Чтение онлайн

Я не могла отвести глаз от зеркала, и пару минут смотрела в него, до того как понять, что девушка, ошарашенно смотревшая на меня оттуда, была мной.

— Ну, и как тебе? — спросила Люсилль.

— Это прекрасно, — прошептала я, и она приобняла меня сбоку.

— Ты выглядишь великолепно, Елена, — выдохнула рядом со мной Сэмми.

— Нет, это ты выглядишь великолепно!

Она захихикала, в это время распахнулась дверь, и в комнату вошла Бекки в фиолетовом наряде, который слегка прикрывал колени. У ее босоножек на шпильке было столько ремешков, обхватывающих лодыжки, что я не могла их сосчитать, и они открывали идеально накрашенные фиолетовые

Она выглядела потрясающе, но опять же, Бекки всегда выглядела потрясающе. Ее длинные волосы спадали по плечам и спине.

Бекки взглянула на меня, ахнула и по ее лицу расплылась широкая улыбка.

— Ты выглядишь потряаасно, — произнесла она, и мы все рассмеялись.

Я ещё раз взглянула в зеркало, чтобы убедиться, что это действительно я.

— Мама, ты волшебница.

— Спасибо, я буду здесь всю неделю, — Люсилль присела в реверансе.

Бекки застонала, взглянув на часы.

— Может, мы уже пойдем, пожалуйста?

— У нас ещё куча времени, Бекки, — ответила Люсилль своей нетерпеливой дочери.

— Уже почти шесть! — Бекки всплеснула руками, и момент восторга был забыт. — Не говоря уже о том, что нам нужно поймать такси.

— Ладно, паникерша. Пойдем.

Глава 7

Мы встретились с сэром Робертом и Изабель перед вестибюлем, но Блейка так нигде и не было видно. Они оба выглядели на миллион долларов. Сэр Роберт зачесал волосы назад, они блестели от геля, и на нём был накрахмаленный черный смокинг. Его широкоплечая высокая фигура наводила на мысль о Джеймсе Бонде.

На Изабель было изумрудное платье, спереди оно было короче, а сзади спускалось каскадом. Туфли на шпильках в тон к платью были расшиты пайетками, а в ушах висели удлиненные серебряные сережки с жемчугом, которые дополнялись таким же браслетом. Они оба выглядели такими молодыми и счастливыми. Я подумала, что они жили ради таких вечеров. Было так грустно, что им пришлось отказаться от многого.

Мы взяли два такси, и я поехала вместе с Люсилль и Бекки, которые без умолку трещали о предстоящем событии.

Когда мы припарковались у тротуара, я сделала глубокий вдох, потому что миллион фотовспышек перед музеем вспыхивали словно светомузыка.

Только не снова, пожалуйста.

Мы с Люцианом были осторожными, чтобы не попасть в такую же ситуацию, как и в то воскресенье в галерее искусств. Это будет просто мое обычное везение, если кто-нибудь назовет мое имя, а я обернусь. У меня поднялась температура, когда я выглянула в окно; я почувствовала, будто меня заперли в сауне. Я помахала на себя руками и помолилась, чтобы не потек макияж.

— Не волнуйся. Здесь сегодня будут Рубикон и королевские семьи, Елена. Это естественно, что они караулят их перед музеем, — Люсилль мягко похлопала меня по плечу, пока мы обе выглядывали из окна такси.

— Они же не будут задавать вопросов, да? — я знала, что буду заикаться и отвечать невпопад, если меня о чем-нибудь спросят.

— Если они узнают тебя, думаю, да, но мы, в любом случае, сможем попытаться проскользнуть внутрь, — и она ободряюще мне улыбнулась.

— Елена, не распускай нюни, — голос Бекки донесся с сидения рядом с ее мамой. — Это естественные издержки. Ты встречаешься с Люцианом, лишь вопрос времени, когда все о

— Бекки! — Люсилль похлопала ее по ноге. — Все равно есть способы помочь Елене к ним привыкнуть. Она не слишком хороший пловец.

Последнюю часть Люсиль тихо произнесла специально для Бекки, но я все равно слышала.

Краем глаза я увидела, как Бекки отмахнулась и произнесла что-то одними губами, я этого не разобрала.

Такси припарковалось через дорогу от входа, под большим дубом. Люсилль расплатилась, оставила щедрые чаевые, и мы вышли из машины. Звук цокающих по асфальту шпилек, заставил мое сердце биться чаще. Я вытерла руки о брюки и постаралась не выглядеть нервно.

Я застыла, заметив большой лимузин, припаркованный перед входом, на лимузине были маленькие фиолетовые флаги, на которых изображены белые цветы.

«Дыши глубоко, Елена. Будет хорошо, если из лимузина выйдет Люциан и обнимет тебя. Вспышки камер и разговор с прессой… Глубокий вдох, ты сможешь. Первое впечатление… Во имя любви к чернике!»

— Не волнуйся, это просто Арианна, — Бекки схватила меня за руку и потащила к музею. Мы проскользнули мимо фотографов, чьи камеры щелкали, как заведённые, когда принцесса вышла из лимузина в слишком откровенном наряде. Я глубоко вздохнула и молча поблагодарила ее за появление в нужное время. У меня был всего один шанс, чтобы произвести впечатление на родителей Люциана, и мне было необходимо, чтобы это впечатление оказалось хорошим.

— Иметь столько денег и надеть это? — сказала Бекки, приподняв левую бровь.

Я выглянула из-за одного из фотографов и увидела маленькое чёрное нечто, обтягивающее ее тело. Оно едва прикрывало ей зад, но пришлось признать, что выглядела она очсиво. У нее были ноги супермодели.

Внезапно в голове всплыли ее слова о ней и Люциане. Где-то в глубине возникло желание пнуть ее, и появившаяся благодарность за появление в самый нужный момент сразу же исчезла.

Она улыбалась своей улыбкой на миллион долларов перед всеми камерами, и, когда я увидела, что ее мать выходит из машины, услышала, как Люсилль говорит с организатором мероприятия позади нас.

— Дышим глубоко, — прошептала за мной Люсилль, когда мы входили.

Весь музей был переделан для проведения этого великосветского мероприятия. Три музыканта играли приятную музыку в дальнем углу, а некоторые экспонаты скрыли за шторами. Кое-какие экспонаты были переставлены, чтобы освободить место для торжества. В углу стояла огромная скульптура высотой почти до потолка, которая была накрыта пологом, а посередине перевязана бантом. Прямо рядом с ней располагался подиум с микрофоном и большим количеством огней, чем я смогла сосчитать. В противоположной стороне на еще одном подиуме стояли четыре трона. С потолка свисали ледяные фигуры, шары и сотни цветов ручной работы. На какое-то время я забыла, что в музее были ещё люди, но, едва не врезавшись в невысокого полного мужчину с огромной бородой, сразу же вернулась в действительность.

Казалось, что каждый старался выглядеть лучше, чем люди вокруг, все разбились на небольшие группы и тихо переговаривались. Я подпрыгнула, когда рядом громко рассмеялся седой мужчина в черном фраке. Я заметила, что двое мужчин, с которыми он разговаривал, были в таких же фраках. Это были черные фраки с таким количеством медалей, приколотых к груди, что я удивилась, как они вообще могли стоять прямо. Они подняли высоко в воздух свои фужеры с шампанским, отсалютовав ими, и рассмеялись, сделав по глотку.