Чтение онлайн

Ванея, сын Иодая, закончил чтение. Члены комиссии явно испытывали неловкость; одни рассматривали свои ногти, другие почесывали носы. Причина их смущения была очевидной, ибо первым, кто прошел по подземному ходу, добрался до водоема и сражался с иевусеями, поразив их, был Иоав; но в отношении Иоава, как было известно, царь Давид дал поручение сыну своему Соломону: «Поступи с Иоавом, как подскажет тебе твоя мудрость, дабы седая голова его не упокоилась с миром в могиле».

Наконец Иосафат, сын Ахилуда, дееписатель, всплеснул руками и изрек:

— Отчего возникают в сердцах господ моих сомнения на счет того, как представить Иоава в наших хрониках? Разве в Книге Бытия не повествуется совершенно откровенно о змие, разве не говорится там о Каине, убийце брата своего Авеля? В иных странах тот, кто неугоден царю, упоминается в книгах лишь вскользь или не упоминается вообще и таким образом как бы перестает существовать, а сыновья его вдруг неожиданно становятся ничьими сыновьями. Но так поступают необрезанные,

а кроме того, это немудро, ибо полное искажение фактов может ввести в заблуждение лишь полных глупцов и вызывает недоверие ко всей книге; и как только на трон восходит новый царь, он приказывает переписать все по-новому: те, кто при предыдущем царе был в опале, снова извлекаются на свет БОжий, а любимчики соответственно отправляются в небытие, так что история целого народа зависит от того, какие задачи ставятся перед теми, кто эту историю пишет. Мудрейший из царей Соломон предпочел бы, чтобы наша комиссия подошла к этому вопросу более тонко: если правду следует подправить, то делать это нужно очень осторожно, и вообще действовать деликатно, чтобы народ поверил написанному; царь надеется, что Единственно Истинные и Авторитетные, Исторически Точные к Официально Признанные Хроники об Удивительном Возвышении и так далее переживут все другие книги такого рода.

Я заметил, как нахмурился Ванея, сын Иодая. Гневно засопев, он высказался:

— Довольно. Пусть БОг нашлет на меня все свои кары, если я не устрою открытого суда над Иоавом. У меня хватает свидетельств против него и его собственных признаний, чтобы дважды, даже трижды его повесить, и отрубить ему голову, и прибить его тело к первой попавшейся стене; на этом суде он расскажет всю правду, так что ничего подправлять не понадобится.

Дееписатель Иосафат, сын Ахилуда, вежливо улыбнулся. Возбуждение судебного процесса, заметил он, выходит за пределы компетенции господина Ванеи, а также предполагает согласие царя Соломона; и одно дело — вздернуть человека, а другое дело — написать о нем.

Взглянем на царя Давида в зените его славы.

Волосы его порыжели, в бороде появились первые седые волоски. Необходимость постоянно быть начеку проложила вокруг глаз бороздки морщин, а сами глаза утратили былой блеск.

(Иосафат: «Здесь необходимо упомянуть, что ГОсподь поставил Давида царем над Израилем по воле народа Израиля».)

Царь живет в крепости Сион и нарекает ее градом Давида. Он укрепляет ее. Он ведет переговоры с Хирамом, царем Тира, который посылает ему стволы кедров, а также плотников и каменотесов, чтобы построить Давиду дворец.

Из дочерей города Иерусалима берет он себе новых жен и наложниц. Ему нужны свежие женщины, ему нужно больше сыновей, он надеется, что расширение его семьи за счет местных красавиц сделает его любимцем народа.

(Элихореф: «Здесь следует указать имена сыновей Давида, которые родились у него в Иерусалиме».)

Он истинно избранник ГОспода. Дом Саула после смерти его основателя пал, а дом Давида должен существовать многие поколения. Власть Давида освящена высшей целью — поэзия его проникнута этой мыслью; вместе с текстами главный царский музыкант получает подробные указания относительно того, как их надо исполнять. Однако Давид ищет более надежное свидетельство своего божественного предназначения.

