Чтение онлайн

Правая рука Акелона взметнулась вверх.

Кэртар замер. Нет, не может быть. Не так! Акелон что, всерьез верит, что сейчас к ним на помощь снизойдут драконы из сказок? Кэртар дернулся, как будто хотел остановить брата.

Но Акелон махнул рукой, отдавая приказ об атаке.

Акрин понял, когда началось наступление. В чутье не было ничего сверхъестественного, просто сложно игнорировать вопли воодушевленных воинов, ринувшихся в атаку. Они пошли на неприступные стены, думая, что у будущего монарха есть план. Они даже не подозревали, что этот план основан всего на одном человеке.

Маг

шагал прочь от поля боя. Мелкие веточки с треском ломались под его ногами, но он больше чувствовал их, нежели слышал. Акрина окружал густой лес, но деревья не мешали ему, не цеплялись ветвями за одежду, не пытались задержать. Иногда он касался ладонями шершавых стволов, и это придавало уверенности, как будто лес тоже жаждал увидеть, что выйдет у мага, и беззвучно его поддерживал.

Наконец, деревья расступились, и Акрин вышел на большую поляну. Он уже давно приметил ее и решил, что она идеально подойдет для его целей.

Он медлил под деревьями, не решаясь проделать простые действия, которые планировал так давно. Он уже столько раз прокрутил в голове сцену, что теперь, происходящая взаправду, она казалась даже менее реальной, чем прошлые иллюзии. Вдруг все-таки не выйдет? Он столько отдал за знание, которое хотел сейчас использовать. Но никто не гарантировал, что получится. Никто не знал, каким будет результат - и будет ли он вообще.

Акрин усмехнулся. Неплохое время он выбрал для сомнений. Если у него не получится, атака Акелона захлебнется в крови, лорды разбегутся, и главой Седьмого дома так и останется Вэлрис. Если у него не получится, Акрин так и не узнает драконов.

Бережно, почти благоговейно, маг достал пропыленную временем тряпицу. Развернул ее и вытащил матовый пузырек, богато инкрустированный. Драгоценные камни и золото давно потускнели, но главное сокровище в любом случае составляло то, что содержалось внутри стекла.

Положив пузырек на землю, Акрин достал кинжал и сделал на собственной руке порез, щедро орошая кровью склянку. Потом положил кинжал на землю и помедлил пару мгновений.

Решительно раскрыв пузырек, Акрин прошептал несколько слов на странном, гортанном языке, давно забытом в землях Семи домов. Согласно легендам, на нем говорили первые владыки, построившие Кертинар. Язык драконов и - порой - язык заклятий, самых древних и таинственных, буквальный смысл которых безвозвратно утерян.

Едва затихло последнее слово, Акрин широким жестом взмахнул рукой, разбрызгивая кровь драконов. Вязкая багровая субстанция веером легла на траву. Но не запузырилась, не заискрилась, да и никаких ощущений сам Акрин не почувствовал. Неужели не вышло? Это не могло быть подделкой. Он с возрастающей паникой прислушивался к себе, пытаясь ощутить хоть что-то, хотя бы слабый отголосок магии. Надежду, что все получилось.

Акрин стоял неподвижно еще несколько минут, но ничего не происходило. Ровным счетом ничего.

В тот момент, когда он был готов признать поражение, поляну накрыла тень. Мимолетная, едва ощутимая, тут же исчезнувшая, но Акрин вскинул голову вверх. И через мгновение тень промелькнула снова: солнце закрыло огромное гибкое тело с широкими крыльями.

Акрин не успел его толком рассмотреть. Сознание пронзила боль, перед глазами вспыхнули

темные круги. Маг еще чувствовал, как упал на колени и завопил, но дальше все поглотила боль. И видения. Отражаясь на сетчатке, мелькали перепончатые крылья, реки и леса, как будто с высоты птичьего полета. Он чувствовал ветер, бьющий в лицо, ощущал нисходящие и восходящие потоки воздуха.

Наконец, видения и боль схлынули. Маг стоял на коленях на траве, испачканной заговоренной драконьей кровью. А вокруг него на земле кругом свился блестящий жемчугом чешуи хвост. Акрин поднял голову и увидел дракона во всем его величии.

Он занял собой всю поляну, при посадке, видимо, повалив пару деревьев. Аккуратные чешуйки его тела были белоснежными, будто серебрившимися изнутри, лапы с когтями огромны, а тело обтекаемое, как будто готовое вот-вот перелиться, подняться с места и устремиться ввысь.

Заметив, что Акрин очнулся, дракон опустил к нему голову на длинной шее. Что-то вроде рожек, наверняка мягких и податливых на ощупь, на его голове встало торчком. А маг смотрел в его синий глаз, в зрачке которого отражался он сам, такой маленький и такой смертный.

Харакорт.

Акрин не сразу понял, что шелестящее слово раздалось в его голове. В нем были века и расстояния, пыль и пепел, забытые города, погребенные под воспоминаниями, и народы, никогда не рождавшиеся. Мысленная речь, искусство, давно утраченное в землях Семи домов.

Харакорт, повторил дракон. Только тогда маг понял, что это имя.

– Акрин.

Ты позвал меня, человек.

– Да.

Теперь мы связаны с тобой.

Так вот что это было. Легенды не врут. Слияние. Теперь Акрин и Харакорт что-то вроде боевых товарищей, способные ощущать друг друга и общаться мысленно. И на этот раз маг действительно чувствовал что-то. Что-то на границе сознания. Как будто часть его теперь сплавлена с чем-то невыразимо большим, что он, маленький человек, попросту не способен осознать.

– Ты пришел на мой зов, благородный Харакорт. Благодарю тебя.

Акрин приложил руку к груди и поклонился в древнем жесте приветствия. Голова дракона качнулась, так что на миг магу стала видна приоткрытая пасть с острыми зубами.

Мы спали в Сумраке, чародей. Но ты призвал нас обратно. Ты позвал, и я пришел. Чего ты хочешь?

– Я...
– Акрин смутился.
– Я хочу помочь моему господину вернуть его город. А потом надеюсь узнать у тебя историю драконов.

Историю драконов? Так ты ищешь, знаний, чародей? Похвально. Магу показалось, в шепчущем голосе дракона в его голове прорезались нотки луговых цветов и лавандовых полей. Похоже, это можно считать одобрением. Но давай сначала разберемся с твоим городом.

Харакорт опустил голову на землю, и Акрин понял: дракон хочет, чтобы человек залез на него верхом. Согласно легендам, сделать это может только Связанный, тот, кто прошел Слияние. Что ж, если он свалится с чешуйчатой шеи, выйдет бесславный конец.