Чтение онлайн

Понимая, что спорить нет резона и, по всей видимости, инженер прав, Вы нехотя соглашаетесь с его доводами и, окинув прикованное тело последним прощальным взглядом, направляетесь прочь из камеры.

Добавьте 1 пункт Героизма и переходите на параграф 301.

Молитва, глубокая и искренняя, преисполненная сердечного внимания, душевного трепета и благоговения, смирения и покаяния, продолжается часами, но Вы не замечаете время. Оно уже не властно над Вами. Точно так же, как не властны над Вами эти стены темницы, король

со своими стражами и все владыки мира с их воинствами и златами.

Всё это кажется таким несущественным, преходящим, незначительным перед Истиной, которая стоит и над временем, и над пространством, перед подлинной свободой, которую невозможно отобрать у человека силой, — и лишь сам он способен закабалить себя, если будет жить по беззаконию и искать правды человеческой, но не Божьей…

Спустя некоторое время Вы слышите приближающиеся шаги и замечаете блики света. Вскоре к Вашей камере приближается уже знакомый безмолвный стражник: в одной руке он держит факел, в другой — массивную связку медных ключей.

Вместе с ним к Вам идёт высокий человек в монашеской рясе — настолько высокий, что Вы, человек выше среднего роста, приходитесь ему примерно по грудь.

Остановившись, он ждёт на некотором отдалении, пока стражник возится с засовами Вашей камеры. Решётчатая дверь отворяется с неприятным скрипом, и тюремщик почтительно отходит в сторону, пропуская человека в рясе вперёд.

— Святой отец, это Вы? — восклицаете Вы, обращаясь к пришедшему. Разумеется, не узнать настолько запоминающуюся внешность просто невозможно.

Духовник старого короля — отец Малахия — один из тех немногих людей, которые если и не сохранили прежнее положение при дворе в полной мере, то, во всяком случае, заставили новую власть считаться с той силой, которая за ними стоит. Молодой самодур без зазрения совести казнил бы и лицо духовного сана, но даже он понимает, что окончательно испортить отношения с духовенством может быть губительно опасно.

— Да, сын мой, — кивает старый знакомец. — Слава Богу, Вы живы после всего, что Вам пришлось пережить. Идёмте. Мне пришлось задействовать все свои связи и влияние, чтобы добиться Вашего освобождения. Поговорить мы сможем и в более располагающей обстановке.

Вообще отношения шута и королевского духовника никогда не были особенно близкими.

Нет, слава Богу, тот не был занудой и обладал хорошим чувством юмора, хотя какие-то шутки в его присутствии озвучивать явно не следовало (и у Вас хватало на это ума), коль скоро есть веселье без осуждения, данное людям в радость, есть шутки, способные ободрить страдальца или изобличить порок и бесчестье, а есть небогоугодный смех и непотребные шутки, которые изгоняют из человека праведность и, без преувеличения, ввергают душу в геенну огненную.

Добавьте 10 пунктов Героизма и 2 пункта Вдохновения!

— Броситься святому отцу на шею от переизбытка чувств — 103

— Поинтересоваться тем, что ожидает остальных узников — 121

— Спросить о том, что собирается предпринимать духовенство в тот час, когда народ так нуждается в вере и напутствии — 139

Схватившись за сердце, Вы издаёте сдавленный стон ужаса и медленно сползаете вниз по тюремной решётке. Из всех злоключений, выпавших на долю измученного немолодого шута, — это, судя по всему, рискует стать последним.

Закрыв

глаз, Вы растягиваетесь на грязном и холодном сыром полу, где молчаливый страж Вас и обнаружит при следующем обходе: холодного, как стены окружающего подземелья…

Если Вы попадаете на этот параграф впервые, запишите ключевые слова « », 5 пунктов Вдохновения и 5 пунктов Героизма. Переходите на параграф «0».

Если Вы набожны, переходите на параграф 209. В противном же случае, Вас ожидает параграф 191

Доселе бесстрастное, лицо призрака перекашивается в бессильном гневе и ярости. Он обращает к Вам изумлённый взгляд и ядовито произносит:

— Мы это ещё посмотрим!

Его голос, неживой, неестественный, не сотрясающий воздух, а словно бы просто исходящий из глубин Вашего сознания, причиняет Вам просто физически ощутимую боль.

Но Вы не собираетесь отступать и истово молитесь, не страшась в этот миг ни человека, ни зверя, ни призрака.

Лик бесовской твари искажается в гримасе боли, горя и ужаса. Издав душераздирающий крик, который, тем не менее, не повторяется эхом под сводами темницы, злой дух сгорает в невесть откуда возникшем пламени, а воздух наполняется премерзким ароматом серы.

Запишите 10 пунктов Героизма и 2 пункта Вдохновения!

Продолжая молиться, Вы даже не реагируете на исчезновение призрака. Вы не знаете, придёт ли он или подобные ему вновь, но вместе с этой нечестивой тварью сгорает и Ваша слабость. Сегодня Вы смотрели смерти в глаза и выдержали её взгляд достойно…

Добавьте +25 пунктов Героизма!

…Но, обессиленный и истощённый от впечатлений и переживаний, Вы сами не замечаете, как теряете сознание, провалившись в забытье — 109

За такие песенки человека могли бы и вздёрнуть, спой он их в присутствии знатных господ. Но королевским стражникам нравилась эта песня, и они не стали возмущаться.

К тому же Вы и сами, как-никак, дворянин, хотя и шут, а с шутов, как известно, взятки гладки. В разумных пределах, конечно же. Голодранцы же пришли просто в неописуемый восторг, который пока ещё был Вам несколько непонятен и озадачил.

Ну да, хорошая песня, и исполнение приятное, но чтобы так… Кхм, странно, но ладно. Вы получаете 10 пунктов Героизма, 2 пункта Вдохновения и 5 пунктов Шутовства, а если аккомпанировали на лютне — умножьте на два.

— Братан! — крепко и душевно обняв Вас, главарь голодранцев расчувствовался: — Крыси… Тьфу!

Поняв, что чуть не ляпнул что-то не то, он тотчас же осёкся и, покосившись на стражников, засеменил прочь, увлекая Вас следом.

Делать нечего, и Вы поспешили за ним. В конце концов, Вы сами решили связаться с этими ребятами, вот сами теперь и разбирайтесь — 13

— Всё, пришли! — раздаётся долгожданная фраза, и Вы испытываете некоторое напряжение, не зная, чем завершится эта беседа, и выйдите ли Вы вообще живым из этого помещения, а то мало ли — всякое рассказывают. Вдруг этот Рикман — великан, поедающий грудных младенцев на завтрак? Бред, конечно, хотя…