И вспоминает о Ковчеге Завета.

(Нафан: «Хорошо бы ввести здесь короткую главу о переносе Ковчега ГОспода в Иерусалим».)

БОжий Ковчег с восседающим меж херувимов незримым Яхве. Его везли в Иерусалим, и вместе с ними везли Яхве, неосязаемого, изменчивого БОга всех израильских родов. Там, где БОг, там и власть.

Но где же находится Ковчег? Поспешно проведенные расспросы показали, что в последний раз перед ним преклонялись, по всей видимости, во время судейства пророка Самуила, точнее, после того как его в битве захватили филистимляне, но вскоре, измученные насланными Яхве нарывами и язвами, отправили его назад в Израиль. С тех пор стоит он, покрытый пылью, в сарае некоего Абинадава из Кириафарима близ БОжьего храма.

(Садок: «Подробности, которые могут вызвать сомнения в святости предметов культа, следует опустить».)

Ковчег очищают от паутины и красят свежей краской, после чего царь Давид в сопровождении тридцати тысяч верующих отправляется к дому Абинадава, чтобы забрать оттуда Ковчег. Его устанавливают на новую деревянную колесницу, которую поручают вести Озе и Ахию, сыновьям Абинадава.

Давид знает, как он обязан ГОсподу, поэтому это была самая торжественная процессия в истории Израиля: бесчисленные музыканты играли пред ГОсподом на арфах, гуслях, литаврах, на тимпанах, систрах и кимвалах; шум стоял такой, что мог испугать даже самого невозмутимого вола. И в самом деле: когда процессия дошла до гумна Нахона, волы шарахаются, колесницу заносит, Ковчег кренится набок, Оза хватается за него, чтобы поддержать. За это на него обрушивается гнев ГОспода, и он умирает тут же, возле БОжьего Ковчега.

(Садок: «Этот эпизод следует несколько смягчить, дабы не возникло сомнений в справедливости ГОспода».)

Давид испуган: если Оза поражен лишь за то, что поддержал БОжий Ковчег без должной

почтительности, что же тогда грозит тому, кто хочет использовать его ради собственной корысти?

И Давид решил избавиться от опасной вещи. Тело Озы оставляют лежать на месте, а БОжий Ковчег заносят в стоящий неподалеку дом гефянина Аведдара, чтобы посмотреть, что будет дальше: если гнев ГОспода окажется продолжительным, то он убьет и Аведдара.

(Ахия: «Выбор для этой цели иноземца необходимо подчеркнуть, ибо это свидетельствует о великой любви Давида к народу Израиля».)

За три месяца ничего не случается: на Аведдара не только не обрушились бешенство, язвы или гнойники, но, по всей видимости, ГОсподь благословил его дом и все, что ему принадлежит.

Тогда Давид решается на еще одну попытку. Чтобы действовать наверняка, он приказывает приносить в жертву тельца и жирного барашка через каждые шесть шагов. Он надевает на себя полотняные одеяния священника и в экстазе танцует перед ГОсподом к великому ликованию народа, восхищенного его дарованиями, и к огромному неудовольствию Мелхолы, наблюдающей из окна за его прыжками; так сопровождал он Ковчег до дарохранительницы.

(Элихореф: «Чтобы подчеркнуть щедрость Давида, здесь необходимо добавить, что Давид в этот день приказал раздать всем израильтянам, мужчинам и женщинам, по хлебному караваю, доброму куску мяса и кружке вина».)

Перечень побед Давида над различными чужеземными врагами,

составленный Ванеей, сыном Иодая, и им же представленный в комиссию

с целью занесения в Хроники царя Давида

ПЕРВЫЙ ПОХОД ФИЛИСТИМЛЯН:

филистимляне вторгаются в страну через долину Рефаим. Следуя совету ГОспода, Давид наносит по ним удар у Ваал-Перацима. Разбитые филистимляне бегут, оставив изображения своих идолов, которые Давид приказывает сжечь.

