Хозяйка Бруно
Шрифт:
Общаться по-свойски с Анной, будучи в Лондоне Кейт не могла, слишком уж наглядной была разница между ее загубленной жизнью и образцом семейной сплоченности, которую как знамя несло семейство Версдейлов. Хоть Анна была напрочь лишена снобизма, Кейт терзали сомнения: за четыре года многое могло измениться и было бы верхом наглости махать перед носом у потенциального работодателя таким аргументом как дружба, чтобы получить работу, но, увы, махать больше было нечем…
Приготовившись к самому худшему Кейт, все же, хватило ума рассказать Анне историю своей жизни в Лондоне «не для печати». Ее слова красноречиво подтверждали едва заметные ссадины на носу, которые
Благодарность привязывает людей сильнее, нежели чем неодушевленные договорные отношения, поэтому Кейт полностью оправдала ожидания. Она не раболептствовала, но выполняла свои обязанности на зависть дипломированным специалистам, с которыми приходилось сталкиваться в длинных коридорах многочисленных цитаделей бюрократии для представителей ресторанного бизнеса.
Шла вторая неделя полной анархии и ресторанный бизнес мисс Версдейл держался на голом энтузиазме ее друзей и работников.
Серж получил два дня назад короткий имэйл, что с его ненаглядным боссом все в полном порядке, она лопается от счастья и умоляла его простить, что так нагло сбежала, безответственно бросив всех и вся, буквально на произвол судьбы. На что он ей коротко написал, что судьба в долгу не останется, но ему пока удается блюсти порядок в ресторане.
Он нутром чувствовал, что каким бы мерзавцем не казался бы Дэнвуд, Анна откопала в нем нечто скрытое от глаз большинства. Ее чутью Серж доверял больше, чем себе и потому лишь с тоской ждал ее возвращения, зная, какую взбучку она получит от дражайших родственников, когда все тайное станет явным.
Внезапно, двери на кухню с легким хлопком отворились и при полном параде вошла Кларисса Версдейл.
– «Началось!» - подумал Серж и не дрогнув, продолжил поливать кипящим растопленным маслом говяжий медальон, который шкварчал на сковороде.
– Миссис Весдейл!,- Кейт поспешила спрыгнуть со стола и едва не подавилась очередной креветкой.
– Добрый день! Какой приятный сюрприз!
Приветливые слова совершенно не вязались с выражением лица Кейт, которую словно на тот свет пришли забирать.
Расстегнув пальто, Кларисса недобро обвела взглядом всех кто был на кухне.
– Добрый..., - процедила она сквозь зубы и принялась снимать замшевые перчатки.
– Позвольте, я приму Ваше пальто!
– Кейт едва за завизжала от радости, когда ей под вполне благовидным предлогом предоставилась возможность слинять из точки будущих горячих действий и вернуться к своей работе за конторкой.
Не дождавшись ответа Кейт почти содрала с матери Анны дорогое пальто роскошного сливового цвета, и выдернув из рук перчатки, пулей вылетела в зал.
Серж поджал губы, явно недовольный тем, что его бросили на передовую одного.
– Рад Вас видеть миссис Версдейл! Желаете перекусить?
Мать Анны, редко видела Сержа и одобряла его со всех сторон, даже с той, что у него странные близкие отношении с ее дочерью, которые явно не предполагают интима.
Кларисса подошла к Сержу вплотную и едва слышно сказала:
– Спасибо. Я только выпью чая, но мне нужно с тобой поговорить...
С бровями в кучу, Серж продолжал бороться за сочность говяжьего медальона
и как обычно, в конце он резким сильным ударом ладони расплющивал дольку чеснока, так что сок брызгал во все стороны и кидал его в сковороду к мясу. В этот раз от резкого хлопка по столу подпрыгнули все кто был на кухне, Пэм выронила даже ершик, которым мыла посуду и схватилась за сердце, проклиная про себя всех неуравновешенных лягушатников.Кларисса даже не моргнула.
– Разумеется, миссис Версдейл, я освобожусь через несколько минут. Кейт принесет Вам чай в зал.
С самым невинным видом, Серж указал на дверь и понял, что неизбежное близко, а значит, пора начинать действовать по плану А — корчить из себя полного идиота.
Поблагодарив Сержа, Кларисса с видом королевы и потрясающей осанкой, скрылась в дверях, оставив за собой едва уловимый аромат дорогих духов.
Серж сервировал блюдо, отдал его Лили и попросив Дэнни подменить его, решительно покинул кухню.
Кларисса сидела за дальним столиком у окна, погруженная в свои мысли. Прямо перед ней стояла полная чашка чая, поданная на блюдце и крошечными печеньицами. Серж уселся на стул напротив женщины и с непроницаемым выражением лица уставился на Клариссу.
Какое-то время они сидели молча, пока Клариссе не надоело сверлить его убийственным взглядом. Она сделала глоток чая и перешла в наступление.
– Дорогой мой, Серж... Я прекрасно осведомлена о том, что моя дочь уехала в неизвестном направлении с мероприятия, на котором для нее свет клином сошелся. Поспешно и явно незапланированно... Пусть своему легковерному отцу мозги пудрит. И я также прекрасно понимаю, что даже если я буду тебе иголки под ногти загонять, фигурально выражаясь, то ты не скажешь мне и слова, а разве что начнешь петь Марсельезу.
Проницательность Клариссы поразила Сержа и произвела на него должный эффект. Он позволил своему взгляду немного смягчиться. В конце концом, она любила свою дочь, может где-то поверхностно, а где-то слишком усердствовала, но по сути они имели общий интерес и это было благополучие Анны. Правда видели они это благополучие немного под разными углами.
Кларисса смолкла, адресовав Сержу резкий взгляд. Он явно не собирался легко сдаваться.
– Скажи мне только одну вещь. Она закрутила роман с Дэнвудом?
И опять в точку.
Пытливо всматриваясь в красивое лицо Сержа, Кларисса не могла отделаться от мысли, что она просто проговаривает очевидные вещи в слух, но этот двухметровый красавец сидел и самым невинным видом и получалось у него убедительно.
Наконец он тяжело вздохнул и подался немного вперед.
– Миссис Версдейл, я клянусь Вам, что отъезд Анны стал для меня не меньшим сюрпризом, что и для Вас. До конца нашего пребывания в Портсмуте, вся ответственность за участие в программе свалилась на меня, также как и организаторская сторона. Поэтому выяснять куда и с кем отправилась Анна у меня попросту не было времени.
– Но ты не отрицаешь, что это мог быть Дэнвуд. Тут к гадалке не ходи... Она сама не своя приехала тогда из Лондона и я могу понять когда женщина влюблена, тем более, что моя дочь, в этом плане просто открытая книга. По крайней мере, для меня...
– Боюсь, что я не могу Вам ни чем помочь. Анна мне сообщила, что ей нужна передышка. В последнее время дела в ресторане требуют все больших усилий и ее попытки вывести свой бизнес из убытков, собственно, и привели к тому, что пришлось искать частные средства на стороне, а муниципальная программа для нас просто реклама дополнительная.