Хорошая девочка
Шрифт:
Я сняла себе для ночлега маленький коттедж с одной спальней, который стоял почти у самой воды. Оставив вещи в багажнике, вошла в коттедж.
Шум волн приятно ласкал слух и я совсем расслабилась.
Немного осмотревшись и убедившись, что место безопасно, положила на стол свои скудные запасы еды и вернулась к двери, чтобы запереть замки. Я была эмоционально истощена и ели добралась до кровати. Упав на неё полностью одетой и даже не сняв с себя тапочки, я закрыла глаза.
Но… Как бы ни пыталась, образ улыбающегося Джонаса,
Глава 11
***
На следующее утро я проснулась с солнцем в моих глазах. Мне потребовалась минута, чтобы понять, что же разбудило меня. Кто-то стучался в дверь коттеджа. Мне не хотелось смотреть на мир, но, возможно, с моей картой были проблемы, и служащим отеля надо было её проверить.
Я заставила себя подняться с постели. Моя одежда была сильно измята, и я уверенна, что волосы были тоже в полном беспорядке. Но меня это не волновало.
Стараясь подавить утреннюю тошноту, медленно добрела к входной двери и распахнула её.
Чёрт!
На пороге стоял... Джонас Харп. Он всё ещё был одет в убийственно сексуальный смокинг с прошедшего вечера и его взгляд метал молнии. Прежде чем я успела захлопнуть перед ним дверь, он схватил меня за руку и, резко вытянув на улицу, потащил в сторону своей машины.
– Что ты делаешь? Я никуда не хочу идти с тобой. Эй, ты слышишь меня? – пыталась вырваться я из «мёртвой» хватки Джонаса.
Но все мои попытки оказались бесполезны.
Быстро посмотрев по сторонам, я надеялась, что поблизости окажутся неравнодушные люди, которые смогут мне помочь. Но, кроме пары сёрферов в океане, никого не оказалось.
Двое прихвостней Джонаса уже устроились в моей машине, и он махнул им рукой. Они кивнули и, заведя мотор, отъехали от стоянки.
Шикарный же автомобиль Джонаса с его личным водителем за рулём, работал на холостом ходу, явно ожидая хозяина.
– Джонас, мне нужна моя сумка, она осталась в спальне.
Он не обратил внимания на мои слова и сильнее сжал мою руку. Слёзы застилали мне глаза, и я отчаянно молила его отпустить меня. Только всё было бесполезно.
Подойдя к машине, Джонас открыл дверь и толкнул меня внутрь.
– Сиди и не двигайся, – рыкнул он, захлопнул дверь и направился обратно к коттеджу, наверное, за моей сумкой.
Воспользовавшись отсутствием Джонаса, я попыталась открыть дверь, но она была заблокирована. Водитель повернулся ко мне и, покачав головой, ясно дал мне понять, что убежать у меня не получиться.
Придётся искать другие пути к побегу, но я сделаю это. Я найду способ затеряться в этом огромном мире, и Джонас никогда не найдёт нас с малышом. Я сделаю для этого всё.
Через несколько минут к машине вернулся Джонас и, положив мою сумку в багажник, устроился рядом со мной. Он дал команду водителю ехать и, не взглянув на меня, отвернулся к окну.
Чёрт, как же мне себя с ним вести эти несколько часов в дороге? Ответ на этот вопрос был очевиден. Я потрачу это время с пользой, обдумывая новый план побега.Но... моим предположениям насчёт долгой поездки не суждено было сбыться. Спустя примерно десять минут, как машина Джонаса отъехала от места моего ночного пристанища, она оказалась на взлётно-посадочной полосе и остановилась прямо у трапа самолёта. Это был новенький Гольфстрим... с моим именем на борту.
Я посмотрела на Джонаса, желая спросить: «Как мне всё это понимать»? Он поднял руку вверх, показывая жестом ни о чём его не спрашивать. И я подчинилась.
Водитель открыл двери Джонасу и он, выйдя из машины, помог выйти мне. Он молчал, а я прибывала в шоке от того, что он нашёл меня, а еще от своего имени на борту его самолёта. То, что он был его, не вызывало сомнения. Крепко схватив меня за локоть, Джонас провёл нас вверх по трапу самолёта и мы, войдя в него, сразу же были окружены обслуживающим персоналом. Джонас усадил меня в удобное кожаное кресло и пристегнул.
– Доброе утро, сэр, мисс я могу предложить вам утреннее кофе? – услужливо обратилась к нам красивая женщина афроамериканка. Джонас посмотрел на меня, по-прежнему не говоря ни слова.
– Спасибо, но нет. Я подожду, пока мы взлетим, – попыталась улыбнуться я стюардессе. Мне бы не хотелось опять страдать от отступившей утренней тошноты.
Джонас от кофе не отказался, и когда ему принесли ароматный горячий напиток, с наслаждением сделал глоток. Сильный запах кофе вызвал во мне снова волну тошноты, и я заёрзала в кресле. Господи, только не это. Сделав несколько глубоких вдохов, я отвернулась к окну.
По внутренней связи раздался голос капитана. Он оповестил нас, что дверь закрыта и самолёт к взлёту готов. Обслуживающий персонал исчез, и мы остались с Джонасом одни в ограниченном пространстве.
Самолёт вырулил по взлётно-посадочной полосе, и мой желудок взбунтовался. Голова сильно закружилась, и я стала задыхаться.
– Положи голову между коленями, – рявкнул Джонас и мгновенно оказался около меня. Чёрт, как он так быстро встал со своего кресла?
Он прижал своей рукой мою голову к коленям, пока я рвано дышала через нос и про себя молилась о смерти. Быстрой и безболезненной. Я чувствовала каждое движение самолёта, когда он поднимался в небеса, надеясь, что тошнота отступит, как только мы окажемся в воздухе.
Поняв, что я проиграла в борьбе с тошнотой и мне срочно нужно в туалет, я попыталась отстегнуть ремень безопасности. Мои руки сильно дрожали, и Джонас помог мне. Освободившись от ремня, я ринулась на поиски туалета. Наверное, проще было бы использовать один из этих специальных рвотных мешков, но я не хотела этого делать перед Джонасом.
– Проходи.
Он провёл меня в ванную комнату в задней части самолёта. Я попыталась закрыть перед ним дверь, но он ворвался внутрь и опустился на колени рядом со мной, пока меня не стошнило. Он был таким милым и заботливым, что я почти забыла, что злюсь на него. Джонас убрал волосы с моего лица и положил холодную мокрую тряпку мне на лоб и ещё одну на шею.