ВТОРОЙ ПОХОД ФИЛИСТИМЛЯН:

Филистимляне вновь вторгаются в Израиль через долину Рефаим. ГОсподь советует Давиду совершить обходной маневр и атаковать тыл врага; ГОсподь сам подаст знак к атаке шелестом в верхушках тутовых деревьев. Давид поступает так, как говорит ему ГОсподь, и поражает филистимлян от Гавая до Газера.

ПРЕСЛЕДОВАНИЕ ПОБЕЖДЕННЫХ:

Сопротивление растерзанных войск филистимлян сломлено; города филистимлян взяты; пять царств прекращают свое существование.

ПОКОРЕНЕНИЕ МОАВА:

Моавитяне подверглись нападению Давида и были разбиты. Из каждых трех способных держать в руках оружие мужчин двоих он приказывает убить, остальных моавитян облагают данью.

БОЛЬШОЙ СЕВЕРО-ВОСТОЧНЫЙ ПОХОД:

Сувский царь Адраазар угрожает распространить свою власть на воды и берега Евфрата. Давид выступает против него походом, разбивает его, берет в плен двадцать тысяч пеших воинов и семь сотен всадников, захватывает тысячу боевых колесниц. В Иерусалим доставлены золотые щиты офицеров Адраазара, а также большое количество меди из Бефы и Берофы, городов Адраазаровых.

ЗАХВАТ ДАМАСКА:

Сирийцы из Дамаска приходят на помощь сувскому царю Адраазару. Давид разбивает их двадцатидвухтысячное войско, размещает гарнизоны в Дамасской Сирии и облагает жителей данью.

ПОРАБОЩЕНИЕ ИДУМЕИ:

На обратном пути из Сирии, из Соленой долины, Давид разбивает войско, спешащее на помощь из Идумеи, — восемнадцать тысяч человек. Он размещает в Идумее свои гарнизоны и облагает жителей данью.

ВЕЛИКИЙ ПОХОД ЗА ИОРДАН:

Аммонитский царь Аннон, разгневавшись, приказал до половины обрезать бороды посланникам из Израиля, наполовину укоротить их одежды и отправил с голыми задами. Давид высылает Иоава с войском. В двойной битве у ворот Раввы по очереди разбиты аммонитяне и прибывшее им на помощь сирийское войско. Сирийцы снова собираются с силами и к тому же получают подкрепление от царя Адраазара, Давид собирает все войско израильское, переходит Иордан и побеждает у Елама объединенное сирийское войско под предводительством Совака, военачальника Адраазара. Войско Давида разбивает сорок тысяч всадников и отряды, состоящие из семисот боевых колесниц; Совак умирает от ран. Многие сирийские царства, признав свое поражение, прекращают воевать и покоряются израильтянам. Аммон разорен Иоавом, столица Равва разрушена при осаде. Жители ее порабощены; корону аммонитского царя весом в талант золота, украшенную драгоценными камнями, Давид водружает на свою голову.

ОБЩИЙ ВЫВОД:

Во всех этих битвах и походах ГОсподь хранил Давида, куда бы тот не отправлялся.

— А теперь, господа мои, — сказал дееписатель Иосафат, сын Ахилуда, — переходим к последнему на сегодня вопросу: почему царь Давид, хотя и перенес Ковчег БОжий в Иерусалим, однако храм для него не построил, оставил это святое дело для своего сына и наследника Соломона?

У меня появилось опасение, что Иосафат заставит отвечать на этот вопрос меня. Храм из-за бесконечных непомерных расходов был постоянной причиной общественного недовольства, и многие в народе хвалили Давида за то, что старый царь, в противоположность своему сыну, мудро уклонился от строительства такого грандиозного, пусть и священного, сооружения.