Чтение онлайн

Ронни принялась расстегивать пряжку ремня, властно отвергнув лихорадочную попытку Дино помочь ей в этом. Его умоляющий и полный желания взгляд лишь убедил Ронни в том, как верно рассчитаны неторопливые движения ее пальцев, расстегивающих «молнию» его брюк. Она склонилась и запечатлела игривый поцелуй там, откуда исходило нараставшее возбуждение. Дино, тяжело дыша, запустил руку в копну ее роскошных волос. Ронни стало не по себе при мысли о том, что, если он хоть как-то ее не возбудит, дальнейший спектакль превратится для нее в пытку, ибо до сих пор она не ощутила ни малейшего желания. Но эта мысль лишь раззадорила ее. Нужно мечтать, фантазировать, обратить мечту в действительность. Это в ее власти. Это ее жизнь.

Мужчина, оказавшийся

сегодня в ее постели, уже не был тучным бизнесменом, стремившимся предаться плотским утехам в объятиях одной из девушек, приглашенных им на вечеринку. Нет, он превратился в нежного любовника, в рыцаря, о котором Ронни мечтала всю свою жизнь, страстно желая дарить и принимать его объятия и ласку. В ее воображении он был само совершенство: благородный, прекрасный, желанный. Всякое промедление, отделяющее Ронни от того момента, когда его страсть мощно взорвется внутри ее, становилось теперь настоящей пыткой. Дино стал для нее принцем, греческим богом, победителем, героем. Она предавалась мечтам, упоительным, захватывающим, невероятным. Влажное напряжение ее лона лишь доказывало силу самовнушения. Ронни интересовало, возможно ли испытать оргазм, сидя на стуле и используя в качестве стимула только убеждение, фантазию и воображение. Эта занятная мысль приходила ей в голову раза два, но так и осталась нереализованной.

Ронни продолжала нежно щекотать живот Дино, время от времени игриво просовывая пальцы под резинку его трусов. Она вскинула брови, словно спрашивая, не пора ли приступить к действию. Раздувающиеся ноздри и тяжелое дыхание Дино приказывали начинать без промедления. Но спешка не входила в ее планы. Ронни испытывала огромное наслаждение от того, что несколько раз медленно оттягивала резинку его трусов, а затем резко отпускала ее в точно рассчитанный момент, непосредственно предшествующий взрыву возбуждения. Ронни явно видела восторг своего единственного зрителя, отчаянно жаждущего главного развлечения. Отчаяние – вот то, чего она ждала, желала увидеть в глазах Дино, почувствовать в напряжении его чресел.

Ронни склонилась к нему, и едва ее дыхание коснулось возбужденной плоти Дино, она обвила руками его талию и рывком сдернула с него брюки, отпрянув с игривым смехом. Пока он высвобождался из штанин, Ронни оценивающе оглядела себя: отпечаток ремня, остававшийся у нее на животе, всегда чрезвычайно раздражал ее. Иногда он не исчезал по нескольку дней, и тогда количество ее любовников значительно сокращалось.

На лице Дино появилось острое раздражение. Пора немного облегчить ему ожидание, подумала она, но только подразнить, не больше. Она опять склонилась к Дино и неторопливо провела языком от основания к самому кончику его восставшего члена, чем привела его в полный восторг. Он испустил стон блаженного облегчения, в то время как его пальцы блуждали в ее густых кудрях. С минуту Ронни угощала его самыми изощренными ласками, на какие только был способен ее язык, после чего поднялась и села, пристально глядя Дино в глаза. Его мощная грудь тяжело вздымалась, а взгляд требовал большего, самого главного. И Ронни была уже готова к этому, но не раньше, чем после еще одного испытания.

Устроившись между колен Дино, она прижала его напряженный член к своему разгоряченному лону, нежно поглаживая возбужденную плоть кончиками пальцев, будто котенка. Мягкие завитки внизу ее живота нежно щекотали его кожу в такт возбуждающим покачиваниям ее бедер. Дино тщетно попытался притянуть ее к себе. Она улыбнулась и повела плечами, как бы демонстрируя роскошь своей груди. Со стоном, выдававшим его нетерпение, Дино сел на кровати и принялся покрывать поцелуями ее груди. Его лоб блестел от капелек пота. Наслаждаясь тем, как его сильный язык нежно ласкает ее набухшие соски, Ронни почувствовала, что обильная влага прилила к ее лону.

