Хранители
Шрифт:
Вскоре после битвы на Ирисной низине княжество Арнор пришло в упадок, город Ануминос у озера Морок обезлюдел, и его разрушило время, а потомки подданных князя Валендила переселились в Форпост на Северном Нагорье, но и этот город давно заброшен. Его именуют Форпостом Смерти, и люди опасаются сюда забредать, потому что враги рассеяли арнорцев и от их когда-то неприступных крепостей остались лишь поросшие полынью курганы.
Гондорское княжество до сих пор не погибло, хотя владения его сильно уменьшились; а сначала, подобно древнему Нуменору, оно неуклонно разрасталось и крепло. Горделивые замки гондорских рыцарей, крепости на суше и укрепленные порты славились далеко за пределами княжества. Столица Гондора, Звездная Цитадель, или, по-нуменорски, город Осгилиат, была построена в излучине Андуина. Там, на высоком берегу реки, в просторном саду Великого Князя посадили семечко Белого Дерева, созревшее в дни
Но холодное дыхание всесильного времени притушило славу княжества Гондор. Одряхлело и засохло Белое Дерево, а князь Менельдил, сын Анариона, умер, не оставив сына-наследника, и род князей-нуменорцев угас. Потом стражей, охранявших Мордор, однажды ночью сморила дрема, и Темные Силы, вырвавшись на свободу, укрылись за высокими стенами Горгоната, а вскоре, тоже под покровом ночи, захватили Крепость Восходящей Луны и перебили все окрестное население, и Минас-Этэр стал Минас-Моргулом, или Крепостью Темных Сил. Люди Гондора отступили на запад и засели в Крепости Заходящего Солнца, с грустью назвав ее Минас-Тиритом, что значит Крепость Последней Надежды. Между крепостями началась война, и город Осгилиат был разрушен до основания, и в его развалинах поселились тени, призрачные ночью и прозрачные Днем.
Поколения приходили на смену поколениям, и война пожирала множество жизней, но Минас-Тирит продолжал бороться, и Враг не сумел прорваться за Андуин, и путь от Каменных Гигантов до моря все еще считается сравнительно безопасным...
Здесь мой рассказ подходит к концу: после того, как погиб Исилдур, Кольцо Всевластья бесследно исчезло, и Три Кольца получили свободу. Однако сейчас они снова в опасности, ибо Кольцо Всевластья нашлось... но об этом вам поведают другие гости – я не участвовал в последних событиях.
Едва Элронд смолк, поднялся Боромир.
– Досточтимый Элронд, – проговорил он, – разреши мне дополнить твой рассказ про Гондор, ибо гондорцами я послан в Раздол, и гостям, конечно же полезно узнать, от какой опасности мы их прикрываем.
Верьте, нуменорцы-южане не уничтожены и честь Гондорского княжества не забыта: мы одни заслоняем Запад от Моргула, сдерживая натиск Вражьего воинства. Подумайте, что ждет западные земли, если враги прорвутся за Андуин!
А это бедствие неотвратимо приближается. Силы Черного воинства растут. Роковая, а по-вашему Огненная, Гора – проклятый Ородруин – снова дымится! Нас окружает Завеса Тьмы, ибо мощь Мордора многократно умножилась. Как только враг возвратился в свой Замок, мы потеряли Этэрские земли, лежащие на восточном берегу Андуина под охраной опорной крепости Этэр. А летом нынешнего года, в июне, нас атаковала огромная армия, объединившая под черными знаменами Мордора неистовых вастаков с ордами хородримцев, и нам пришлось отступить к Реке. Но враги страшны нам не численным перевесом – им служат какие-то Темные Силы.
Они появляются как, Черные Всадники, похожие на сгустившиеся ночные тени, и когда эти Всадники вступают в бой, их союзники сражаются словно одержимые, а наших воинов сковывает ужас, и они не могут справиться с конями, которые удирают бешеным галопом, едва появятся Черные Всадники. В последнем сражении на восточном берегу уцелело лишь несколько сотен гондорцев, и, отступая за реку, они разрушили мост – единственный мост в разоренном Осгилиате, – а отряд, который прикрывал отступление, был прижат к Реке и безжалостно истреблен.
Спастись посчастливилось всего четверым: моему брату, мне – мы сражались в этом отряде – да двум на редкость могучим воинам, сумевшим, как и мы, переплыть Андуин...
Теперь мы закрепились на западном берегу, и оседлать Реку враги не могут, а западные и северные наши соседи – те, что знают о разгоревшейся битве, – посылают нам слова горячей благодарности... но еще ни разу не прислали подкреплений, и когда наш Властитель взывает о помощи, откликаются на призыв только мустангримцы.
