Хозяка
Шрифт:
— Или совсем ломаются, — ответил Латифун. Они начали очередное повторение давнего спора. Все варианты и аргументы они уже озвучили, но так и не пришли к общему знаменателю.
Лирх с затаенной радостью выслушал приказ Чукмедала:
— Отправишься на Фаган, нам нужны свои люди. Надо выяснить все про девочку.
— Я то отправлюсь, но вы не учитываете, что меня знает там каждая собака, — Лирх клонил к тому, что ему пора измениться.
Чукмедал прикрыл глаза, обдумывая требование Лирха.
— Ты сменишь внешность, маг-след, документы, — Чукмедал открыл глаза, решение принято. Он
— Три дня, — высчитал по минимуму телохранитель. — Имя я оставлю, оно распространенное. Но сменю дату рождения и прочее.
— Для верности четыре или даже пять, — Чукмедал медленно закипал от того, что так долго ждать. Удивительно, но как-то он выжидал почти два года прежде, чем достиг своей цели, а сейчас гневается из-за трех-пяти дней. — Делай.
Ирас и Вазипий ужинали в отдельном кабинете самой лучшей харчевни Фагана. Ирас отложил салфетку:
— Так, что ты думаешь о девочке?
— Что-то с ней не то, — озвучил его мысли Вазипий. — Она будто стала неуловимо другой.
— Я то же так считаю. Эти глаза… — Ирас определил что его так смутило в поселившейся у них временно Чех.
— Глаза не голодные, а такие умиротворенные, — согласился Вазипий и сделал глоток вина.
Они смотрели друг другу в глаза.
— Это не она, — сделал логичный вывод на таком малом количестве фактов Вазипий.
— Если это не она, то зачем все это? — Ирас высчитывал варианты.
— Возможно, что она путает следы, — тонко улыбнулся Вазипий.
— А мы?
Они опять посмотрели друг на друга.
— А нам что? — Вазипий принял решение. — Мы ей должны были. Теперь сочтемся. За той присмотрим. Не думаю, что она задержится дольше, чем еще четыре дня. Если я правильно рассчитал, то она уйдет красиво.
— Меня тревожит, что ее будут искать, — Ирас взял ложку и принялся за десерт. — Здесь не такие десерты, как в Пряничном домике.
— Да, — Вазипий был согласен. — Но нельзя же жить на одном сладком. Будем решать проблемы по их поступлению, — отозвался он на замечание, что Чех будут искать.
Они перешли к разговору о скандальном освобождении Марэнэ Жашь. Ирас знал кое-какие интригующие подробности и поведал их своему другу и деловому партнеру Вазипию.
На Фаган с Лирейда, называемой местными жителями Землей, прибыл молодой парень. Он сильно злился после того, как посмотрел в каких скотских условиях долгое время жила его сестра. Варан только недавно узнал о существовании сводной сестры. Совесть не позволяла ему просто все забыть, особенно после рассказов матери о том самом мире. Варан быстро нашел бывший дом Лены Чех, поговорил с соседями и дурной бабкой Катериной.
След девушки терялся. Она считалась без вести пропавшей. Варан долго пытался сообразить, что это значит или как правильно переводится, потребовалось почти два часа объяснений соседки Лены Чех.
Одно было несомненно, что Чех пропала по собственному желанию. Она забрала кое-какие вещи и любимого зверька. Варан призадумался, куда она могла податься.
Самый быстрый способ это узнать — это спросить того, кто знает. Ближайшим миром был Фаган, там достаточно профессионалов по поиску пропавших.
Смуглая
гадалка заявила невозмутимым голосом:— Ищешь девушку, так…кровная тебе… я вижу ее след в этом мире…
— Она здесь?
— Видимо была… — гадалка стала что-то бубнить под нос и сыпать в блюдце серый порошок. — Следы ее все время скачут. Нет! Есть! Я видела это! Ищи Пряничный домик — это в другой части города, — подсказала гадалка.
Варан расплатился и вышел, чтобы успеть на паром.
В доме Вазипия и Ираса было тихо. Вайлита сидела тихо в своей комнате. Она уже второй день играла роль той странной девушки Чех. Несмотря на идентичные внешность, голос, поведение Вайлита сердцем чуяла, что где-то прокололась, но это было не так существенно. Хозяева дома сообщили, что уезжают на два дня. Вайлита подумала, что это ей намек — сократить свое пребывание в доме. Она с улыбкой поведала, что ее дела устраиваются и видимо она покинет гостеприимных хозяев на день раньше.
Вайлита решила, что надо бы наведаться к Йолии, чтобы узнать про своего сыночка. Йолия взялась присматривать за сыном актрисы.
Вайлита подумала, что не будет ничего плохого, чтобы увидели Чех в доме Йолии. Раньше же она туда заходила. Да и Йолия рассказала об их знакомстве.
— Мама! — закричал ее сыночек.
Он всегда узнавал мать в каком бы маг-гриме та не являлась.
— Сердечко мое! — Вайлита обняла малыша.
— А что ты мне принесла?
Вайлита выложила на стол несколько новых игрушек и два сладких батончика. Ее сыночек принялся увлеченно разбираться с подарками.
Йолия выслушала мнение подруги и одобрила сокращение срока пребывания у Вазипия и Ираса.
Глава 9. Переезд, как песня
Ехать по горной дороге ночью я не решилась. В этом мире темнота, как в южных странах, наступает мгновенно. Если в восемь было светло, в девять чуть сумеречно, то в десять настоящая ночь. Гена выдал нам целую лекцию о движении солнца, звезд, широтах и сопряженной с этим сменой тьмы и света. Я слушала в полуха, а вот Мильн — очень заинтересовано. Он задал Гене столько вопросов, и мне невольно подумалось, что мальчишка гений. Родственные души нашли друг друга.
Привал Гена предложил устроить чуть в стороне от дороги. Я его послушалась и не пожалела. К этому моменту стало ясно, что Гена обладает поистине энциклопедическим набором знаний. Если бы сидела в библиотеке, то тоже, наверное, много читала. Сейчас я в который раз порадовалась, что взяла Гену с собой.
— Мы зажжем костер, — вещал Гена Мильну.
Я собирала ветки.
— Мильн, а ты ехал из долины? — я подумала, что самое время выведать у ребенка, где он был до этого.
— Нет, — Мильн оторвался от восхитительного занятия помощи Гене в разжигании огня. — Мы ехали из Дальнего.
Больше он ничего пояснять не стал. Я сделала вывод, что надо хорошенько посмотреть на карту местности. Дальнее — это видимо название населенного пункта или может поместья. Первая зацепка есть.
— Мильн, а те люди в машине, прости, что я спрашиваю. Тебе люди, как их звали?
Костер запылал, Мильн счастливо вскрикнул:
— Получилось!
— Конечно, — Гена подал голос. — Мильн, так что там про тех людей? — поддержал он меня. Моя душа наполнилась чувством признательности.
— Тетя Салиса и дядя Марц, — поведал нам ребенок.