Ход колдуньи
Шрифт:
– Возьми! – Изабель сунула мне что-то в карман. – Уронишь случайно.
– Не хочу я ничего ронять! – Я вытащила из кармана линзу.
Времени возвращать ее не осталось, над шумным стадионом раздался голос глашатая. Затолкав линзу обратно, я пристроилась в конец шеренги. Последняя из основного состава по росту. Дальше маршировал запас.
Арена была поделена на квадраты переливающимися на солнце изумрудными каплями артефактов. Они висели в воздухе над нашими головами точно по невидимым линиям. Красота! Внутрь «капель» были заключены шестигранные кристаллы норкского лазуритиана.
Как только прозвучит
Противник нам попался непростой. Академия Вильса выпускала будущих приграничных стражей. Их команда была опасной и жестокой. Слабость на границе не поощрялась.
Пока я вспоминала, что ждет нас в полуфинале, мы дошли до центра поля и остановились напротив парней в серой форме. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять: вряд ли когда-нибудь найдется самоубийца, решивший нарушить границы Фридхольма. Плечистые, жилистые, с одинаково обветренными лицами, на которых было написано желание без соли закусить любым нарушителем.
Глашатай объявил команды и перечислил имена основного и запасного состава. Напомнил, что замен по медицинским показаниям нет, только одна по желанию тренера. Зато она была! В финале вообще запрещалось менять игроков! Кого заявили как основных, те и остаются на поле до конца игры. Нас от финала отделяла стена из будущих стражей.
Игра началась.
Запасные игроки и тренер пошли на трибуны, а мы двинулись в сторону нашего края поля.
– Ну и лбы! – присвистнул тихо Кристоф.
Вокруг нас порхали линзы, магия усиливала голоса, показывая проекции игроков над чашей стадиона.
– Таких нахрапом не возьмешь! – почти на грани слышимости пробурчал Крис. – Стейн, есть план?
– Будем брать неожиданностью. – Змей поймал мою руку, и мою ладонь в его пальцах тут же продемонстрировали на проекции.
– Я не сниму перчатки! – еле слышно возмущенно прошипела я. Я не брат!
– А я и не прошу. – Змей покосился на меня, васильковые глаза лукаво блеснули. – Вспомни, чему ты училась на тренировках Эмерсона.
Применять бытовую и прикладную магию в бою…
Прищурившись, я нервно улыбнулась:
– Думаешь, получится?
Змей уверенно кинул.
Вард неожиданно прогудел:
– Я с ней в паре.
– Отлично, – улыбнулся Стейн. Судя по довольному лицу, он так и планировал.
Вот змей!
– Два-два, два-один, – продолжал он раздавать команды.
Вполне логично. Вначале идет Стейн с Кристофом, чистят дорогу. Набирают очки по нежити. Как доберемся до противника, мой выход.
– Мартина, все, на что хватит фантазии. И не стой на месте, постоянно двигайся. В квадратах стены не везде.
Помню! Часть иллюзия, часть настоящие, они выдвинутся из земли. Вместе с коконами с нежитью, скрытыми магией.
– Потом комбинация «восемь-ноль», поняла? – Змей вопросительно выгнул русую бровь.
– Поняла.
Вышла вперед, выдала, что придумала, отошла под прикрытие Варда. И с начала.
Над ареной прозвучал горн.
Капли артефактов, создающих иллюзии, опустились на траву. Начали вырастать иллюзорные стены, послышался гул под ногами – настоящая часть лабиринта
и ловушки с нежитью поднялись с подземного этажа.Поле закрыл прозрачный купол, отрезая нас от назойливых линз репортеров.
Змей изучал стену перед нами, монолитную, каменную. Кристоф сооружал щит. Вард свой закончил и теперь держался за мной, готовый в любой момент оказаться впереди и прикрыть.
Снова пропела труба, возвещая, что можно начинать.
Змей шагнул к стене, легко оттолкнул воздух перед ней. Иллюзия разошлась, получилась круглая дыра, от которой, точно круги на воде, расходились волны. Нырнув в образовавшуюся брешь, Стейн ударил сгустком теней. Крис заскочил следом, мы за ним. На веселеньком ромашковом поле под наскоро сплетенной сетью Змея исчезало чудовище, состоящее сплошь из когтей и шипов. А Змей уже шел вправо, присматриваясь к иллюзорным цветам и голубому небу над ним.
Стадион ревел и гудел: зрители были в восторге.
Змей снова оттолкнул иллюзию, как и любую магию.
Мы переместились на мрачный погост с отрядом из четырех скелетов, встречающих нас отнюдь не цветами, а острыми косами.
Сеть из тьмы накрыла всех четверых.
Зазвенели косы, ловушка распалась. Тихо выругавшись, Кристоф прикрыл Змея от брошенной в его голову косы, оказавшейся артефактом. Стейн уже скользил дальше.
Я дернулась к оставшийся без хозяина косе, но она утонула в газоне и пропала. «Всплыла» аккурат под ногами скелета.
Змей теснил умертвий и больше не пытался уничтожить их тенями. Уворачивался от кос (Крис не всегда успевал прикрыть), двигался по кругу. У его пальцев колыхалось марево. Круг становился все меньше. Змей, удерживая магию, поднявшую скелеты, сжимал ее все сильнее. Очевидно, надеялся, что заклинание повредится. По его лицу тек пот…
Надо что-то делать! Иначе пока доберемся до противника, нас можно будет брать тепленькими.
Зрители скандировали имена стражей. У тех дела явно шли лучше, чем у нас. Со стороны команды противников доносился странный треск…
Присев на корточки, я потянулась к сети заклинаний, лежащей у нас под ногами. Плетение, переместившее косу, стояло прямо под газоном и было до безобразия похоже на то, чем в домах поднимают посуду по кухонному лифту, если есть лишние деньги на бытовые заклинания и нет желания тянуть за шнур или рычаг.
С моих пальцев сорвались оранжевые огоньки, нырнули в траву.
Под нами была целая система тоннелей.
Над головой зазвенело.
Удивленно подняв глаза, я встретилась взглядом с пятым скелетом, только что вынырнувшим из кокона в подмогу товарищам и решившим, что они и так справятся, а вот девица на корточках куда лучше пойдет на роль сена. Коса скрипела по щиту Варда, медленно его разрезая. Теневик держал его, прикрыв меня.
– Отпускай! – выпалила я, отправляя горсть оранжевых огоньков в траву.
Вард убрал щит.
Я отпрянула, сев на пятую точку.
Газон зашевелился, подрастая. Скелет промазал, коса вылетела из его рук, нырнула в траву, да там и осталась. Вард рубанул по нежити обломками щита, точно топорами. Кости рассыпались по полю и исчезли.
Я перекатилась на колени, запуская оранжевые огоньки. Кто-то снизу, из скрытых под ареной служебных помещений, пытался вернуть заклинанию подачи кос прежние свойства.