Грубая любовь
Шрифт:
– Отпусти! – закричала Лина, прыгая на парня и царапая его руки в попытках отодрать их от женщины, но тот откинул её прочь, словно щенка, отчего девушка пролетела назад и шмякнулась на пол, ободрав при этом колени.
Удара и боли она не почувствовала, потому что адреналин и страх затмевали собой всё!
А потом неожиданно парня словно подбросило резко в воздухе вверх, а затем в сторону с такой немыслимой силой, что он вылетел вместе с дверью в коридор, хрустнув там и развалившись вместе ним.
Анжелка упала на пол, хватаясь за горло, когда над ней Лина
Амирхан был зол, словно чёрт!
Его тёмные глаза полыхали и пугали теми бешенными эмоциями, которые там можно было рассмотреть.
– Ты очень вовремя, Амирчик! – прохрипела Анжелка, но он словно не услышал её, глядя только на Лину, когда рыкнул низко:
– Ни на пару часов тебя оставить нельзя!
Она хотела было открыть рот, что от души поблагодарить за спасение, но брови девушки поползли вверх.
Это она что ли была виновата в нападении?
– Такая у меня работа! – вдруг шикнула она в ответ, и прикусила губу, замечая, как бандит прищурил недовольно глаза, а Анжелка махнула рукой за его спиной, давая понять, что сейчас лучше молчать.
Не буди лихо пока тихо.
Так говорят.
Но если лихо уже проснулось и требовало крови?
Лина ждала, что сейчас бандит вспылит и наговорит что-нибудь не очень приятного, но он резко развернулся и прошагал в коридор, где послышался его бас:
– Отец, ты как? Живой? Встать можешь?
Видимо дяде Феде здорово досталось!
Нужно было ему помочь и осмотреть, но сначала Лина кинулась к отважной Анжелке, чтобы помочь ей подняться.
– Я в порядке! – отмахнулась женщина, добавляя с кривой улыбкой, - Было время, что хуже прилетало! Жаль только что в ближайшие пару недель придётся ходить в водолазке, пока синяки не сойдут!
Лина только покачала сокрушенно головой.
Страшно и жутко было представлять, что пережила эта женщина от рук бывшего мужа! Всё это было ужасно. Гораздо хуже, чем сейчас было у самой Лины. И ведь Анжела как-то справилась – не опустила руки, а продолжала жить дальше.
С этими мыслями Лина обернулась назад – туда, где была зверски выломана дверь прямо вместе с косяком.
Теперь все эти обломки лежали у противоположной стены кусками и пылью, а на них наркоман без сознания, раскинув руки и ноги, словно тряпичная кукла без скелета.
И, судя по тому, что правая рука и нога лежали под каким-то совершенно не естественным углом – эта часть была сломана.
– Ты ему всю правую часть сломал, - выдохнула себе под нос Лина, но бандит её услышал, даже находясь в другой стороне коридора, где помогал дяде Феде подняться на ноги и поставить его перевернутый стол.
– И правильно сделал! Чтобы на всю жизнь запомнил, как вламываться в места, куда заходить нельзя! – раздался раздраженный бас, - Скажи спасибо, что не убил!
– Спасибо.
– Пожалуйста, - пробурчал он в ответ и повернулся к дяде Феде, который держался за бок и кряхтел, - Крепись, отец. До пенсии заживем.
– Так я уже на пенсии, - глухо хохотнул пожилой охранник, в ответ на что Амир вдруг улыбнулся и похлопал
его осторожно по плечу.– А супруга-то есть? Есть, кому мазать бок мазями?
– Конечно, есть. Только, боюсь, что теперь она меня на работу в жизни не отпустит.
– И правильно сделает.
– Так, а за девочками кто присмотрит-то? И так я без сменщика работаю уже второй месяц!
Глава 10
– Решим вопрос! – пробасил бандит, а Лина почему-то покосилась на Анжелку, заметив, как та тут же расцвела буквально на глазах.
Так.
Ну нет!
Ещё только этого не хватало!
Этого мужчины явно стало слишком много в её жизни и без работы, чтобы он еще здесь ошивался сутками!
– Не надо! – глухо ахнула Лина, и лишь потом поняла, что сделала это вслух, потому что увидела, как на неё повернулись все сразу.
Сейчас не смотрел только что наркоман, и то потому, что был без сознания.
– Это почему еще? – прищурились глаза бандита, и по позвоночнику прошла волна холода, не смотря на то, что казалось, будто его глаза смотрят хоть и тяжело, но не злобно, а скорее с каким-то азартом.
Может, весело даже.
Впрочем, в этом Лина не была уверена.
Вот и что ему было ответить?
К счастью вмешалась Анжелка, которая громко проговорила, явно стараясь снять напряжение всей ситуации:
– Пойду Григоричу скажу, что у нас небольшие проблемы.
– Давай лучше я?
– Нет, Лин, на мне следы видно. Так он хоть ругаться не будет, что дверь сломана, - Анжелка подмигнула и поспешила за Валерием Григоричем, а девушка беспомощно уставилась на наркомана, которому, вообще-то, надо было сначала помочь, а потом уже идти за начмедом приемного отделения.
– Я жду ответа, - словно на зло раздался за спиной бас бандита, и Лина прикрыла глаза.
При нём лучше молчать и не вякать!
Теперь не отстанет ведь!
– Человеку надо помочь. У него перелом.
– От ответа не уходи. Этот человек еще долго будет в травматологии лежать – часом больше, часом меньше у не важно.
Бандит прошагал до Лины и склонился над наркоманом, чтобы вероломно взять его за щиколотку, и словно мешок с дерьмом отволочь с обломков в сторону, чтобы снова бросить, но уже на полу.
Кажется, сломанная дверь заботила мужчину куда больше, чем жизнь парня.
Лина смотрела на это всё круглыми глазами, и наконец выдохнула:
– Очевидно же, что ты не подходишь.
– Кому это очевидно? – усмехнулся он, выпрямляясь во весь свой рост, и словно на зло расправляя плечи так, что голова закружилась.
Чёрт, ну какой же он огромный-то!
Так явно не реально накачаться, таким нужно родиться!
– Мне почему-то не очевидно.
– Ты не можешь быть простым охранником с зарплатой в двадцать тысяч! Ты носишь часы, которые как минимум в десять раз дороже, и приезжаешь на машине, которая стоит как все наше отделение вместе с земельным участком! Ты можешь быть каким-нибудь начальником охраны, но уж точно не рядовым охранником!