Горячий айсберг 2011
Шрифт:
У Эльвиры к Владу вспыхнула неожиданная симпатия. Конечно, покорил ее царский подарок – изумительная картина Сергея Калмыкова, преподнесенный в самый нежданный момент, когда она все еще пилила мужа, которого «жаба душила». Она, как бы в статусе вице-президента, навещала Влада в его офисе на Цветном бульваре, потом деловые разговоры сменялись беседами о живописи, затем шли последние новости великосветских тусовок. И Влад все подливал и подливал мадам Мерцаловой виски, разбавляя льдом. Как только Эля появлялась, бутылка тут же, без слов, извлекалась из сейфа. Прав был Артур, когда говорил, что любит она это дело.
В тот день Эльвира пришла чуть навеселе. Стояла жуткая жара… Где-то мимоходом она успела побывать на дне рождения. Влад, как водится, налил. Она выпила…
– У тебя душ работает? – спросила Эля.
– Работает. Вот дверь, ты же была… – Наедине они давно перешли на «ты».
Она грациозно вышла и через минуту-другую послышался ее голос:
– Влад, у тебя душ не работает! Иди, покажи, как включается!
Он зашел в ванную. Эля стояла под разбрызгивателем совершенно голая.
– Вот, не получается.
Влад подошел к ней вплотную, но она не отступила ни на сантиметр. И только он протянул руку к крану, как Эльвира тут же повернула его до упора. Хлынувшая вода мгновенно залила рубашку и брюки Влада. Он рванулся, но Элька цепко обхватила его и не выпускала, пока Влад не понял, что все равно придется переодеваться в запасной костюм. Он еще не понял, что с этого мгновения стал любовником жены магната. Она сама сняла с него рубашку, повесила на крючок, расстегнула пояс брюк… Стала на колени. Потом, мокрая, выскочила и толкнула Влада на служебный диван…
Мечтательно глядя в потолок, Эля сказала:
– Когда ты на аукционе увел «Девушку с лирой», я готова была тебя порвать на миллион лохмотьев! А сейчас… миллион раз расцеловать.
Они даже не заперли дверь на ключ…
Внедрение в Империю продолжалось.
Влад позвонил Артуру, сказал, что с хозяйкой у него – «зачет». И уже не особо удивился, когда на этой же «страстной» неделе ему позвонил Мишка Мерцалов и пригласил потусоваться в его клубе «Сумерки», назвав адрес на юго-востоке Москвы.
Влад пообещал приехать.
Подъезжая к неоновой вывеске «Сумерки», он вырулил на стоянку, закрыл машину. Прошел через охрану, предъявил все железное и звенящее и вошел в клуб.
«Обычный кабак. Типичное, точнее, типовое веселье: бар, дискотека, танцпол, пляска, светомузыка. Видали мы и покруче!» Правда, забавно смотрелась златокудрая девушка-диджей в хрустальном стакане, подвешенном под потолком среди вращающихся во все стороны прожекторов и лазерных лучей. «Рыбка» в ультракоротком условном платьице из черного бархата веселилась от души, беспрестанно смеялась, истязала виниловый диск, приплясывала на все лады, рискуя обвалить прозрачное донышко.
Миша из-за столика тут же приветливо махнул ему рукой. Он сидел вместе с двумя девушками.
Познакомились, одну из них звали Кристиной, вторую – Яной.
– Очень приятно, – сказал всем Влад, беря коктейльную карту. Подошел официант, и он заказал пару безалкогольных коктейлей и бисквит.
Разговор зашел о современных тенденциях в рок-музыке, потом стали обсуждать каких-то незнакомых ему людей…
Среди крашеных огней мысли приходили пустые и незапоминающиеся, как листки отрывного календаря. Влад уже собирался позвать официанта, рассчитаться и уйти, отложив разговор на серьезные
темы на другой раз, и вдруг почувствовал, как чьи-то волосы коснулись его щеки.– Молодой человек, вас можно пригласить?
Посмотрел – и увидел юное создание с разноцветными хвостами. Девчонке на вид – семнадцать. Тонкая шейка. Ушки, носик, губки – в пирсинге. Белая блузка, клетчатая юбчонка, полосатые гольфы, пудовые армейские ботинки. Полный прикид и прикол.
– Пошли.
– Я Кэрри, – притормозила девушка на танцполе.
– А я – Влад.
– Клево.
Музыка сменилась на ирландские мотивы с подвывом волынки.
– Будем плясать танец святого Патрика, – объявил он. – Ирландскую джигу, пожалуй, не будем, для этого нужна мягкая обувь, а чечетка – как раз для твоих сандаликов!
– А как ее плясать? – захлопала глазами Кэрри.
– Рекламу пива помнишь?
– А-а, тогда смогу!
В это время к Мишкиному столику подошел его знакомый Эдик, по кличке Эдисон, сел рядом. Миха прислушался к новой музыке, которую из своего «стакана» сливала Бархатная Рыбка, оценил, как зеленая «соска» склеила на «данс» Влада, заметил, как бы между прочим:
– Слушай, Эд, драйва не хватает. От коктейля фанатеют только чайники.
– Это ты верно глаголешь, – оживился Эд. – Я позавчера вот напоследок решил нашу общагу навестить, пока студень не забрали… Закинулся с расстройства колесами, да так понтово, что весь авитаминоз прошел. И так меня заплющило, что еле выполз оттуда. По дороге, просекаешь, начались глюки. Казалось, что над головой летают китайские вертолеты…
– Ладно… – Миха впал в задумчивость, после паузы вздохнул: – Тогда пойду к девчонкам поколбаситься.
– Ты насчет драйва намекал, – придержал его за локоть Эдисон. – Интерес беспонтовый? Или витаминчиком хочешь закинуться?
– А какой? – оживился Миха.
– Ну, какой? Витамин «Е», – и шепотом пояснил: – Ну, экстази… Давай лапу. – Вместе с рукопожатием Эдисон сунул Михе розовую таблетку. – Запей колой, только незаметно… Тут менты иногда пасутся.
– В моем клубе никто не пасется. Здесь не пастбище…
Влад лихо отплясал с девчонкой чечетку, которая ничем не отличалась от тарантеллы или лезгинки.
– Классный расколбас получился! – оценила Кэрри. – Давай потом еще станцуем!
– Заметано, – пообещал Влад и вернулся за стол, досадуя, что вовремя не исчез с этого «праздника жизни».
Подошел Миха, взял со столика бокал с колой, не обращая внимания на Родина, слизал с ладошки таблетку, запил торопливо, икнул и снова вернулся к Эдисону.
– А девчонкам можешь достать?
– Не вопрос. Гони бабло, принесу, – мотнул челкой Эд.
Миха нащупал в кармане джинсов тугую плитку скрипучих долларов, вытащил две сотенки.
– Хватит?
– Хватит.
Эдисон пролавировал среди танцующих тел и исчез в самом темном углу клуба. Скользнул за бордовую портьеру, приоткрыл дверь отдельного кабинета. Все было как обычно: старший охраны по кличке Вальтер, в черной расстегнутой рубашке с золотой цепью напоказ, сидел за столиком и пил кофе с молоком. На полочках – индийская ваза с искрученной сухой веткой – икебана, в горшке кактус размером со страусиное яйцо. Эд без слов подсел за столик.