Хоровод Невест
Шрифт:
— У меня вся душа ушла в пятки! — проговорила Лайза, делая глубокий выдох. — Ты видел как на нас смотрел Альпийский Волк?
— Как? Я особо ничего не заметил, — ответил я рассеяно, размышляя о том, что же нам делать дальше.
— Ты даже не заметил?!! — воскликнула Лайза, удивлённо. — Да он был готов сожрать нас прямо там, в тронном зале!
— Серьёзно? Я думал, он просто наблюдал. Он ведь вообще не проронил ни слова!
— Но его ауру-то, ты почувствовал? Она просто ужасна! Почти такая же, как у моей матери, а может и похуже!
— Ауру? —
— Ох! Значит ты ничего особенного не почувствовал, да? Ну, конечно же, с твоей-то защитой... — тут Лайза сделала легкую паузу и чуть замялась. — Как я тебе завидую!
— Да нет у меня никакой особой защиты! — запротестовал я. Весь этот разговор начинал меня уже слегка раздражать. — Скажи лучше, что мы будем делать дальше? Опера ведь уже давно началась!
Лайза вздохнула, и, посмотрев на меня виновато, ответила:
— А ты ещё хочешь со мной оставаться? Я ведь причиняю тебе одни неприятности!
— Да ладно! Чего только в жизни не бывает! Не стоит делать такие выводы всего из-за пары случаев!
— Правда? Ты, правда, на меня не обижаешься? — спросила Лайза, посмотрев на меня испытывающим и каким-то беззащитно-наивным взглядом.
Я пожал плечами и отмахнулся от её вопроса:
— Да хватит уже об этом! Вон там, вроде, что-то похожее на ресторан! Давай зайдём! — сказал я, показав на другую сторону площади.
Лайза посмотрела на меня и кивнула, покорно последовав за мной.
Ресторан оказался небольшим, но довольно уютным. Конечно он не мог похвастать особой роскошью дорогих элитных заведений, но кормили там вкусно. Мы с ней уселись в самом углу, где нам никто не мог помешать, неплохо поужинали, а потом просто сидели и разговаривали о том, о сём.
— Расскажи, какое у тебя было детство? — спросил я её, чтобы поддержать разговор.
— Детство? — откликнулась Лайза. — Тебе правда интересно?
Я ободряюще кивнул, и она продолжила:
— Летом мы жили в загородной резиденции матери, а зимой переезжали в Вашингтонский дом.
— Наверное, он был большим, да?
— Да нет, не очень, — ответила Лайза задумчиво, — Всего пара этажей и десяток комнат. Мать говорила, что мы должны подавать другим пример скромности и смирения. Конечно, наша загородная резиденция была в несколько раз больше, но там мать давала большие приёмы, так что это не считалось роскошью.
— Как интересно... А в какую школу ты ходила?
— Школу? — переспросила она удивлённо. — Я не ходила ни в какую школу! Мать говорила, что школы для тех, кто не может себе позволить нанять настоящих учителей!
— Да? Забавно... — ответил я, усмехнувшись.
— Да! И я считаю, что это правильно! Индивидуальный учитель, может себе позволить гибкий подход к обучению!
— Ну, может быть, — проговорил я задумчиво. — Но с другой стороны, при таком раскладе, списать не у кого, и от домашних заданий не отвертишься...
—
Зато ты получаешь реальные знания, а не профанацию обучения! — запальчиво ответила Лайза. — Да, учиться мне было трудно, моя первая преподавательница псимагии вообще гоняла меня с утра до вечера, но сейчас я ей даже благодарна!— А мать тебя чему-нибудь учила? — спросил я заинтересованно.
— Мать? Эээ... нет. Она практически всегда была занята, и ей было некогда заниматься такой ерундой. Но она проверяла мои знания каждую неделю, и если мои успехи казались ей слабыми, то она ругала, и меня, и мою преподавательницу. А ещё меня лишали десерта на всю следующую неделю! Это было просто ужасно!
В голосе Лайзы послышалось реальное отчаяние и я понял, что, как все девушки, она была сладкоежкой.
— А добрые учителя у тебя были? — спросил я, попытавшись сменить тему на более приятную.
— Добрые? Учитель не должен быть добрым! Это расхолаживает ученика и потворствует его лени! — ответила Лайза заученно.
— Серьезно? Неужели, тебя так мучили, с самого раннего детства?
— С детства? Да нет. Когда я была маленькой у меня была замечательная гувернантка, — проговорила Лайза, и в голосе её послышалась явная теплота. — Она была всегда ласковой и никогда меня не наказывала, даже если я делала что-то не так или шалила... Я звала её тётя Бекки... Жаль что мать её уволила.
— Уволила? Почему?
— Я не знаю... — проговорила Лайза грустно. — Так ей захотелось и всё! Я даже не сразу об этом узнала! Она рассказала мне об этом только через пару недель, когда я достала её вопросами: «Когда же тётя Бекки вернётся?»
— И ты больше никогда её не видела? — спросил я сочувственно. Мне показалось, что Лайза сейчас заплачет.
— Нет, она никогда больше не возвращалась, и даже не написала мне ни одного письма, хотя читать я уже умела! Наверное, она очень обиделась на меня из-за того, что сделала моя мать...
В уголках глаз у Лайзы действительно появились слёзы. Она смахнула их и отвернулась.
— Я очень скучала по ней. Очень. Но потом всё прошло. Ладно, хватит об этом! Давай поговорим о чем-нибудь другом!!
— Лайза, а почему ты не разыскала её, когда выросла? — спросил я, слегка удивлённо. — Ведь я уверен, что это было бы несложно!
— Разыскать её? — было похоже, что такая идея и правда не приходила ей в голову. — Зачем? Ведь она меня бросила!
— Ты думаешь? Ведь ты сама сказала, что это твоя мать её уволила?
— Ну, пусть так! Она наверняка на нас обозлилась! И теперь уж тем более не вспомнит обо мне!!!
— А вдруг вспомнит! — возразил я. — Ну, что ты теряешь? Как минимум, ты сама всё это выяснишь, а не будешь полагаться на детские догадки. Лайза ты ведь уже взрослая, а не ребёнок, за которого всё решают родители!
— А если она меня не узнает? Если она скажет, что это я виновата в том, что её уволили? Что мне тогда делать?!
В голосе Лайзы послышался страх, тот детский страх, что парализует волю даже взрослого человека.