Гримуар I
Шрифт:
— Да.
Мы не успели договорить, как разваливающуюся залу охватило золотым сиянием. Ослепленный и обескураженный, я замолчал. Открыв глаза, увидел перед собой чистое голубое небо и бескрайние просторы океана. Нас телепортировало на “Шепот Смерти”.
— КАПИТАН! — Мигель подскочил ко мне и обнял. Черт, как много силы в этом мелком тельце!
Команда оживилась и обступила нас со всех сторон. Сил объяснять все не было. Сара сонно покрутила головой и побрела в каюту. Видимо, хочет выйти в оффлайн. Сэмми тоже был сильно истощен, но нашел силы на увлекательный рассказ о забытом городе Теотиуакан и обители ацтекских духов.
Расспросив Мигеля и По о произошедшем, я узнал, что их телепортировало
Вчера мы зашли в игру и проспали в Спиритуме около семи часов, последующий день проведя за активной игрой. В результате все получили кучу золота, ценных предметов и по несколько уровней. Теперь я был 17-го, Сэмми 16-го, а Сара 30-го. Анна и Нокс прокачались до 21-го и 24-го соответственно. У обоих открылось по два новых умения. Решив разобраться со всем позже, я хотел было выйти из игры, но какое-то странное предчувствие остановило меня. Мы с Сэмми решили быть онлайн до прибытия в безопасную зону в бухте Фретта. Сара оффнулась.
Проспав неизвестно сколько, я проснулся от полного ужаса вопля По:
— Капитан! КАПИТАН!
Сонно потирая глаза, я пожелал сдохнуть. Сколько можно? Что там опять?
— Капитан, посмотрите! — вторил худощавому моряку Мигель, подавая мне подзорную трубу.
Я поплелся на палубу, подгоняемый старшими матросами и увидел нечто ужасное. Бухта Фретта была охвачена огнем, а над громадным линкором с белыми парусами гордо реял флаг Кенингзельф Кью.
Глава 22: Гейтс
Время, порой несущееся стремительными потоками песка, отсырело и неприглядными комками падало на дно песочных часов мироздания. Ожидание затягивалось. Я краем глаза следил за вершиной сторожевой башни, приказав и смотровым не сводить оттуда взгляда.
Подчиненные шептали проклятия и пялились исподлобья, не одобряя мой поступок: сделку с пиратом. Один из капитанов пиратов печально известной Туманной Гарпии, отребье по прозвищу Гнилой Нед, связался со мной около четырех месяцев назад. В нем не было и крупицы доверия ко мне, как, впрочем, и у меня к нему. Справедливость зиждется на всеобщем равенстве: я изначально планировал казнить Гнилого Неда.
Едва завидев пирата с уродливой перекошенной мордой и угловатой тощей фигурой, захотелось обезглавить его. В тот момент я еще не был уверен в своей победе, да и прибыл к месту встречи совершенно один, ибо был одарен свыше бессмертием. Но даже с возможностью перерождения, я ни разу не погиб, из раза в раз одерживая верх над морскими крысами.
Причина для предательства Туманной Гарпии у Неда была проста — зависть. Хотя он актерствовал, уверенно плетя липкую паутину из лжи и иллюзий. Уверял, что не смел противиться злому умыслу судьбы и, не имея выбора последовал кривой дорожкой. Но теперь, после стольких лет “пыток” в виде исполнения ужасающих приказов Хейзел Локс, он больше не мог терпеть. В их команде появился некто, быстро добившийся успехов.
Гримм по прозвищу “Предсмертный Ужас” в кратчайшие сроки обзавелся собственным кораблем и упивался смертями похлеще самой Туманной Гарпии. Я велел тем, кто скрывается в тенях этого мира, корпусу “Черная Вуаль”, разузнать все о новичке, которому так завидовал Гнилой Нед. Ничего особенно, как оказалось. Пару раз ублюдку повезло. Особенно в случае с Джозефом Хайкаслом.
