Чтение онлайн

Особенно бесило военачальников то, что политики говорили правду. Если генералы не могут победить врага, то чего они вообще стоят? Значит, обязательно нужна победа – желательно быстрая и полная. А цена не имеет значения.

А из Питера в прямой эфир прорывались по межгороду и сотовой связи плачущие женские голоса:

– Мы просим президента и всех, кто принимает решения там, в Москве, мы умоляем – не уничтожайте наш город. Не убивайте наших детей!

Были и другие звонки – чаще всего от пожилых мужчин, называющих Санкт-Петербург Ленинградом.

Их голоса проливали бальзам на душу военачальникам, которым тоже хотелось верить, что все

ленинградцы, как один человек, готовы отдать свою жизнь ради победы над врагом.

Но откуда же тогда эти толпы людей, рвущихся прочь из города в страхе перед пришельцами и перед мифической атомной бомбой?

И они тоже звонили по сотовым из дорожных пробок, с вокзалов, от станций метро, единодушно обвиняя в срыве эвакуации не пришельцев, а городские и военные власти.

А навстречу этим звонкам из министерства обороны и Генштаба на Дворцовую площадь, в штаб Ленинградского военного округа, неслись уже прямые команды:

– Да отрубите вы наконец эту сотовую связь! Сошлитесь на военное положение, свалите на инопланетян, в конце концов.

Но это тоже оказалось не так-то просто. Военные сами использовали мобильники для связи между собой и с Москвой.

Военная связь работала из рук вон плохо. Солдаты срочной службы ни черта не умели, офицеров и прапорщиков не хватало, да еще в этой неразберихе многие машины связи и даже целые части использовались не по назначению.

Городская и междугородняя сеть была перегружена, даже правительственные линии гудели от перенапряжения, и в этой ситуации сотовая связь оказалась настоящей палочкой-выручалочкой.

По сотовым перезванивались с командованием и друг с другом десантники в Пулкове – благо трубок там было полно. В семьях больших начальников, которых пытались эвакуировать через аэропорт утром, даже дети имели мобильники.

По сотовым перезванивались и милиционеры, беззастенчиво реквизируя трубки у задержанных или забирая их у пораженных голубым градом. Военное положение допускает такие действия в случае крайней необходимости, а такая необходимость была налицо.

Связываться по обычному телефону милицейские службы не могли – связь была забита. У граждан в этот день было слишком много поводов набирать «02». А поскольку по «02» было не дозвониться, они всеми правдами и неправдами находили другие телефоны милиции, чтобы сообщить о каком-нибудь очередном из тысяч происшествий.

В эфире на милицейской волне тоже царила дикая неразбериха – так что свои и чужие мобильники были единственным спасением.

По этой причине о том, чтобы отключить мобильную связь совсем, не могло быть и речи. Другое дело – передать ее всю под контроль армии, милиции, гражданской обороны и спецслужб.

Городские власти немедленно запросили у провайдеров сотовой связи, можно ли это сделать.

Те ответили, что в принципе можно, но для этого надо точно знать, какие номера используют перечисленные службы, чтобы оставить их в работе, а остальные отключить. И перенастройка оборудования займет некоторое время. Тем более, что день выходной, специалистов надо специально вызывать на работу, а какая ситуация в городе с транспортом – общеизвестно.

Да еще черт его знает, приедут они или нет. Ведь сейчас основная цель у большинства людей – убраться поскорее из города.

Это чудо, что удалось дозвониться хоть до кого-то из провайдеров. Другие не отзывались вообще. Это значит, что сбежали все – и начальство, и дежурные.

И те, до кого удалось дозвониться, весьма вероятно, тоже

сбежали. Просто они не отключили на прием свои собственные мобильники. Сидят где-нибудь в пробке и объясняют, почему оборудование лучше не трогать.

– Пока оно работает в автоматическом режиме, связь есть. И будет дальше, если не уничтожить сотовые станции или не отключить их электропитание. Если же начать перенастройку, то город может остаться без сотовой связи в лучшем случае на несколько часов.

Было ясно, что если это случится, то в городе воцарится окончательный хаос. Так что идея ограничить поток нежелательной информации путем отключения от сотовых линий гражданских абонентов оказалась порочной с самого начала.

Близилась ночь этого долгого дня, а сотовая связь продолжала работать как ни в чем не бывало, являя собой пример поразительной стабильности на фоне всеобщего хаоса и безумия.

Даша Данилец оказалась в армейской колонне случайно. В поисках лазейки в оцеплении менеджер радио «Ладога» Рома Карпов вывернул с проспекта Космонавтов дворами в глубь квартала и добрался по дорожкам между домами до Московского шоссе.

А туда как раз вытягивалась эта колонна, и «тойота» Ромы Карпова появилась из-за домов совершенно неожиданно для милиции, которая перекрывала движение.

Роман приготовился было затормозить, но Даша крикнула: «Давай туда!» – и менеджер повиновался.

Вместо тормоза он нажал на газ, и машина, проскочив мимо ментов, вписалась в колонну.

Теоретически за такой финт по ним запросто могли открыть огонь. Военное положение много чего допускает и оправдывает, и уже были случаи, когда по машинам беженцев, пытавшихся прорваться через оцепление, открывали огонь на поражение.

Однако на этот раз пронесло. Пока милиция хлопала глазами, «тойота», прикрытая спереди и сзади армейскими грузовиками, была уже далеко.

И что самое главное – этот пост был последним на пути колонны. А дальше город кончался, и перекрывать движение силами милиции не имело смысла. Там этим занимались пришельцы.

Разумеется, гаишники немедленно позвонили военным и сообщили, что в их стройные ряды затесалась неизвестная «тойота».

Но пока военные разбирались, где эта машина и кому она принадлежит, прошло еще некоторое время.

«Тойота» не казалась в этой колонне чужеродным элементом. Армейские грузовики чередовались в ней с городскими автобусами, а военные «газики» – с маршрутками, так почему бы не оказаться среди них и легковой иномарке.

В обоих грузовиках, спереди и сзади, решили, что «тойота» находится в колонне вполне законно. Может, какой-то из командиров опоздал и зарулил в строй на личном автомобиле.

Правда, через несколько минут иномарку нагнал запыленный «газик», и некто в форме подполковника, высунувшись в правое окно, начал что-то орать и махать руками, призывая Рому Карпова съехать на обочину.

Но Рома при всем желании не мог этого сделать. Сзади напирал тяжелый «Урал», почти прижимая «тойоту» к передней машине. И скорость была довольно приличная.

А потом справа по курсу появились параболоиды.

Четыре «тарелки» зашли на колонну спереди, и на машины посыпался белый град.

Строй сразу сбился, колонна рассыпалась. Одни машины остановились в ближайшие полминуты, другие пытались их объехать, третьи разворачивались, загромождая дорогу. А параболоиды, развернувшись над полем, уже заходили на колонну сзади.