Хищный зверь
Шрифт:
Ее глаза, привыкшие к сценам, которые остальные видели только в кино, скользнули на крепкое, прекрасно сложенное тело женщины, лежащее спиной. Роскошные бока, осиная талия и накачанные мускулы говорили о многочасовых занятиях в спортзале. Шелковая простыня, покрывавшая тело, немного съехала в районе ягодиц, и показались коричневые трусики танга с кружевной отделкой. Сабина вгляделась в шею. Место, куда вошла пуля, было видно хорошо, но крови вытекло совсем немного. Зато на белокурых волосах, более ухоженных, чем на фотографии с карты идентификации, виднелись пятна крови и мозгового вещества мужа. Зрелище не из приятных.
После выстрела сила тяжести
Следующие несколько секунд Сабина молча оглядывала комнату, стараясь не шуметь из уважения к происшедшему. Джимонди стоял позади нее, не переходя порог, чтобы снова не надевать перчаток. В полном молчании он прошел за ней в кухню. Она оперлась на стол, вздохнула и попросила, чтобы позвали того полицейского, кто первым вошел в дом, дабы не повторять без конца одни и те же вопросы. Им оказался высокий, вальяжный парень в форме, что стоял у входа. Он молча подошел и кивнул, готовый все рассказать.
– Ты ведь Фоски, да?
У Сабины была привычка говорить «ты» всем коллегам рангом ниже ее. Некоторые находили это неуместным, но со временем в ней укоренилось убеждение, что большинству ее сотрудников такой доверительный стиль даже нравился. Фоски, молодой и расторопный командир мобильного патруля, явно это оценил.
– К вашим услугам, доктор.
– Наберись терпения. Я знаю, что ты уже все рассказал милейшему Джимонди, но мне предстоит в подробностях доложить обо всем начальству, которое поумнее нас с тобой. А потому давай начнем сначала, если не возражаешь.
Парень кивнул.
– Вызов поступил от соседки напротив?
– Да. Она проснулась от звука выстрела примерно в три тридцать утра. Встревожилась и прислушалась, услышала, что завыла собака, подождала несколько минут, потом набралась мужества и позвонила соседям в дверь. Не услышав ответа, примерно в три сорок две набрала «один-один-два». Мы приехали сюда минут через пять, может, чуть больше.
– Квартиру вам открыла она?
– Да, у нее есть запасные ключи, но входить одна она не рискнула. Она так сказала.
– Понятно. Дверь была заперта на несколько оборотов?
– Нет, я бы не сказал. Я ведь там был… Соседка открыла ее сразу. Дверь тяжелая, бронированная, но она была только плотно прикрыта, а не заперта.
– Хорошо. Надо узнать у нее, часто ли так бывает. А теперь, пожалуйста, сосредоточься. Там включен кондиционер, а здесь, в кухне, открыто окно. Когда ты вошел, все так и было?
– Нет, окно было закрыто. Я знаю, что не следовало его открывать, но думаю, это сделали санитары. Поверьте мне, в комнате было нечем дышать. Ручаюсь, что никто не трогал то, чего не следовало трогать. Я обо всем написал в акте осмотра места происшествия, который набросал на планшете, пока мы вас ждали.
– Черт возьми, теперь планшетами снабдили и мобильные бригады?
– Нет, доктор, у нас иногда и бензина не бывает. Планшет мой. Я беру его с собой, чтобы пораньше начать готовить отчет, а когда выпадает шанс присесть, сразу его редактирую.
Сабина кивнула с довольным видом. Иметь у себя людей усердных, с хорошим самообладанием, способных достойно выполнять даже самые незначительные задания – это позволяет избежать множества неприятностей. Кроме того, Фоски был симпатичным парнем.
– Прекрасно. Кто еще входил в комнату до настоящего времени? Какие меры предосторожности
были приняты?– По процедуре, доктор. Мы с коллегой вошли, и я по запаху сразу понял, в чем дело. На нас были форменные сапоги. Мы ничего не трогали, я только надел перчатки и зажег свет, чтобы сделать несколько снимков и передать их потом научной бригаде, когда приедут.
– Хорошо. А медики?
– Я вызвал их с Центрального поста. Они приехали через несколько минут и сделали свое дело, как положено: латексные перчатки на руках, ботинки без бахил, чемоданчики поставили в кружок. Относительно динамики происшествия сомнений почти не оставалось, поэтому они ограничились тем, что оценили состояние еще теплых тел по жизненным параметрам. Я наблюдал за ними; к телам они почти не прикасались и, думаю, вряд ли могли что-нибудь запачкать. С ними не было врача, но мы его вызвали, и он приехал на медицинской машине. Это тот, что только что вышел. Он тоже ни к чему не прикасался.
– О’кей. Что-нибудь еще?
– Пожалуй, нет. Пес успокоился, когда мы вошли, и больше не выл, а лежал, бедняга, на своей подстилке в гостиной. Соседка сама его забрала и взяла на поводок – видно, была хорошо с ним знакома.
– А она не говорила о каких-нибудь криках, ссоре или о чем-либо подобном?
Тут вмешался Джимонди, отпустив и поблагодарив коллегу в форме.
– Я что-то такое слышал. Так, в общих чертах. Надо будет потом вызвать ее в отдел и допросить под протокол. Но, мне кажется, она как раз говорила, что ночь была спокойная. Когда раздался выстрел, она уже спала. По ее словам, женщина, как и каждый вечер, была в спортзале и дома не ужинала, насколько можно судить по тому, когда она открывала и закрывала дверь. Но точно соседка не помнит. Мужчина оставался дома, у него работал телевизор. В последний раз она встретила их на лестнице несколько дней назад, и с виду все было в норме.
– Однако было ведь заявление о преследовании?
– Да, это мы его принимали, однако точно я не помню, у нас таких заявлений полно. Потом отыщем. Но соседка знала еще кое-что: пару лет назад Гайя нашла себе другого мужчину, муж ушел из дома и начал ее доставать: подкарауливал, угрожал по телефону, устраивал скандалы на лестнице – в общем, всё как бывает… Потом они помирились – и на несколько месяцев, казалось, успокоились.
– Но, по всей видимости, не успокоились.
– Вот-вот…
– В общем, если события развивались именно так, нет смысла в них углубляться. А пистолет?
– Несколько лет назад Карло получил разрешение на ношение оружия как инкассатор и даже давал присягу. Потом служил в офисе какой-то фирмы бухгалтером, но пистолет у него остался, поскольку разрешение на ношение оружия поменяли на разрешение на хранение. Еще одна наша задача: надо будет это выяснить, даже если по документам всё в полном порядке.
– Ладно. Но есть в развитии событий что-то странное… Тебе приходилось когда-нибудь с таким сталкиваться?
– Если честно, то нет. Ясно одно: не так-то просто было выстрелить в темноте себе за спину, да еще вслепую, учитывая, что, если собираешься покончить с собой, наверняка очень волнуешься…
– Думаешь, с этим делом будут проблемы?
– Ну, уж не такие, какие поимела Гайя.
Они сдержанно посмеялись над шуткой, понимая, что в такой ситуации шутить не годится, но, когда каждый день сталкиваешься со смертью, умение снизить накал обстановки означает, что в ближайшее время не спятишь. Оба снова посерьезнели, и Сабина принялась что-то набирать на экране мобильника.