, что видимо слишком труслив для Игр. Нам еще и непонятно с кем нянчиться придётся, — странно, я даже не обиделась. Наверно из-за того, что это правда.
— Хаммер, успокой свои гормоны. Отсутствие Шиассы не значит, что боги ошиблись. Просто твоя подруга слишком слаба как физически, так и морально. Тебе бы радоваться, а не язвить. После Игр вам всем курс реабилитации для психически неуравновешенных не помешает, — безэмоциональный голос химерца все больше поражал меня. Нет, ну как такое возможно? Он только что женщину до слез довел, причем совершенно незаслуженно и хоть бы хны. Далее ректор снова завел шарманку о необходимости моей поимки, попутно расписывая ничтожность всей «Четверки» и обсуждение самих Игр. Мне они были не интересны, так как участвовать я не собираюсь. Как он там говорил, не может быть ошибкой богов? Что-то мне подсказывает, если Дер Иманд узнает, кто пятый участник, сам поспешит от меня избавиться. А когда они заговорили о какой-то там карте, которую нужно принести, я поспешила сбежать. И так уже достаточно информации для ночных кошмаров получила.
Бредя по коридорам административного корпуса, в поисках выхода, услышала за одной из колонн знакомое хлюпанье. Пройти мимо я не могла. Благодаря Риири у меня выработался стойкий навык успокаивания женских истерик, к тому же триа Маркевич показалась мне неплохой, я даже готова забыть о ее полу желейной форме.
— А мне понравился ваш костюм, — робко сказала я за спиной у желе-женщины. Она прекратила плакать и развернувшись, вопросительно уставилась на меня красным от слез глазом. — А что? Это было оригинально. К тому же вам удалось шокировать самого Агелара дер Иманда. Ведь так? — вспомнив, что о моем подслушивании никто не должен знать, поспешно добавила последний вопрос. Желе неуверенно кивнула, от чего прическа на ее родной голове пошла рябью. — Ну вот, а это уже повод для гордости, а не для плача, — я улыбнулась, топчась на месте и не зная, работают ли мои попытки успокаивания, так как на лице желе эмоции не слишком хорошо видно. Но, кажется, секретарша улыбнулась. Странно выступающие полосы, скорее всего губы, разошлись в стороны и она прикрыла их ладонью, теперь уже радостно хлюпая. Это похоже смех.
Потом она начала что-то бурно булькать, сопровождая это взмахами рук манекена, что держала в своих желе-руках.
— Сказал представительнее выглядеть? Ммм… Что? Раскритиковал? Да-а-а… Еще и наголо врал? А-а-а, наорал, извините…Нет, ну это… — выслушивая бедную женщину, моё мнение о нашем ректоре скатывалось все ниже и ниже. Зато под конец тирады она уже более-менее пришла в себя и от следов слез остался только платок, пропитанный слизью.
— Знаете, мне кажется вам не стоит придумывать что-то ради того, кто этого не ценит. Будьте собой, а если ему и это не понравится, тогда пошел он в… — я обернулась осмотреть коридор, чтобы убедиться, что за мной не стоит ректор в такой интересный момент, как должно было быть по закону подлости. Но хоть тут повезло и я продолжила, правда не так как хотела закончить, — ну, вы поняли.