Чтение онлайн

– Магистр! Ведь это же, мы!

– Ты прав, Андрэ, Это – наша Фаза, Фаза Стоуна. А запалом послужил выстрел того самого суперлазера.

У меня холодеют руки и ноги, а язык отнимается. Я не в силах вымолвить ни слова. Вот, оно! Генрих коротко и глухо спрашивает:

– Когда?

– Завтра, в четырнадцать.

Эти слова звучат как приговор. Несколько минут мы мрачно смотрим на развернувшуюся перед нами картину огненного апокалипсиса. Первым приходит в себя Микеле:

– Что будем делать, Магистр?

– А что мы можем противопоставить этому? Какую защиту мы можем создать против луча лазера, который прошибает межфазовые барьеры?

Мы

снова замолкаем, пораженные мощью готового обрушиться на нас супероружия. На этот раз молчание нарушает Генрих:

– Но нельзя же сидеть, сложа руки, и покорно ждать, когда над нами загорится небо!

– Конечно, нет. В настоящий момент Совет Магов обсуждает пути и график эвакуации и принимает непростое решение.

Со слов Магистра мы понимаем, что как только Ричард и Катрин подняли тревогу, Совет Магов собрался и обсудил все наши возможности в данной ситуации. Не такто просто эвакуировать несколько миллионов обитателей НульФазы. Уже сейчас на полную мощность работают пункты внедрения. Совет договорился с Фазами, которые сотрудничают с нами, и там быстро подобрали нужное число добровольцев, которые согласились временно предоставить свои тела в качестве пристанищ для Матриц эвакуируемых. Готовы к старту четыре звездолёта, которые могут принять на борт часть населения. Разумеется, в первую очередь эвакуируют женщин и детей.

– Кстати, – Магистр обращается в этом месте к Лене и Катрин, – сегодня в двадцать пятнадцать вы обе должны быть на пункте внедрения нашего Сектора.

Но всё равно, до четырнадцати часов завтрашнего дня около двухсот, двухсот пятидесяти тысяч эвакуироваться не успеют. О бомбоубежищах не может быть и речи. Их просто нет. Кому при освоении Фазы Стоуна могло прийти в голову, что нам когдалибо понадобятся бомбоубежища. Правда, есть Лабиринт, где на нижних уровнях можно укрыть и большее количество людей. Но, вопервых, Кристина, оценив мощность удара, высказала сомнение, что даже Лабиринт сможет спасти людей от «участия» в цепной азотной реакции. При его строительстве широко использовались различные пластики, которые контактируют с поверхностью планеты. А вовторых, даже если люди в Лабиринте и выживут, то на поверхность они не смогут выйти до конца дней своих.

– Вот что будет представлять после удара наша Фаза, – говорит Магистр и включает соседний монитор.

Нашим глазам предстаёт самый настоящий лунный пейзаж. Ни травинки, ни былинки, ни вороны, ни крысы, ни гадюки. Даже инфузорий и вирусов нет! Земля, лишенная азота. Это пострашней ядерной зимы.

– Возможно, когданибудь здесь возникнет какаято кремнийуглеродная форма жизни, – шепчет Лена.

– Сейчас Совет Магов решает труднейшую задачу: кого оставить здесь? – говорит Магистр, – Полчаса назад было принято решение: объявить по всем Секторам и Службам, что двести пятьдесят тысяч эвакуироваться не успеют. Здесь останутся только добровольцы. Разумеется, всех их поместят в Лабиринт. Там у них будет хоть какойто шанс. А в будущем мы, возможно, сумеем пробить туда прямой переход и вызволить их.

– Кстати! – вскакивает Микеле, – А прямые переходы! О них что, забыли?

– Конечно, нет. Но для того, чтобы поддерживать его открытым для прохода такой массы людей, потребуется колоссальная энергия. Её у нас просто не хватит. Переход будет работать сколько можно. Сейчас Кристина готовит его открытие. Она уже назвала примерное количество людей, которое она сможет через него пропустить, и это учтено в графике эвакуации.

Я подхожу к компьютеру и включаю монитор

связи. Набираю код, по экрану несколько минут бегают замысловатые фигуры, ежесекундно меняющие свой цвет. Наконец он светлеет, и появляется лицо Мефи.

– Здравствуй, Андрей! – улыбается он.

Минуты две я мрачно смотрю на него, потом поворачиваю один из мониторов так, чтобы он видел остановленное изображение кульминации азотной реакции:

– Ты эти научные исследования имел в виду, когда посылал меня на Плей за Олимпиком?

Улыбка исчезает с его лица:

– Разумеется, нет.

– Ты хочешь сказать, что не знал о том, для чего его хотят использовать?

– Да, я ничего не знал об этом.

Считаю про себя до пятнадцати и делаю четыре глубоких вдоха. Что толку, если я сейчас покрою его отборным русским матом и вдарю кулаком по дисплею? Только смешно будет.

– Я тебе не верю!

Мефи пожимает плечами:

– Это твоё право. Но, прежде чем ты сделаешь окончательные выводы, разреши мне задать вопрос твоему непосредственному начальнику.

Теперь я пожимаю плечами:

– Валяй.

– Филипп. Мы с вами примерно в одном ранге. Скажите, вы, по роду своей деятельности, в курсе всех планов, которые принимает ваше верховное руководство или, как вы его называете, Совет Магов?

– То, что мне необходимо, я знаю. Во все детали работы и планов Совета я и не собираюсь вникать, своих забот хватает.

– Хорошо. А бывает в ваше практике такое, что вы, по заданию Совета Магов, планируете операцию, конечные, с далёкой перспективой, результаты которой вам не ведомы?

Магистр задумывается на минуту, потом говорит:

– Если честно, то несколько таких операций я организовал и даже сам принимал в них участие. Я же сказал, что во все детали планов вникнуть просто нет времени и возможностей.

Мефи печально улыбается и коротко разводит руками:

– Что же ты хочешь от меня, Андрей? Да, я говорил, что моё мнение имеет в нашей организации солидный вес. Солидный, но не решающий.

– Понятно. Имеется ли возможность отменить эту акцию?

Мефи печально качает головой:

– Нет, Андрей. Решение принято, должен сказать далеко не абсолютным большинством голосов. Было много противников, я уже не говорю о себе. Но у нас железный закон. Пока решение не принято, можно спорить, доказывать, обсуждать, протестовать. Но после принятия решения – никаких дискуссий. Все работают на его реализацию: и сторонники, и противники.

– Неплохой закон. Но, полагаю, он не помешает тебе, как противнику такого решения, дать нам практический совет: как наилучшим образом повести себя в данной ситуации?

Мефи задумывается, закуривает и, затянувшись пару раз, говорит:

– Сейчас лучшее, что я могу вам посоветовать, это спасаться. Эвакуироваться. Противодействие исключено. У вас для этого просто нет ни средств, ни времени. И послушайтесь, ради Времени, ещё одного совета. Я знаю, на что способен ты и твои друзья. И сейчас, я уверен, ты уже прикидываешь: успеете ли вы пробить прямой переход, перебросить на прицельное устройство десант и навести там шороху. Не ломай голову, скажу честно: успеете. Но это будет бессмысленной тратой ваших жизней и энергии, которую вам лучше сэкономить для успешной эвакуации. Мы прекрасно знаем, с кем имеем дело, и этот ваш возможный ответ был рассмотрен в первую очередь. Мы подготовились. Вас встретят не менее опытные и умелые бойцы, но числом они вас превосходят в десятки раз. Чтобы ты не подумал, что я блефую, смотри.