И вот в это тяжкое для гондорцев время я решил пробраться в далекий Раздол. Мне пришлось одолеть много сотен лиг по тайным и давно заброшенным тропам – сто десять дней провел я в пути. Но меня заботит не военный союз – мудрость Элронда вошла в поговорку, а нам очень нужен мудрый совет... совет и разгадка непонятных пророчеств. Дело в том, что накануне июньского нападения, после которого нас отбросили за Реку, моему брату и мне, обоим под утро, приснились точь-в-точь одинаковые сны.
Нам снилось, что восточное
небо потемнело и за гранью горизонта зарокотал гром, но на западе, в зареве заходящего солнца, еще яснее засияла голубизна, и звонкий голос негромко проговорил: – Сломал свой верный меч Элендил, В бою себя не щадя А Исилдур в том бою добыл Проклятие для себя Но в Имладрисе скуют опять Сломанный меч вождя, И невысоклик отважится взять Проклятие на себя.Мы с братом не поняли этих странных слов, а обратившись к нашему отцу, Денэтору – Верховному Властителю крепости Минас-Тирит и знатоку древнейших преданий Средиземья, – узнали только, что в давние времена Имладрисом называлось поселение эльфов, основанное где-то далеко на севере легендарно мудрым Владыкою Элрондом. Народу Гондора грозит гибель, это понимает каждый из нас; и вот мой брат вбил себе в голову, что мы с ним видели пророческий сон, а поэтому должны разыскать Элронда и узнать смысл таинственны предсказаний. Но дорога на север трудна и опасна, ею давно уже никто не пользуется, а мне знакомы тайные тропы, и вместо брата отправился я. Неохотно отпускал меня в путь отец, долго блуждал я по северным землям, ибо многие слышали об Элронде Мудром, но мало кто знает, где он живет. Однако мне удалось отыскать дорогу, и я благополучно добрался до Имладриса.
– И здесь тебе откроется много тайн, – неторопливо поднявшись, сказал Арагорн. Он положил свой меч на стол перед Элрондом, и гости увидели, что он сломан пополам. – Смотри – вот Сломанный Меч вождя!
– Кто ты? И что тебя связывает с Гондором? – в крайнем изумлении спросил Боромир, окинув взглядом выцветший плащ и усталое, исхудавшее лицо дунаданца.
– Он Арагорн, сын Арахорна, – негромко ответил Боромиру Элронд, – отдаленный, но единственный и прямой наследник Исилдура, властителя крепости Этэр. Дунаданцы-северяне, потомки нуменорцев, считают Арагорна своим вождем... но их, к несчастью, осталось немного.
– Значит, оно принадлежит тебе? – вскакивая на ноги, воскликнул Фродо – то ли облегченно, то ли с испугом.
– Оно принадлежит не тебе и не мне, – спокойно, но веско сказал Арагорн. – А сейчас – так уж решила судьба – именно ты назначен его Хранителем...
– Время настало. Покажи Кольцо, – проговорил Гэндальф, обращаясь к Фродо. – Пусть Боромир убедится воочию, что его сон оказался вещим!
В Зале воцарилась мертвая тишина; все напряженно смотрели на Фродо; а он, растерянный и странно испуганный, чувствовал, что не хочет показывать Кольцо, ему даже дотронуться до него было трудно. Но он сумел себя превозмочь и дрожащей рукою вытащил Кольцо. Оно – то мерцающе, то ярко взблескивающее – приковало взгляды всех собравшихся в Зале.
– Вот оно, Проклятие Исилдура, – сказал Элронд.
– Невысоклик! – ошарашенно пробормотал Боромир, глядя сверкающими глазами на Фродо, который поднял руку с Кольцом. – Так, значит, пробил последний час Последней Надежды гондорского народа? Но тогда зачем нам Сломанный Меч?
– Ты не понял: сказано пробил час, но не сказано последний час Минас-Тирита, – спокойно объяснил Боромиру Арагорн. – Но роковой час в самом деле пробил, и он призывает нас к великим делам. Сломанный Меч принадлежал Элендилу, и его потомки сберегли этот Меч, хотя ничего другого не сохранили, ибо в древности арнорцам было предречено, что когда отыщется Проклятье Исилдура, Меч его отца сумеют восстановить, и он превратится в Проклятье для врагов. Так хочешь ли ты, чтоб наследник Элендила поспешил на помощь гондорским воинам?
– Я пришел просить совета, а не помощи, – гордо ответил Боромир Арагорну. – Но на Гондор обрушились тяжкие испытания, и не нам отказываться от меча Элендила... если то, что некогда кануло в Прошлое, и правда может возвратиться на землю, – с явным недоверием добавил гондорец.
Фродо почувствовал, что Бильбо злится: его оскорбили сомнения Боромира. Внезапно он вскочил на ноги и выпалил:
– Древнее золото редко блестит, Древний клинок – ярый; Выйдет на битву король-Следопыт: Зрелый не значит – старый. Позарастают беды быльем, Вспыхнет клинок снова, И короля назовут королем – В честь короля былого.