Чтение онлайн

Она стала осматривать кладбище, читая надписи на соседних могильных плитах. Здесь находилась могила ее бабушки, над которой возвышалось гранитное надгробие. А под этой плитой покоилась Алтея Джадд. Камилла увидела могилу матери впервые, и ее глаза наполнились слезами. Чего только не делал отец, пытаясь добиться, чтобы Алтея была похоронена в другом месте! Но Оррин Джадд настоял на своем, и его дочь нашла последний приют в окружении членов семьи Джаддов. Оррин, потерявший ее при жизни, отныне и навсегда будет лежать рядом с любимой дочерью.

Возле кладбищенских

Летти все еще плакала, повиснув на руке Камиллы.

— Сделай вид, что не замечаешь ее, — посоветовала она племяннице. — Давай поскорее проедем мимо. Наши семьи избегают общения.

Камилла собиралась последовать совету тетушки, но миссис Редферн выступила вперед и дружески протянула ей руку.

— Я Нора Редферн, мисс Кинг. Если вы еще будете здесь, приходите меня навестить. Мы должны познакомиться — наши матери были лучшими подругами.

Нора была высокой шатенкой; мягкие локоны выбивались из-под полей шляпки. По-видимому, она любила пешие прогулки и хорошо себя чувствовала вне дома; пожатие ее руки было искренним и крепким.

Камилла поблагодарила Нору за приглашение и сообщила, что завтра уезжает. Теперь она, кажется, догадывалась, что притягивает Росса к этой женщине. Камилла с непонятным ей самой сожалением наблюдала, как он помогает Норе садиться в экипаж.

Обмен репликами у кладбищенских ворот вызвал явное неодобрение Гортензии. Она что-то шепнула Буту и проводила взглядом отъезжающий экипаж миссис Редферн. Чем вызвана эта вражда? И почему Росс охотно общается с Норой, в то время как Джадды игнорируют ее?

Когда Гортензия, Нут и мистер Помптон разместились в одном экипаже, а Летти и Камилла в другом, к ним, к немалому удивлению Камиллы, присоединился Росс. Кажется, он собирался вернуться в Грозовую Обитель.

Летти испытывала потребность выговориться, хоть как-то освободиться от гнетущих мыслей.

— Папа всегда был справедливым, — сказала она Камилле. — Он старался защитить меня, хотя ему и не нравилось, что я такая болезненная.

— Он хорошо к вам относился, — заверил ее Росс. — Вы не должны в этом сомневаться.

— В последние годы он чувствовал себя несчастным, — продолжала Летти. — По моей вине. Я очень виновата перед ним.

— Уверен, вы обвиняете себя напрасно, — возразил Росс. — Как вы можете отвечать за его несчастья?

— Вы не знаете, — упорствовала Летти. — Есть так много вещей, которых вы не знаете.

Росс, кажется, не отнесся к ее словам серьезно.

— Может быть, мисс Летти, вы и найдете некоторое утешение в том, что с некоторых пор он уже не мог чувствовать себя счастливым. Он не в силах был начать все сначала.

— Это правда, — согласилась Летти. — Он понимал, что его жизнь кончена, независимо от того, что делали окружающие. Это понимание пришло к нему много лет назад, не так ли?

Утешение Росса оказалось более действенным, чем он сам ожидал.

— Во всяком случае, — предостерег он Летти, — будет лучше, если вы не станете делиться

— С репортерами? — в смятении переспросила Летти.

— Конечно. Вы ведь не думаете, что смерть такого человека, как Оррин Джадд, пройдет незамеченной, не правда ли? Газетчики уже здесь, я сам их видел. Помптону с трудом удалось добиться, чтобы они не присутствовали на церковной службе. Я знаю также, что сегодня утром Тоби вышвырнул двух таких молодцов со двора, прежде чем я успел ему помешать. С журналистами лучше не ссориться.

— Надеюсь, мне это не грозит, — сказала Камилла. — Вряд ли кто-нибудь из них заинтересуется мной.

— Почему? — Росс посмотрел на нее с явной антипатией. — Да вы для них просто находка. Молодая, красивая внучка, лишенная наследства! Как бы вам не пришлось выдержать осаду.

Когда они подъехали к дому, Камилла убедилась в правоте Росса. Группа странного вида молодых людей собралась у передней двери, и мистер Помптон вылез из экипажа, чтобы поговорить с ними, пока Бут и Росс помогали дамам проскользнуть в дом.

Камилла уже начала подниматься по лестнице, когда ее остановила Гортензия.

— Не могла бы ты прямо сейчас зайти в библиотеку? Мистер Помптон собирает там нас всех. Он согласился, не откладывая, прочесть завещание папы.

Такая спешка показалась Камилле непристойной, но она вслед за тетей пересекла прихожую торчащими из стен мраморными руками и вошла в библиотеку. Грейс разожгла в камине огонь, отвоевывавший тепло у пасмурного дня с его промозглым туманом. Гортензия расположилась на мягком кожаном диване, стоявшем под прямым углом к камину. Летти забилась в маленькое кресло, с нервной улыбкой оглянувшись на сестру, которая делала вид, что не замечает ее.

Поскольку Камилла считала свое участие в процедуре необязательным, она заняла место в углу, в отдалении от остальных членов семьи. Появившийся в библиотеке Росс подошел к книжной полке у стены и стал изучать корешки книг, как будто пришел сюда только за этим.

Гортензия не в силах была скрыть охватившего ее радостного возбуждения; она похлопала рукой по дивану, приглашая Бута занять место рядом. Мистер Помптон повернулся спиной к камину, расправив фалды фрака, надетого по случаю похорон. Его розовая лысина сияла, отражая языки пламени; кустики волос над ушами ощетинились, словно в предвидении какой-то неприятности. Раздражение мистера Помптона, вызванное встречей с журналистами, еще не улеглось.

Наблюдая за присутствующими, Камилла чувствовала себя зрителем. Ее не касалось то, что должно было здесь произойти. Когда пьеса подойдет к концу, она встанет и выйдет из театра, чтобы больше никогда не встретиться с занятыми в спектакле актерами.

Мистер Помптон прочистил горло и неодобрительно посмотрел на Гортензию.

— Надеюсь, вы понимаете, мисс Гортензия, что мы действуем с такой не подобающей случаю поспешностью только для того, чтобы воспользоваться присутствием в доме всех членов семьи.