Хранительница. Дневник мести
Шрифт:
У Эллин сжалось сердце. Она смотрела в глаза этих магов и видела в них боль, ту же, что заполнила ее сердце. Каждый из присутствующих терзался от потери своего хранителя – мага, на котором все поселение держалось многие годы. Что будет дальше? Всех волновал один и тот же вопрос. Но Эллин знала не больше их.
Солнце слепило, но Эллин не хотела пробуждаться. День предстоял тяжелый, и она не была готова приступить к нему.
В комнате появилась Сеона. Она присела на край кровати и погладила Эллин по волосам. Ее нежные руки забирали боль, но не могли
– Сегодня важный день. Тебе пора привести себя в порядок.
И Эллин послушно встала с постели. После сборов, она немного приободрилась. Но внутри нее оставалась пустота.
На въезде в поместье собрались почти все маги поселения. Все они ждали, когда перед ними престанет их новый хранитель. Маги активно обсуждали грядущие изменения, создавая сильный шум. До Эллин донеслись сотни голосов, и девушка запереживала.
– Ты справишься, дорогая. Ты готовилась всю ночь. Отец хотел, чтобы однажды, ты заняла его место, и ты достойна этого, – успокаивала ее Сеона. Эллин отправилась навстречу урагану, который мог запросто сбить ее с ног. Она боялась этого, но знала, что не может сдаться, особенно сейчас.
Девушка вышла в толпу. Ее окружали Брентон и охрана, но волнение не покидало. После отравления Бастиона, в поселении было неспокойно. Не только Эллин боялась, но и маги больше не могли чувствовать себя в безопасности. Они требовали ответа.
– Маги Белого леса! Мои верные последователи! Мы всегда были едины, всегда боролись плечо к плечу с общим врагом! Пришло время вспомнить о том, кто мы и какова наша цель! Жестокое и унизительное убийство нашего любимого хранителя, моего отца, не должно оставаться безнаказанным! Враги ответят! Я, хранительница Эллин Элкинтон с гордостью продолжу дело своего отца и клянусь, что буду защищать вас ценой своей жизни! В память о великом и справедливом хранителе Бастионе, склоните свои головы!
После слов Эллин, каждый маг, находящийся в поместье, опустил свою голову настолько низко к земле, насколько только мог, выказывая бесконечное уважение своему предводителю. Бастион был поистине достойным хранителем.
Эллин сидела на веранде, укутавшись в плед, и читала книгу о стихийной магии, которую ей дал Брентон. Подумав, что нужно отвлечься от негативных мыслей, девушка решила потратить время с пользой.
Вечерняя прохлада немного успокаивала, а травяной чай, приготовленный Сеоной, снижал тревожность.
На веранду поднялся Уилфорд – один из советников, и в то же время, главный лекарь поселения. Этого старого мага очень ценил Бастион, считая, что его магия врачевания, одна из самых уникальных, что существуют. И был абсолютно прав.
Лекарь поклонился и поприветствовал Эллин.
– Слушаю вас, Уилфорд. Вы смогли что-то узнать?
– Да, моя госпожа. Новости неутешительные. Вашего отца отравили азалитовой пылью, добавив в его чай.
– Азалитовая пыль?! – вскочила с места Эллин. – Как они могли?
Девушка не могла поверить в то, что кто-то мог так низко поступить с ее отцом, отравив великого хранителя, металлом, из которого не куют даже подковы лошадям.
– Это не все. Есть и хорошая новость.
Эллин все еще в шоке, с недоумением посмотрела на мага. Его вид был таким же удрученным
и измученным, как и у Эллин. Ведь он любил Бастиона и всегда был предан ему.– Кристалл вашего отца все еще не погас. Это значит, что он оставил послание для вас.
Девушка почувствовала разряд тока, проходящий через все ее тело. Отец хочет ей что-то сказать! Это ее шанс узнать правду о том, кто посмел сотворить такое преступление.
– Что же ты медлишь? Идем же!
Они отправились в подземелье и закрылись в комнате врачевателя. Это было небольшое помещение, доверху заставленное склянками с неизвестными жидкостями. Уилфорд подозвал Эллин к столу, на котором лежал кристалл.
Он все еще мерцал огненно-красными языками пламени, как и раньше, когда его владелец носил его на шее. Эллин стало невыносимо больно видеть это. Слезы выступили на ее глазах, но девушка быстро смахнула их ладонью, не позволяя взять эмоциям верх.
У каждого мага есть свой кристалл, который хранит его силу и связывает с Белым лесом. Кристаллы наполняются, когда маг обретает высшую энергию и остается активным до его смерти. А затем угасают.
Но кристалл Бастиона не погас. Значит хозяин не разорвал связь, и это возможность, поговорить в последний раз. Эллин дрожала от волнения.
Дверь в комнату отворилась и внутри появилась Сеона. Она выглядела очень мрачно и напугано, но как могла держалась, ради дочери.
– Можно начинать, – сказала Эллин.
– Ты должна взять кристалл и почувствовать его энергию. Подумай о своем отце.
Эллин так и сделала. И уже спустя секунды, услышала родной голос:
– Эллин, душа моя!
– Папа! Папочка! Ты меня слышишь?
– Да, дорогая. Но времени мало. Я должен тебе сказать.
– Говори, папа.
– Найди мой дневник. Прочти его. В записях есть все, чтобы понять, что произошло. Ты найдешь ответ в моих записях.
– Где он? Где мне его искать?
– Ты помнишь, я рассказывал тебе о том, как все начиналось. Я говорил, что родом из места под названием Глухой утес. Отправляйся туда.
– Папа, постой, я должна сказать…
– Ступай, Эллин.
– Папа! Я люблю тебя! Я очень скучаю!
– Я люблю вас, люблю…
Эллин продолжала кричать о том, как любит своего отца, но связь оборвалась.
Она кричала и кричала, срывая голос, рыдая на холодном полу. Сеона обняла дочь. Боль разрывала их изнутри, но им предстояла тяжелая борьба. Борьба против тьмы…
Глава 3
В воздухе пахло азотом. Ночной ливень смыл с земли всю пыль, воздух стал свежим. Но по-прежнему оставался тяжелым и мрачным.
Тяжесть была и на сердце у Эллин. После разговора с отцом, ей стало совсем плохо. Если до этого она держалась, то сейчас, боль обрушилась на нее с новой силой. Она лежала на мокрой траве в саду. Платье стало влажным, волосы спутались. Эллин услышала шаги. Еще было слишком рано для визитов.
Шаги становились все ближе. Но у девушки не было сил и желания узнать, кто этот гость. До нее донесся голос Брентона:
– Почему ты здесь? Ты замерзнешь.
– Со мной все в порядке.
– Нет, не в порядке. Идем в дом, поговорим.