Чтение онлайн

– А доедем до инфекции за пару-то часов? Все-таки два сектора.

– Что тут хитрого. Дорога сносная, да и светает уже, - буркнул Патрик.

Вид водилы свидетельствовал о том, что, будь его воля, он сообщил бы диспетчеру, что у автомобиля отвалилась жизненно важная деталь, и улегся на лавку наверстывать недоспанное, по известной присказке о солдате и службе.

Начальнице же никто этим заняться не мешал. Спальное место в "бардачке" вездехода я оборудовал еще в первый день работы с ней, помня об ее привычках по прежнему опыту. Все имевшееся там барахло было извлечено, нужное

прибрано в другие места, а ненужное (которого оказалось раза в три больше) беспощадно выкинуто. На дно отсека я наложил ворох чистых мягких тряпочек - Люси пользуется ими вместо матраца и одеяла. Теперь, когда она забирается туда, то, если захлопнуть крышку, получается персональное купе для отдыха. Вот в него-то она и полезла, оставив пилота с пассажиром на мое попечение.

Мне лезть некуда. Сижу. Гляжу на однообразную трассу. Позевываю. Покуриваю. Патрик не расположен к беседам, на все вопросы отвечает односложно: "Да" или "Нет". Мои попытки разговорить его окончились тем, что я пару раз услышал: "Так точно, сэр" - и: "Никак нет, сэр", после чего окончательно понял бессмысленность своего занятия. От скуки поворачиваюсь назад и, перевесившись через перегородку, заговариваю с трясущимся пациентом:

– Как дела, родной?

– Ничего, спасибо. Только холодно очень.

– Это от температуры. Извини, пожалуйста, но я вот чего недопонимаю. Болезнь твоя через кровь передается. На наркомана ты вроде не похож.

Озябший больной мотает отрицательно головой.

– Нет, нет, что вы!

– Да я вижу, что человек приличный. Остается что: переливание крови или плохо простерилизованный шприц. Ты, наверное, от чего-нибудь лечился? Коллеги напортачили?

Вновь отрицательное движение. Тонкие уши забавно мотаются, волнообразно.

– Тогда совсем непонятно. Где ж ты эту дрянь подцепил?

– Извините... Мне не хотелось бы это обсуждать. Могут понять неправильно.

Я фыркаю презрительно:

– Мы, брат, психиатрическая бригада. Это просто к тебе нас не по специальности послали. Уж чего только в этой машине не рассказывали - вряд ли нас чем удивить еще можно. Так что у тебя там?

– Ну... Я, видите ли, вампир.

Я вовсе не упал в обморок от этого заявления. Более того, не слишком-то оно меня и шокировало. В том странном мире, где я нахожусь, не редкость всяческие диковинные существа.

Довелось здесь уже пообщаться и с гномом (или кем-то очень похожим на него), и с русалкой, и с колдовским созданием, считающимся у нас дома вымершей древнеегипетской богиней. Уж не заикаюсь о своих коллегах по работе - дюжину ребят и девчат хоть сейчас на съемки фильма о летающих тарелках приглашай. На главные роли. А мирно дрыхнущая сейчас начальница? Да и все мое здещнееь существование - сплошная триллемистика.

– Глотните горяченького, Шура.
– Водитель вытащил свой неизменный термос. Очень кстати, должно признать.

– Эй, братишка, - оборачиваюсь к больному, - чайку горячего налить? Согреешься чуток. Или ты такого не пьешь?

– Пью, спасибо, - приподнявшись, тянет тонкую пожелтевшую руку за кружкой.

Плед соскользнул у него с плеч. Зашуршал, раскрываясь с треском. Только сейчас

я запоздало сообразил, что это и не одеяло вовсе, а широкие крылья. Крылья схлопнулись, вновь превратившись в плед.

– Извините, - смущенно бормочет вампир, - ужасно плохо себя чувствую, сложно сохранять приличный вид. Очень вкусный чай.

И, сгорбившись над кружкой, стал прихлебывать горячий напиток, Я не удержался от подковырки:

– Кровушка-то, поди, повкуснее будет?

Окончательно затерроризированный пациент, покраснев, отвернулся.

– Шура, - встревает мой пилот, - что вы на парня нападаете? Это все же не по нашему профилю перевозка, нельзя так. И потом, при чем здесь кровь?

– А, так ты не слышал? Твой милый парень - вампир.

– Надо же. Тихий, вежливый, культурный человек - и такое с ним несчастье! Как это его угораздило?
– удивляется Патрик, на всякий случай подымая глаза туда, где неподалеку от рукоятки фары-искателя к обивке кабины прикреплен образок Девы Марии.

Пришел черед удивляться мне:

– Что значит "несчастье"? Как это "случилось"? Он что, не родился вампиром?

– Шура, я вам удивляюсь. У нас дома, в Ирландии, каждому ребенку известны такие простые вещи. Ну конечно же нет.
– И Патрик пустился в изложение народных сказаний зеленого острова. Сколько в них было правды, а сколько вымысла - сказать невозможно, но слушалось, по крайней мере, с интересом. Чеснок, серебро, осиновые колы - мне попался в водители крупный специалист по нечистой силе1

Обзор профилактики потусторонних вредностей ширился:

– .. .сомневаешься - глянь на него поверх лезвия, оборотень свой натуральный вид и покажет, а ежели...

– Ладно, как с вампирами бороться, я понял. А это лечится?

Патрик обиженно замер на полуслове.

– Издеваетесь?

– Отнюдь. Вполне серьезно.

– Издеваетесь. И напрасно. Кто, как не я, первым русалку распознал?

– Верно, было.

– То-то же. Вы что думаете, Ирландия такое дикое место, где даже нечистая сила не водится? От Дублина до Лондона меньше часа лета, сэр!

– Ну, если цивилизованность измеряется количеством нечисти, то Эйре колыбель цивилизации, не иначе, - расхохотался я.

Патрик замолк, насупившись. Крышка перчаточного ящика приоткрылась.

– Что делим, ребята?

– Вот пытаюсь выяснить у Патрика, лечится ли вампиризм, а он обижается.

– Профессора нашел! Я-то, дура, полагала, что старшая по лечебным вопросам здесь доктор Рат, а он с пилотом консультируется! А что это вы тут пьете? И почему меня не зовете?

– Так это ж чай, не пиво.

– Все равно налейте.

Лес просыпался, стряхивая клочки сизого тумана с ветвей. Кусты расправляли листья навстречу встающему солнцу Вылезли из ночных убежищ первые птицы, начали пробовать голос. Грунтовка, превратившись в поросшую травой колею, повернула в вовсе уж глухую чащобу.

– Так ты, значит, у нас крупный спец по сверхъестественным явлениям? хмыкнула Люси, перекатывая по капоту обгрызаемое ею яблоко необъеденным боком к себе.

– И вы туда же, мэм?
– тоскливо промычал наш водитель.