Харшини
Шрифт:
— Чья была идея? — осведомился Брэк.
— Верховной сестры.
— Почему-то я даже не удивлена. — Брэк даже не знал, что у Р'шейл может быть такой тяжелый взгляд. Она потрясла головой, пытаясь освободиться от переполнившей ее ненависти, и пожала плечами. — Я думала о Хэрри.
Гарет задумался. Хэрри не пользовалась популярностью. Но из всех Членов Кворума она одна, пожалуй, действительно пеклась о Медалоне.
— Допустим, ты справишься с этим, что дальше?
— Мне нужно найти архивы харшини. А еще я убью Локлона.
— Локлона? А он-то здесь при чем? Кроме того, он числится как дезертир. Никто не видел его с той
Р'шейл подтащила к столу деревянное кресло, стоящее у стены, и уселась в него.
— Джойхинии больше нет, Гарет. Кариенские жрецы украли чужое сознание и поместили в ее тело. Вовсе не Джойхиния пишет Кариенские указы. Это Локлон.
Гарету было не под силу сразу поверить в услышанное.
— Это же абсурд… так не бывает…
— Бывает, и еще как, — отрезал Брэк. — Ты столкнулся с силами, существование которых отрицаешь, но от этого они не стали менее реальными. Или менее могущественными.
— Может быть, она все же придет в себя…
— Тарджа уничтожил ее разум. Джойхинию уже не вернуть.
— Но при чем тут Локлон? Как он…
— Это не важно, — отмахнулась Р'шейл. — Главное, как-нибудь разобраться с ними со всеми — с Локлоном, с кариенцами и прочими. Пока все это не улажено, я не могу заниматься поиском ответов на праздные вопросы.
— Ты что, ехала сюда с закрытыми глазами, Р'шейл?
— Я не говорю, что все будет просто, Гарет, — ответила она. — Но другого пути нет.
Комендант медленно кивнул.
— Хорошо. Но если вы хотите, чтобы я работал на вас, тогда я прошу… нет, я требую… двух вещей.
— В твоем положении о требованиях лучше не вспоминать, Гарет.
— И все же я буду требовать. И если ты откажешься, то я просто проткну себя своим же мечом и избавлю кариенцев от необходимости вешать меня.
Р'шейл приготовилась возражать, но раньше, чем она открыла рот, ее прервал Брэк.
— Что ты хочешь, комендант?
— Во-первых, я хочу, чтобы ты пообещала слушаться меня, я не сидел без дела, глядя, как кариенцы грабят Медалон. У меня есть нужные люди на нужных местах, и они повинуются мне. Но если мы не хотим провалиться, нужно действовать слаженно. Не стоит никому — и особенно тебе, Р'шейл, — срываться из-за какой-то благородной языческой цели, на которую мне наплевать, и портить игру всем остальным. Меня не волнует ни твое предназначение, ни харшини, ни повстанцы. Я даже и знать не хочу, что тебе нужно в архивах. Понятно?
— По моему, вполне. А во-вторых? — спросил Брэк быстро не дав Р'шейл вставить ни слова.
— Я хочу расформировать Сестринскую общину.
— Расформировать Сестринскую общину? Зачем?
— Странно, что ты об этом спрашиваешь, Р'шейл. Это продажное и пагубное правительство. Может быть, начинали они и с добрыми намерениями, но теперь ими движет только стремление к личной власти. Все нынешнее безобразие затеяно было сестрами Клинка. Захватив Цитадель, мы должны вырвать власть из рук общины и предать ее защитникам.
— Ты хочешь заменить одну тиранию другой? — насмешливо уточнил Брэк.
— Нет. В конечном счете мы проведем выборы. У медалонцев должна быть возможность самим выбирать того, кто возглавит их. Нельзя доверять этот выбор горстке женщин, которым с детства внушили, что они умнее всех на свете. Мы доверим власть Дженге, пока не прогоним кариенцев, а потом организуем выборы. Он благороден и сможет проследить, чтобы все было сделано честно.
Р'шейл недоверчиво глядела на него.— Давно ли ты все это задумал, Гарет?
— Покончить с Сестринской общиной? С тех самых пор как узнал, что в Священных горах сожгли деревеньку под названием Приют, — ответил он.
Какое-то время она молчала.
— Ты сам родом из Приюта. — Это был не вопрос, а утверждение; внезапно она поняла, что движет им в этой жизни. А он почувствовал, что где-то в глубине души она простила его.
— Твоих настоящих родичей убили тогда, Р'шейл. Как и моих.
— Я и не знала, что ты из горного народа.
— Откуда тебе было знать? Я стал защитником задолго до того, как мы познакомились.
— И ты все это время знал, кто я такая?
Он покачал головой.
— Ты родилась уже после того, как я ушел из Приюта. Но я знал твою мать, Джей'нл. И ее сестру, Б'трим.
— Какими они были?
Он улыбнулся, отчасти своим воспоминаниям, отчасти в ответ на волнение Р'шейл. За всей ее силой, за всеми великими замыслами скрывался ребенок, жаждущий утешения, как и положено детям.
— Б'трим я запомнил огромной грозной женщиной, которая могла погнаться за нами, ребятишками, в лес, размахивая охотничьим ножом если бы застукала нас за кражей из ее силков. Джей'нл была полной противоположностью. Маленькая, хрупкая и пугливая. Мы называли ее снегурочкой. Для нее не было большей радости, чем потеряться в лесу. Нас, мальчишек, нередко посылали разыскивать ее. Она даже дикого кролика могла бы подманить и накормить с рук. Я никогда больше не встречал таких девушек. Немудрено, что в конце концов в нее влюбился король харшини.
Р'шейл прикрыла глаза, и Гарет обменялся взглядами с Брэком.
— Когда ты покинул Приют? — спросил Брэк.
— Мне было четырнадцать. Меня не слишком привлекала судьба дровосека, и я убежал в Тестру. Там я выяснил, что уметь жить на земле еще не значит быть готовым к жизни в городе. Меня поймал за кражей еды лейтенант защитников. Он предложил мне выбирать — вступить в их ряды или быть отосланным в Гримфилд. Так я сделался защитником. Этот лейтенант замолвил словечко за меня, и меня приняли в кадеты. С тех пор я не возвращался в Приют.
— Тебе повезло, что ты встретил столь достойного человека, — заметил Брэк.
Гарет кивнул.
— Повезло. Я до сих пор обязан ему. Его звали Палин Дженга.
Р'шейл широко открыла глаза.
— Значит, тебе есть за что мстить и есть за что возвращать долги.
Он кивнул.
— Именно поэтому я настаиваю на том, чтобы оба моих требования были приняты. Я не допущу, чтобы твои планы помешали моим. Другого случая у меня не будет. Мы договорились?
Р'шейл посмотрела на стоящего за ее спиной Брэка. Харшини еле заметно наклонил голову.
— Да, Гарет. Договорились.
Глава 37
Гарет Уорнер назначил собрание офицеров, разделявших его стремление свергнуть сразу и кариенцев, и сестер Клинка. Р'шейл была поражена, увидев их. Знакомых лиц почти не было — только несколько однокашников Тарджи. Все это были господа офицеры, которых трудно было бы заподозрить в измене. Она была уверена, что все защитники в Цитадели желают освободиться от кариенской оккупации, но для нее стало откровением, что большинство из них желают свергнуть заодно и Сестринскую общину.