Шрифт:
…
Воинов смотрел на деда Макряка с чуть грустной жалостью, тем самым, видимо, показывая, что всерьёз его не воспринимает.
– Так и чего, дед, чего тебе эти голоса шептали?
Макряк тискал в руке старинную, местами помятую жестяную кружку – хмурился, прятал взгляд под ниспадающими на лицо седыми космами. Наконец пробурчал шамкающе:
– Нищщаво.
Стас усмехнулся. Они с Воиновым сидели в макряковской хате уже с полчаса, а толку ноль – дед ушёл в полную несознанку. И непонятно – то ли это от вредности, то ли из страха, хотя, если вдуматься, чего ему бояться?
Стас
Однако попробовать всё же стоило, и, зная упрямство Воинова, Стас внутренне настроился на долгий разговор. Получится ли только выяснить хоть что-то?
– Слушай, дед, а ты почему Макряк? Прозвище какое-то странное, нерусское…
Очевидно, Воинов решил испытать проверенную тактику увода разговора в сторону – иногда это работало. Если задеть в человеке что-то личное, больное – живинку, так это обозначал Воинов, – то некоторых удавалось раскрыть («раскурочить» – это опять же по-воиновски). А раскрывшись в одном, люди, бывало, растворялись и в другом, в том, к чему Филипп аккуратно, невзначай, и подводил.
К удивлению Стаса, дурацкий вопрос как будто действительно всковырнул деда.
– Эх ты, щщопа с ручкой, – защёлкал он свистяще. – Вроде умный, в конторе работаешшшь, а простейшшего не знаешь.
– Это что же такое простейшее? – изобразил заинтересованный вид Стас.
– То и простейшшее, щто Макряк – это селезень.
Услышав про селезня, Воинов прихмыкнул. А Стас только утвердился в мысли, что дед и впрямь плох – давно, наверное, кукухой едет. Впрочем, живёт всё же в относительной реальности: про контору-то запомнил.
– Ладно, при чём тут селезень?
– А вот прищщём.
Дед, с необычной для старости лёгкостью ухватившись за край стола, приподнялся, зашаркал куда-то к печи. Вынул из глубин накиданной поверх печи одежды древний смартфон, поколдовал с ним и грохнул прямоугольную штуковину перед Воиновым. На экране красовался портрет какого-то мультипликационного героя: рыжий чуб под очками-авиаторами, изогнутый утиный нос, лихо повязанный шарф. Симпатяга, умели же раньше придумывать мультяшные образы.
– Это Макряк? – уточнил на всякий случай Воинов.
– Зигзаг Макряк. В детстве мы смотрели и «Утиные истории», и «Щщёрный плащщ», да и другие мультики. Вы-то, кринжовые, походу воспитывались на «конфетах», вот и выросли отбитыми. Не то что нащще поколение, у нас всё по-другому было. А главное было – это доброта, щеловечность, понимание, щто такое зло, а щщто – правда…
Старик с тяжким вздохом бухнулся обратно на табуретку и вновь подхватил кружку.
Воинов озадаченно покрутил встрёпанный над ухом вихор, глянул на Стаса. В его глазах вроде бы мелькнула какая-то мысль, и хотелось, конечно, чтобы она оказалась дельной, выводящей Макряка на диалог.
– Слушай, дед, – начал Воинов. – А ты этот свой гаджет часто юзаешь?
– В смысле?
– Я почему спрашиваю: кнопки «апгрейда» у тебя не вижу. То есть, ты так и выходишь в интернет по старинке, через этот пластиковый гроб?
Дед откинул подрагивающей рукой лохмы, глянул на Воинова недобро.
– Это
ты щто, фащщист, хочешь, щтобы я себе эту залупу в голову закатал? – он ткнул пальцем в сторону переливающегося перламутром «апгрейда» Воинова.– Так удобно же, дед, весь онлайн в твоей голове, не надо давить на кнопки, да и хренотень эту носить задолбаешься, тяжёлая…
Жестяная кружка покатилась по столу вкруговую, притормозив возле блюдечка с раскрошенным печеньем. Дед Макряк заскворчал неприятно горлом, будто собирая внутри что-то гадостное – харкнуть, что ли, приготовился? Но нет, сдержался, пояснил вполне даже цивильно, хоть и с матерком:
– В пинде у матрёны видал я твой онлайн. Вы же, щщколота, ни хера не знаете, кто и защщем вам эти хреновины ставит. А ставят их ротщильды и следят за вами, через ваши бараньи глаза. Но ладно бы только следили, они ведь и управляют вами. Вы вот как думаете – на хера сюда приехали и ко мне в хату завалились?
И тут бы Стас всхохотнул как следует, но, глянув на внезапно присмиревшего Воинова, сдержался. Что-то тревожное пропечаталось на его лице, какая-то странная тень легла. Однако – не воспринял же он дедовские бредни всерьёз?
– Ротшильды, говоришь? А что Ротшильды тут забыли? – спросил Стас.
Макряк усмехнулся, обнажив голые, беззубые дёсна, и погрозил подрагивающим пальцем.
– Во! Щуете? Вопрос вопросов. Что пиндосы забыли в богом оставленной деревеньке Ростовской области?
Воинов ещё пару секунд посидел, глядя на деда в лёгком гипнотическом раздумье, но тут уж встряхнулся, оправился.
– Да ладно тебе, Макряк, не гони. Эти штуки, – он ткнул себя в букашку «апгрейда» на виске, – российского производства. Их разработал наш, отечественный НИИ, а делают на одном из новых «заслоновских» комбинатов. Все комплектующие – российские, тут вообще вся Россия, полное импортозамещение. Ротшильдами и не пахнет, так-то.
Дед продолжал щериться в неприятной ухмылке.
– Ну и дурак же ты, Филя, сразу видно – простофиля. «Заслон»-то твой под контролем Мамырёва, так? Олигарха недобитого, который сховал накраденное там, на Западе. Его за яйки Ротщильды с цэрэу и скрутили. Типа, не хощщешь жить под санкциями, вкрущщивай в свои аппараты наше пиндосское ПО, но делай это так, незаметненько, впаривая людям, что всё российское. Вот так оно всё это работает, ребятки.
У Стаса внезапно зачесался нос, адски зачесался, настолько, что он в ярости начал его тереть костяшкой большого пальца. Дед-то, оказывается, не простой. Сто лет чудаку, но маразмом всё-таки не пахнет: имя Воинова уловил и запомнил, едва они вошли, представившись. И владельца «Заслона» знает – следит за новостями, получается? Ох, непрост этот селезень, весьма непрост. Конспирология эта дешёвая, правда, но это для поколения дедовских ровесников как раз норма.
Воинов коротко вздохнул и прихлопнул по столу ладонью.
– Ладно, Макряк, некогда с тобой размусоливать. Такой вопрос к тебе – ты на смартфон свой фоткаешь что-нибудь? К примеру, есть фото с Поля?
Дед в момент нахмурился. Снова заскворчал горлом, но заметно потише, будто бы задумчиво даже.
– Ну, мощщет и есть.
– Может, или есть?
– Если есть, то я ведь тебе показывать нищщево не обязан. Нет такого указа, щтобы проверять содержание гаджетов законопослущщных граждан.