Идущие за лисой
Шрифт:
Бумажник
Пересмешники. Вот она, связь между скворцами и «модемом»! Птицы, конечно же, не сами использовали какие-то зашифрованные сигналы. Они просто где-то их услышали и утащили в свою песню. Как сороки, которые тащат что попало в гнездо. У Тамары Николаевны, похоже, феноменально чуткий слух, если она сумела уловить в общей какофонии лишние звуки.
То есть спектрограмма все показала правильно.
Но тогда получается, что история с мертвыми птицами — вовсе не игра жестоких подростков, а чья-то тщательно продуманная охота. Интересно, сколько на самом деле погибло скворцов? Ясно, что убивают не всех подряд: массовый отстрел сразу привлек бы всеобщее внимание. Кстати, никаких звуков, хотя
Значит, выбирают только тех, кто умеет воспроизводить сигнал.
Как они их отличают? Как умудряются незаметно убивать — ведь Антон никого не видел и не слышал? Когда все это началось — до его вмешательства или после?
Нет, перебил сам себя «тыжфизик» и машинально коснулся диктофона в кармане, убеждаясь, что тот на месте. Это все вопросы второстепенные. Главный вопрос — что ж такого ценного содержится в этом звуке, похожем на писк старого модема, что его так тщательно пытаются скрыть?!
Весь день Антон сидел в своей лаборатории, как на иголках. Его очень беспокоила мысль, доживет ли скворец до вечера. Видел ли таинственный «охотник», что одна птица выжила и ее подобрали? Будет ли он ее искать?
Хуже всего было то, что с расшифровкой «скворцов.икс» ничего не получалось. Подобрать ключ к сигналу, воспроизведенному скворцом, было примерно так же реально, как прочитать штрих-код с лежащей на нем камбалы или хамелеона. А тут еще новосибирский проект…
В восемнадцать ноль-ноль Зоя вынесла утреннему посетителю вполне живого скворца и вдобавок — два листа А4, исписанных с обеих сторон аккуратным убористым почерком. Раз уж человек проникся внезапным интересом к орнитологии…
— Извините, Антон Викторович, я от руки написала, свободного компьютера не было, — смущенно пояснила девушка, протягивая листы. — Посмотрите, пожалуйста, тут все понятно? Если что, вы всегда можете позвонить в клинику... Очень хорошая переноска! — добавила она, помогая пересадить птицу.
— Подходит, да? Хорошо, а то я сомневался... Да, переноску я купить успел, а с червяками пока не сложилось, — признался Антон.
Зоя вытащила из кармана какие-то коробочки.
— Вот, я тут раздобыла... на сегодня и завтра хватит, а там уже вы купите... Тут — мешанка, ее сразу в холодильник, а в этой, с дырочками, мучники…
— Ничего себе вы подготовились! — присвистнул посетитель.
Зоя вежливо улыбнулась. Да уж подготовишься тут. В обеденный перерыв сбегала, достала — бедному скворцу сейчас нужно хорошо питаться, а этот, не от мира сего, хорошо если хлебом не додумается покормить. Она была приятно удивлена уже и тем, что он не позабыл про переноску, даже умудрился купить действительно неплохую. И при этом смотрит на нее, как на несмышленыша, хоть и пытается это скрыть. А ей что прикажете делать со своими несолидными двадцатью двумя годами?
— Вы его оставите или хотите выпустить, когда он выздоровеет? — на всякий случай уточнила девушка.
— Нет-нет, я оставлю его. Пусть будет питомец. А то вот сегодня одного мертвого видел, вчера соседская собака тоже трупик нашла... Им, наверно, не безопасно жить в городе? — о том, что конкретно этого скворца выпускать нельзя ни в коем случае, Антон, конечно, умолчал.
— Никому не безопасно жить в городе, — пожала плечами ассистентка. — В таком случае, когда он освоится, выпускайте его летать по квартире, только не оставляйте без присмотра. Скворцы хорошо живут дома. Обязательно звоните, если понадобится помощь. Но я думаю, с ним все будет в порядке. Да, кстати, не с ним, а с ней: это самка, чуть не забыла вам сказать. Всего доброго!
— Спасибо вам большое. За всё, — последние слова он договаривал уже в спину девушке, юркнувшей обратно в коридор. Ну да, она и так потратила на него кучу лишнего времени.
