Идеальный мужчина
Шрифт:
— Алекс? Это правда вы?
— Да, это я, собственной персоной. — Алекс на секунду приподнял очки и весело подмигнул растерянному детективу. — А теперь отопри дверь и впусти меня в машину!
Он повернулся и махнул Элайе, чтобы тот ехал следом за Кайлом, а сам рысцой обежал машину и уселся справа от Лутера.
Судя по всему, парень все еще не оправился от шока.
— Глория жаловалась мне, что вы вообразили себя Джеймсом Бондом, но я ей не поверил! Черт побери, так вы и правда затеяли игру в шпионов?
— У меня нет времени обсуждать свою секретаршу
— Но она сказала…
— Меня не волнует, что она тебе наговорила. Теперь тебе наконец придется заняться делом. У нас совсем нет времени. Элайя сделает все, что может, чтобы заморочить Лотесу голову, но поскольку племянничек никогда не испытывал к дяде особой любви…
У Лутера снова отвисла челюсть.
— Так тот старикан в раздолбанной таратайке — дядя Кайла Лотеса?!
— Ты и это прошляпил, верно? — Алекс ехидно ухмыльнулся. — Да, Лотес — родной племянник Элайи. Но Элайя не сильно гордится этим родством и предпочитает о нем помалкивать. Заводи машину. Мы едем на квартиру к управляющему — только не говори, что не знаешь, где она находится!
— Конечно, знаю. Но зачем мы туда едем? — недоумевав Лутер, выезжая на улицу.
— Чтобы ее обыскать.
— Произвести незаконный обыск?
— А что еще тебе остается делать, если ты не коп? — сердито воскликнул Алекс. Его злила столь неуместная щепетильность частного детектива.
— По-моему, вы рискуете угодить пальцем в небо, — покровительственно сообщил Лутер, крутя баранку. — Лучше занялись бы Брук Уэлш.
— Вот как?
— Точно! — И Лутер убежденно кивнул головой. — Нынче утром к ней на дом доставили совершенно загадочный груз!
— Хм-м… — задумчиво промычал Алекс, поддаваясь искушению поиграть с этим простаком в кошки-мышки. — Хотел бы я знать, что же это за груз?
— Презервативы! — торжествующе выпалил Лутер. — Презервативы с вашей фабрики!
— И как же тебе удалось разнюхать, что там были именно они?
Детектив сообразил, что ляпнул лишнее. Он демонстративно поджал губы и сделал вид, что слишком занят вождением, хотя в этот ранний час улицы были совершенно пусты. Но Алекс не собирался давать спуску проштрафившемуся сыщику.
— Лутер! Надеюсь, ты не нарушил закон и не вторгся без спросу в чужую квартиру?
Они миновали целых два квартала, когда тот наконец не выдержал:
— Ну ладно, ваша взяла. Я действительно сунул нос в этот домишко, но буквально на секунду! Уж очень хотелось знать, что в тех коробках. Их привезли целый грузовик.
— А ты успел разглядеть, кто вел этот грузовик? — вдруг насторожился Алекс.
— Пожалуй, я вполне смогу его опознать, если будет нужно.
— Очень хорошо! Если мы больше ничего не сумеем раздобыть, тебе действительно придется опознать его.
— Раздобыть… — растерянно повторил Лутер. — Вы мне скажете наконец, что все это значит?
— Ну, поскольку незаконный обыск предстоит сделать именно тебе, было бы несправедливо и дальше держать тебя в неведении.
Лутер громко сглотнул.
— Надеюсь,
вы не забыли свою чековую книжку, потому как это влетит вам в изрядную сумму! Если меня поймают, то не просто отберут лицензию!— Ну что ж, это значит, что тебе следует проявить дьявольскую осторожность, чтобы тебя не поймали. Иначе как же ты будешь тратить те деньги, которые я собираюсь тебе заплатить?
Но детектива почему-то не убедил даже этот безотказный довод. Он с мрачным видом загнал машину на стоянку возле дома Лотеса и выключил зажигание.
— Где вы будете находиться, пока я буду рисковать своей шкурой?
— Здесь, в машине. Да ты не бойся, я сразу дам гудок, если увижу Лотеса.
— Вот уж спасибо! — со стоном воскликнул Лутер. — Прямо с души камень свалился, когда узнал, что «на шухере» будет стоять мой босс!
— Чрезвычайно польщен. А теперь позволь тебе объяснить, что именно мы ищем…
— Нет, ты скажи точно: тебе больше ничего не нужно? — в десятый раз спросил офицер Джеральд. — А то ведь шериф Снайдер ясно сказал: не вздумайте обращаться с ней как с преступницей!
Усмехнувшись в кулак, Брук покосилась на то, что исполняло обязанности тюремной койки. Трудами заботливых стражей порядка она превратилась в роскошное ложе с несколькими тюфяками, дюжиной одеял и горой пуховых подушек. Пожалуй, с этим сооружением не могла сравниться даже ее собственная кровать, на которой она спала дома.
— Честное слово, мне больше ничего не нужно, — заверила Брук, вежливо улыбнувшись Джеральду.
— А как насчет еды? Твой стейк не слишком жесткий? Смотри, мне ничего не стоит отправить его назад. Трева подрумянит его еще немного, и тогда…
— Джеральд! — нетерпеливо перебила его Брук.
— Да, мэм?
— Тебе правда больше нечего делать? — И она выразительно глянула на унитаз, гордо сверкавший в углу ее камеры.
— Ох, оно и верно! — Джеральд даже побагровел от смущения. — Погоди, я сейчас прилажу занавеску и оставлю тебя одну… Ну, для дела…
Когда впопыхах натянутая простыня отгородила ее зарешеченную камеру от общего коридора, Брук плюхнулась на койку и уставилась на поднос с едой, доставленной из кафе Тревы.
Чтобы не обижать своего заботливого тюремщика, она съела почти половину салата, но так и не смогла притронуться ни к толстому сочному стейку, ни к жареной картошке с румяной корочкой, ни к пирожным. Джеральд позаботился даже о знаменитом персиковом кобблере на десерт. Как жаль, что она совершенно потеряла аппетит!
Ее взгляд скользнул по подносу со всей этой роскошью и задержался на камере. Вот тебе и «ходить по нужде под конвоем и питаться черт знает чем!». Одна «тюремная койка» чего стоит! Видел бы ее сейчас Алекс. У Брук на губах заиграла слабая улыбка.
Переставив поднос на телевизор (Джеральд не забыл и о телевизоре), она удобно устроилась на кровати, заложив руки за голову. Больше всего ей хотелось бы знать, чем сейчас занят Алекс и все ли идет по плану. Интересно, так ли сильно он скучает без нее, как скучает она?