Хоронитель
Шрифт:
— Развлекайся. — единственное, что он сказал. С меня разве что семь потов не сошло от облегчения. Возможно, я и была каким-то бракованным вампиром, но чувство собственничества накрывало на все сто.
Михаэль подмигнул мне, взяв два бокала с подноса официанта, поспешил следом за Ариэль.
— Похоже, он поменял своё отношение ко мне?.. — произнесла вслух предположение.
— Думаю, он решил плыть не против течения. — Ответ Владамира мне был не совсем понятен, и я уже было хотела докопаться до сути, когда его рука на моей спине напряглась. Прошило энергией так, что я бы не удивилась оставшимся ожогам от
— Ты прекрасно выглядишь. — Услышала я голос бывшего мужа прежде чем повернуться.
Знакомые черты лица чуть заострились. Щёки чуть впали, под глазами залегли сероватые тени как будто от недосыпа. Он вообще весь выглядел не очень здоровым. И запах... Нет он не был противным для меня, как от других находившихся в зале людей. По крайней мере, стайкой и силосом от него не несло. Скорее, он больше походил на запах Владамира...
— Спасибо. — Я улыбнулась дежурной улыбкой, так как вновь защелкали затворы камер.
— Женя, вы не могли бы встать рядом...
— Нет! — ответ Владамира был настолько неоспоримым, что больше никто не делал попытки переставить меня куда-то, где было больше возможностей раздуть ещё одну сплетню.
На этом разговор с бывшим мужем был закончен. Комплимент и фальшивая улыбка, это и так уже перебор. При любых других обстоятельствах всё могло бы быть совершенно по-другому. Да, при других обстоятельствах у меня бы не было сдерживающего фактора, я бы просто разорвала ему глотку...
От этой мысли сглотнула тягучую голодную слюну. Боже...
— С тобой всё нормально?
— Нет... — честно призналась я, стараясь погасить в себе пламя. Да, именно с такого ощущения жжения глаза потом наполняются зеленью. Не хорошо, когда рядом столько камер, настроенных исключительно на меня. — Кажется, мне нужно...
Владамир понял без каких-либо дополнений с моей стороны.
— Пойдём. — Устремила глаза в пол и прикрыла лицо ладонью. Тут выбор был не велик. Пусть лучше родится ещё одна сплетня о том, что я разревелась после общения с бывшим мужем чем показать всему белому свету горящие зеленью глаза. Вложила свою руку в его.
Камеры щёлкали нам в след. Я же шла за Владамиром, ориентируясь на его руку и на собственное обоняние. Сильно пахло человеческой кровью и похотью.
Тут у второго выхода из огромного зала выстроилась цепочка из людей в униформе. Тогда как официанты отличались по белым кителям, эти были узнаваемы по красным.
Увидела как один вампир подошёл к улыбающейся девушке, та ответила на его немой вопрос согласием и последовала за ним.
Интересно, Владамир тоже пользуется услугой "всё включено"?.. — подумав об этом, заметила Мэри, так жадно рассматривающую Владамира, как будто не она на этом празднике была едой в красном кителе, а наоборот...
Резко выдохнула. Сейчас я была не в том состоянии, чтобы дать своим эмоциям свободу действий. Мне хватило бы сейчас малейшего запала, чтобы потерять контроль.
Слава Богу, до выхода мы добрались без происшествий. Хотя, гнетущее чувство тревоги не отпускало. А это липкое гадкое ощущение, что все за мной наблюдают, лишь усиливало эффект.
Длинный коридор вёл в другое крыло. Железная дверь и выстроенная у нее охрана давала понять, что сюда простым смертным вход заказан, только если они не в меню.
Дальше шли десятки
дверей слева и справа. Из многих шли недвусмысленные звуки... пиршества.— Крайняя слева. — сказал Владамир, указав на дверь.
Вошли в неё. Только когда дверь отгородила нас от остальных, а Владамир включил телевизор и прибавил громкость на всю, спросил:
— Что случилось?
— Я... Не знаю. Перенервничала просто. Это оказалось слишком тяжело для меня.
— Ты к нему ещё что-то чувствуешь? — его потемневший до угольной палитры взгляд пронизывал насквозь. Меня накрыло дежавю, когда очнулась в пещере, прикованная цепями, и была уверена, что из логова маньяка мне живой не выбраться. Сейчас всё внутри меня буквально звенело от опасности.
— Надеюсь, ты это не серьёзно. И... Я тоже самое могла бы спросить о твоей ненаглядной Ариэль, или же об обожающей тебя Мэри! — лучшая защита всегда была нападением. А тут я смогла хотя бы сбросить часть негативных эмоций. Да, это была лишь маленькая толика, так как об истинной причине моего состояния я умолчала.
— Ты к нему ещё что-то чувствуешь? — Моя уловка не удалась. Я по его взгляду поняла, что такие игры не пройдут. Да, за столетия жизни он на них должно быть пуд соли съел, от того и выработался иммунитет.
— Нет... Чувств никаких не осталось кроме тех, что мне очень хочется его убить. — И выпить его до последней капли, так как одна мысль об этом сейчас опять оказала на меня слишком большой эффект. Жжение уже было не остановить. Хорошо, что Владамир принял эту мою жажду совсем за другую. За жажду мести...
Сделал несколько шагов, сел на край кровати. Да, тут комнаты имели лишь всё самое необходимое. А из необходимого была душевая кабина, полностью просматриваемая со всех ракурсов и, собственно, кровать. Эти комнаты предназначались лишь для коротких утех и праздника живота.
Не могла я всё ещё свыкнуться с этим потребительским нюансом моей новой жизни. И если вампиры для меня раньше и существовали в воображении, но как-то по-другому я их представляла...
— Ты планируешь сюда вернуться с кем-то из этих?..
— Ты о чём, Жень?
— Ты же и так всё прекрасно понял. — недоуменно взлетевшие вампирские брови никак меня не убедили. — Собираешься вернуться сюда, чтобы пить кровь?
Боже, если да, то пусть это будет не Мэри. Пусть лучше какой-нибудь прыщавый пахнувший продуктами жизнедеятельности дрыщ...
— Не собирался. А что?
Да просто так, чёрт тебя побери!
— Ничего. — Как-то сразу отлегло. Даже Игорь со своим непонятным для меня запахом ушёл на второй план.
— Иди ко мне, — сказал Владамир, расстегнув три первые пуговицы на рубашке...
Спустя полчаса вернулись в общий зал. Казалось, что наш уход вообще никто не заметил. Хотя, нет, показалось, что показалось.
Не то, чтобы я искала взглядом Игоря, нет, но именно он был первым кого я заметила войдя в зал. Он, словно почувствовав моё присутствие, тут же обернулся. Холодный отблеск света от линз очков заставил поёжиться. Было в этом что-то леденящее душу. Так же как то, что он ещё мгновение назад вёл беседу с некой белобрысой особой, которая при нашем появлении решила сделать ноги. Нет, она не убегала, но так старательно пыталась скрыться в толпе, что это было заметно.