— Ну что, отдала? — спросил Владимир Иванович, неспешно прибираясь на столе: до конца смены оставалось всего ничего.
— Ага. Он все-таки купил переноску.
И собирается оставить его себе насовсем, представляете? Сказал, что в городе им небезопасно, вчера одного собака нашла, сегодня вон тоже... Может, надо было ему на паразитов анализ предложить сдать? — вдруг спохватилась Зоя. — Хотя я не представляю, чтобы взрослые скворцы замертво падали от избытка гельминтов, — добавила она, подумав. — Наверно, просто совпадение. Или в самом деле из рогатки стреляли.— Наверно, — согласился Владимир Иванович, закрывая на ключ какой-то ящик. Вдруг он замер и пристально уставился в угол противоположной стены.
— Зоя, спасибо, вы сегодня отлично поработали. Завтра мы во второй половине дня, помните? Жду вас в пятнадцать тридцать. Можете идти.
Дождавшись, пока Зоины легкие шаги стихли в глубине коридора, Соловьев снова повернулся к углу стены напротив.
— Вечер добрый. Ну и что ты тут делаешь?
***
Зоя плелась домой, жутко уставшая, но в то же время очень собой довольная. Первый день практики всегда самый страшный, а сегодняшний и вовсе вышел каким-то сумасшедшим. Одно начало чего стоит! Но она справилась, и довольно неплохо. Вон даже Соловьев похвалил и отпустил чуть пораньше. Это было очень стати: обеденный перерыв почти весь ушел на скворца с его мучными червями, и сейчас Зое страшно хотелось есть. И горячего кофе неплохо бы… А то холодновато, и дождь накрапывает.
Универсам никак не реагировал на веяния моды и так и продолжал называться просто Универсамом, словно в пику разноцветным сетевым супермаркетам. Но именно в нем появился первый в городе кофейный автомат и огромные упакованные бутерброды с разнообразной начинкой. Мысль о кофе несла Зою вперед, к кассам — но нельзя же просто так пройти через весь магазин с одним бутербродом, тем более если живешь в общежитии. В корзинку в спешке полетел хлеб, овощи, какая-то крупа, пачка чая — наверняка предыдущая кончается. Зоя так торопилась, что чуть не сбила с ног мужчину, который как раз в эту секунду встал в очередь перед ней. Он тут же любезно предложил Зое пройти вперед. Девушка засмущалась, извинилась и, конечно, осталась на своем месте. Очередь двигалась не слишком быстро, и Зоя украдкой рассматривала человека перед ней. Если бы ей нужно было охарактеризовать его одним словом, она сказала бы — элегантный. Темно-серый плащ, как из журнала мод, зонт-трость такого же цвета, кашне из какой-то дорогой ткани. Аккуратно, не слишком коротко подстриженные темные волосы. Когда мужчина повернулся к ленте, стал виден прямой благородный профиль, черные усы и небольшая бородка. Ну прямо модель из рекламы какого-нибудь "Хьюго Босс" в Зареченском Универсаме!
Движения и манеры «Хьюго Босса» отличались неторопливостью. На фоне большинства покупателей — напряженных, суетящихся, нервничающих на ровном месте — человек в сером плаще казался почти медлительным. Он без лишней спешки выложил свои покупки на ленту, спокойно подождал, пока кассир отсчитает сдачу мелочью, и только потом начал аккуратно складывать все в свою сумку-портфель — кожаную, конечно. Зоя, уже чувствующая аромат кофе из ближайшего автомата, не стала дожидаться, пока мужчина перед ней закончит свой церемониал, и просто сгребла покупки в пакет, не разбираясь. Ничего, чай насмерть не помнется, крупа тоже.
Зоя проскользнула мимо «Хьюго Босса» к кофейному автомату и через полминуты была счастливейшим человеком в мире.
А через час, разгребая свои нехитрые покупки, она обнаружила на дне пакета кошелек.
Мужской.
Хороший, качественный бумажник явно из натуральной кожи.
О Господи.
Зоя сразу вспомнила элегантного «Хьюго Босса» в очереди. Она почти не сомневалась, что кошелек принадлежит именно ему, хотя и не могла объяснить, как он оказался в ее пакете. Единственное хоть сколько-то логичное предположение заключалось в том, что она сама случайно его сгребла вместе со всем прочим содержимым ленты. Пока он там возился...