Гром и Молния
Шрифт:
– Вот!
– довольная Эжона дернула рукой. Херон содрогнулся всем телом и открыл глаза. Зрачки его были расширены настолько, что в полутьме создавалось впечатление пустых глазниц. Передернув плечами, я воззрился на ладонь Эжоны, которую та выставила с гордостью бродячего фокусника.
На узкой ладошке в замысловатых вензелях крови слабо поблескивал металлический предмет.
– Что это?
– я прикоснулся к железке и тут на меня нахлынул поток чужих образов.
Странные человекообразные существа медленно отступали от огромного серебряного шара. Но тот планомерно настигал каждого,
Стремительный бег и новый образ. Двое дроу спиной к спине оборонялись от серебристых шаров, меньших по размеру. Летели черные эхары, с треском лопались защитные щиты. Один повернулся и что-то закричал… Волдрей! Значит та, что отбивалась от новой волны чудовищных пузырей - Динзи.
Кружение… белоснежно-белый эхар разбился о серебряный шар, окутав тот сиянием. Шар съежился и опал на землю бесконечным множеством мельчайших точек. За шаром обозначилась крайне-испуганная волчья морда. Оборотень вздрогнул, как от окрика и рванул навстречу.
Рука с нежной светлой кожей сорвала с груди предмет и, отбросив в сторону меч, погладила зверя по голове. В глазах Херона отразилась бездонная тоска. Он кивнул. Левя рука взметнулась и всадила в шею оборотня тот железный предмет, который вытащила Эжона. Мир содрогнулся, стал виден словно через пелену. Поворот, лица дроу. Они близко. Бегут. Вокруг сплошное серебряное мерцание и волны. Заглоченные вильи тают на глазах, превращаясь в пыль. Вспышка…
Звон упавшего железа и слабый вскрик. Я обнаружил себя лежачим на полу рядом с телом подрагивающего лапами волка. Надо мной наклонилась Эжона, активно махал крыльями Эрлиниэль. На лицах - безмерное любопытство. Я посмотрел на пустую руку, измазанную кровью Херона.
– Лайнес забрал их, - хрипло ответил я на невысказанный вопрос.
– Вильев развоплотил. То, что сейчас в деревне - лишь тень той магии, что бушевала здесь. Херон остался благодаря магии Лейлы. Это, - я нащупал на грязном полу остроугольный медальон, - вроде письма… записки.
– То есть они живы, - кивнула Эжона.
– Это хорошо.
– Чего хорошего?
– огрызнулся я.
– Мы понятия не имеем где они, и будут ли живы в дальнейшем. Лайнес не будет держать их, если они ему станут не нужны!
– А вот это хороший вопрос, - вмешался эльф.
– А зачем, собственно, они ему нужны?
Я молчал под их пристальными взглядами. А что мне говорить? Что я понятия не имею, чего этот хлыщ добивается? Мне и самому интересно, какого броуна ему понадобилось от меня, моих друзей, почему он подрядился меня убить, а сам даже и не думает этого делать… пока. Почему Лайнес хочет, чтобы мы шли к Дэйдрэ и не пускает нас туда быстро? И главное: почему он сказал тогда, что я еще не Повелитель, но буду им вскоре.
Эжона отвела взгляд первая и перенесла свое целительное внимание на оборотня. Фей же не отступал:
– Гром, я понимаю, что ты в растерянности. Но причины всегда есть, и мы их знаем, стоит только копнуть поглубже в той куче информации, что сидит в каждом из нас.
– Не знаю!
– вспылил я.
– Он хотел Сияние и Око власти. Но клинок достался мне, а украшение - Дэйдрэ. Он пас нас до
Херон пошевелился и попытался встать.
– Тише, тише, - мягко остановила его девушка.
– Еще рано…
– А что с ним было, эжона?
– переключился я на оборотня.
– Он словно бы умер, - Эжона была растеряна, она даже не замечала, что ласково поглаживала ужасного оборотня.
– Но иногда сердце выдавало один стук, а гортань - один стон. Стоило вынуть это, - она с омерзением покосилась на мою все еще разжатую ладонь, - и сразу восстановились все функции. Но чтобы привести работу органов на рабочий режим, требуется немного времени. Мне даже не пришлось задействовать целительную энергию.
Я покосился на медальон. Острая вещица, словно обломок острия меча, была украшена витиеватыми письменами светлых, веревка с узлом была немного обрезана.
– Магия Света, - прокомментировал я, - словно он дарит смерть на время, чтобы обмануть тех, кто хочет забрать жизнь насовсем. А чтобы его не посчитали мертвым свои - изредка дает знак. Лейла спасла его, чтобы мы знали, что случилось. И что это сделала она. Но что дальше?
– Может, было еще послание?
– предположила заинтересовавшаяся Эжона.
– Допустим, Херону было дано устное указание. Где их искать, например…
– Не думаю, что Лейла даже предполагала, где их можно будет искать, - криво усмехнулся я, вспоминая видение.
Мне очень не хотелось пересказывать увиденное, особенно Эжоне, но я понимал, что вопроса мне не удастся избежать.
– Так что же… - начала девушка, но Херон вдруг засипел и вытянулся еще больше. Эжона обеспокоено метнулась к нему, падая на колени.
Но хитрый оборотень и не думал умирать, он пошипел что-то себе под нос, и мне друг стало больно смотреть на него в упор. Моргнув, я увидел перед собой уже мальчика Херона, которого сплавил Дэйдрэ страж северных ворот.
Херон открыл глаза и посмотрел на Эжону. Лицо его приняло восхищенное выражение, и парень тихо прошептал:
– Фея! Видимо, я уже умер…
Дракониха смущенно зарделась, явно польщенная, но Эрлиниэль, сердито помахивая крылышками, подлетел к мальчишке:
– Ошибочка! Фея сегодня я! И ты к великому сожалению не умер… но знай, что это не так сложно исправить.
Херон расширившимися от ужаса глазами смотрел на маленькое сердитое существо.
– Ф-фей не существует, - заикаясь пробормотал он.
– А это не фейрия, т-так что… похоже, я действительно откинул копыта.
От хохота я завалился на спину и треснулся головой о завал у стены.
– Ой, Херон, я тебя уверяю - другие феи понравились бы тебе еще меньше, - потирая ушибленное место, процедил я.
– Кстати, если учесть твою теорию о том, что фей видят только мертвые, то мы ту все давно уже… - Я ехидно покосился на вытянутое лицо оборотня, вспоминая его проблемы с магией.
– Откинули копыта!
– Гром?!
– Похоже, что Херон только узнал меня или осознал, что это я, а не глюк какой потусторонний.