Теперь пора.

Ронни поднялась с колен и медленно, напрягшись всем телом, опустилась на Дино сверху. У него перехватило дыхание,

когда его член входил в Ронни. Обжигающая полнота внутри ее взорвалась жадной энергией, растущей, ускоряющейся. Ронни вцепилась в его рубашку и, стянув, отшвырнула ее в сторону. Она прижалась своими темно-розовыми упругими сосками к его лицу. В предвкушении высшего наслаждения она все увеличивала натиск, ускоряла темп неистовой скачки, от которой перехватывало горло, учащалось дыхание и бешено стучало сердце. Пальцы Ронни скользнули в его черные напомаженные волосы и сомкнулись у него на затылке.

Все ее тело содрогнулось от первых мгновений восхитительного наслаждения, голова в изнеможении откинулась назад, рот приоткрылся, веки сомкнулись и из сведенного судорогой горла вырвался слабый стон. Каждая волна вливавшегося в ее лоно восторга поглощала столько сил, что Ронни в изнеможении рухнула ему на плечо. Несколько секунд спустя она потерла кончик носа, наслаждаясь мгновениями наступившей неподвижности. Внезапно она ощутила, что мягкие волосики щекочут ее влажную щеку. Едва пульсирующее напряжение в ее теле начало затихать, как последовал неожиданно мощный и властный толчок.

Не выходя из нее, Дино перевернул Ронни на спину и подмял под себя всей своей массой. Она видела его покрасневшее от напряжения лицо, выступившие и запульсировавшие на шее и на лбу вены. Пот градом струился по его лицу. Дино нависал над ней, опираясь на кровать руками. Ронни заметила, как дрожат в такт ускоряющемуся движению его бедер вялые мышцы. Вновь подступившее желание сковало ее тело, но спектакль был предназначен для Дино, а не для нее. Ронни сможет насладиться потом, с кем-нибудь другим. А сейчас была работа. От одной мысли быть придавленной этим телом ей стало не по себе.

– Подожди, – повелительно бросила она.

Дино с неохотой остановился и взглянул на нее. Ронни оттолкнула его и, перевернувшись, устроилась на коленях. Она впустила его сзади, и Дино с готовностью обхватил руками ее талию.

Глаза Ронни принялись рассеянно изучать какую-то картину, висевшую над кроватью. Это был заурядный морской пейзаж из тех, что тысячами распродаются вечно голодными художниками на вернисажах в Гринвич-Виллидж. «Наверно, лучшее из того, что было, – подумала она, – но я смогла бы написать поприличнее». Художнику не удалось добиться должного светового эффекта. Не хватало лишь нескольких завершающих мазков, чтобы волны обрели свою естественную прозрачность, а вода манила восхитительной прохладой.

Ронни взглянула из-за плеча на Дино и про себя отметила, что он только и ждет сигнала с ее стороны, чтобы пустить в ход всю свою мужскую доблесть. Она полуприкрыла глаза и издала стон наслаждения, старательно делая вид, что он самый потрясающий любовник на свете.

– О… ка-ак хорошо, – простонала она, стараясь быть как можно более убедительной. – Да… – казалось, молила она. – Еще, да… еще, – выдохнула Ронни.

Спустя мгновение с глубоким вздохом Ронни почувствовала внутри себя отвратительную влажную пульсацию. Всплески следовали один за другим, постепенно теряя силу, и наконец прекратились. Напряжение плоти сменилось изнеможением, и Дино рухнул сзади на Ронни всей своей тяжестью. Она безуспешно пыталась выбраться из-под него, хватая ртом воздух, потом улыбнулась, вообразив, что, хвати его сердечный приступ и умри он прямо на ней, в какое смущение это привело бы медиков, вынужденных вызволять ее из такого щекотливого положения.

Дино поднял голову, похотливо улыбнулся и вышел из Ронни. Она с облегчением поднялась и села на кровати, чувствуя себя несколько помятой после такого не особо деликатного обращения. Она пристально наблюдала за тем, как Дино, усаживаясь на кровати, тщательно приводит в порядок свои жидкие волосы.

– Итак, мистер Кастис, – сидя по-турецки, проговорила Ронни, – как вам понравилось мое искусство?

Дино взглянул на нее с улыбкой:

– Я более чем доволен. Ты на редкость талантлива.