Услышав новости о потоплении его корабля, не смог поверить в это. Невозможно. Мощь того корабля была неоспорима, что уж говорить о духах командора Хайкасла. Как выяснилось, подлая морская крыса прибегнула к маневрам между рифами и завела прямолинейного Хайкасла в ловушку. Тварь, рыщущая по волнам бескрайнего океана, отлично ощущала свой корабль. Но я был лучше его во всем. Я думал,
что смогу легко поймать очередного пирата и показать доброму люду, что справедливость еще живет в мрачных водах Спиритума.Гнилозубое отребье, Нед, дало знать, куда именно отправится их новичок дальше: далекий остров, тонущий в мрачном сизом тумане, Фостерлейк. Одно это слово заставляло моих бравых матросов дрожать от страха. Застыв с пустотой во взгляде, они медленно погружались в неконтролируемую истерику. Но я смог поднять дух отчаявшихся.
Мы схватили Гримма, когда тот нырнул в море с высочайшей скалы. Этот поступок поразил меня. На мгновенье показалось, что встреченный юноша вовсе не тот, кем его описывал Гнилой Нед. Но я отбросил все сомнения: пират есть пират, даже напяливая личину храбреца. Ничего не предвещало беды. Однако она все же пришла.
Хитрец умудрился взломать замок с десятью кругами зачарования, будто это была лишь дешевая птичья клетка. Призвав к своей защите мерзкое создание с вьющимися смоляными лохмами, он попытался сбежать. Признаюсь, могущество служащих ему духов поразило меня. Клоун в маске одним ударом заставил меня отступить и обратиться к помощи своего козыря, Адтрамерека. Демон, охранявший врата реки времени, был одним из могущественнейших духов, даже не обладая высшим рангом.
Я, будучи гораздо сильнее и умнее этого ублюдка, проиграл. Юноша с перерезанной глоткой захихикал, выплевывая сгустки крови, и бесследно испарился в золотом сиянии. Божественный голос молчал, хотя прежде всегда сообщал мне о побежденных врагах и успешно выполненных миссиях. Пират перехитрил меня невиданной прежде иллюзией. Никогда еще я не был так зол.
Долгие три месяца поисков не увенчались успехом. Гнилой Нед согласился выдать нам местоположение бухты Фретта, если мы выполним встречные условия: амнистия, новая личность и беззаботная жизнь на крупнейшем из островов, что назывался в народе материком. Кроме того, он потребовал доказать, что мы сможем одержать верх. Армада кораблей, во главе которой величаво высился “Крестоносец” Оливии “Львиное Сердце” Лайанхарт, устроила Неда. Не было сомнения, что победа будет за нами.
Бухта Фретта представляла собой узкий залив с высокими отвесными скалами, застывшими могучими стенами-хранителями. Ублюдки выбрали идеальное место для глухой обороны. Они могли держаться долгими месяцами, находясь под идеальной защитой сторожевых башен и десятка пушек в “гнездах”.
Ситуацию усугублял ковер из рифов, в хаосе усеянных по дну залива. И пусть Гнилой Нед указал на карте точный безопасный путь, мы не могли пройти дальше. Стоит двинуться вперед, и с десяток пушек, торчащих из скал словно клювы хищных птиц, канонадой выстрелов отправят нас на дно. Дозорные в вышине следили за каждым нашим движением, готовые бить тревогу и обстреливать горящими стрелами. Три корабля, включая “Гниль” перебежчика, выстроились в ряд впереди, готовые открыть залп. Мы ждали, когда люди Гнилого Неда устранят наводчиков пушек и откроют путь к наступлению.
— КАПИТАН! — закричал смотровой. — Сигнал!
Обе башни на вершине скал загорелись. Полыхающая древесина не выдержала и кусками обрушилась вниз. Началось.
— Хм. Значит, ты был прав, — протянула возникшая из ниоткуда женщина.
Адмирал Оливия Лайанхарт. Статная, властная женщина наводила на пиратов ужас и вызывала уважение у любого моряка Кенингзельф Кью. С ног до головы одетая в белую военную форму с витиеватым орнаментом на металлических щитках, она всегда бросалась в бой первой, полностью отдаваясь битве. Белый кафтан развевался на ветру, подобно флагу справедливости и порядка. А что поражало больше всего — она была слепа. Поэтому и носила вычурный шлем с глухим забралом. Однако даже будучи слепой, Оливия Лайанхарт видела гораздо больше нас, простых людей.