Чтение онлайн

— Клэр, я очень многого не могу тебе дать — не могу на тебе жениться, подарить детей. Каждый раз, когда ты на меня так смотришь, твои глаза напоминают мне, что я тебя обманываю. Я бы и рад стать тем, кто тебе нужен, да не могу.

— Но ты и так тот, кто мне нужен…

— Нет, я не такой и никогда таким не буду.

По улице снова проехала машина, в комнате на какое-то время стало светло — Клэр увидела, как по щеке Блейка скатилась одинокая слеза.

— Блейк?

Он повернулся к ней, нашел ее губы и с каким-то отчаянием впился в них поцелуем.

Клэр сказала Блейку, что не умеет скрывать свою любовь. В ближайшие несколько дней стало ясно, что она не покривила душой.

— О, вижу, Амур снова пустил свою стрелу, — заметил как-то Роб Кристи.

— Сестра О'Брайен, наконец и вы стали жертвой этого загадочного вируса, который зовется любовью, — шепнул Морис Пачини, столкнувшись с Клэр в лифте.

Только Шон помалкивал, справедливо полагая, что в его же интересах держаться от Клэр подальше. Положение Клэр нисколько не облегчало то обстоятельство, что после происшествия в Йоркшире Блейк стал привлекать гораздо больше внимания. В четверг утром педиатр Алекс Финч заглянул по делам в их отделение. Увидев Блейка, он усмехнулся:

— Как поживает наша телезвезда?

Блейк смущенно рассмеялся.

— Ради Бога, Алекс, оставьте!

— Действительно, Алекс, не надо, какой из него к черту герой? — подхватила Клэр. — Хотите кофе?

— Спасибо, не откажусь. — Выпив предложенный кофе, Алекс завистливо заметил: — Оказывается, ваш кофе куда лучше той бурды, которой поят в нашем отделении.

Клэр всплеснула руками.

— И вы туда же! Раньше мы пили такой же кофе, как вы, и ничего, выжили. Скажите лучше, как дела у малыша, которого чуть не задавил насмерть родной папаша?

— Лучше, только этот малыш скоро нас всех с ума сведет. У него одна нога все еще на растяжке, и, конечно, подвижного ребенка это очень раздражает. Он стал страшно капризным. Зато его родители наконец перестали ссориться.

— Как говорится, нет худа без добра. А бедняжка, который выпал из окна?

— Почти поправился, завтра мы его выписываем. Вероятно, подвижность правой руки будет несколько ограничена из-за повреждения нерва, но малыш, можно считать, легко отделался. Переломы скоро срастутся, только когда снимут шины, ему придется походить на физиотерапевтические процедуры. Легкое функционирует нормально.

— Да, повезло парню.

— Для кого это происшествие не пройдет бесследно, так это для родителей, — продолжал Алекс. — Мать страшно переживает, по-моему, у нее развился настоящий комплекс вины, и она безропотно сносит все капризы своего чада, не знает, как ему угодить.

— Не представляю, как матерям хватает терпения выносить детские капризы, — заметила Клэр. — Я бы на их месте, наверное, просто сошла бы с ума.

— Не знаю, не знаю. — Алекс улыбнулся. — А я люблю детей, потому и стал педиатром. Я бы не прочь завести десяток детишек.

— А сколько их у вас сейчас? —

Алекс усмехнулся.

— Насколько мне известно, ни одного. Я не женат. Не нашлась еще дурочка, которая согласилась бы стать моей женой. А у вас сколько детей?

— У меня? — Блейк отвел взгляд, но тут же снова посмотрел на собеседника. — Теперь ни одного. Мой сын умер три года назад.

Алекс был явно потрясен.

— Извините, Блейк, я не знал. — Он встал. — Спасибо за кофе, Клэр. Мне пора возвращаться к пациентам.

Проводив его взглядом, Клэр заметила:

— Алекс очень симпатичный человек и умеет обращаться с детьми. Жаль, что он не женат, из него получился бы отличный отец.

— А как насчет тебя? — тихо спросил Блейк. — Из тебя тоже получилась бы отличная мать, но ты тоже до сих пор не замужем.

— Ну, что касается первого, то для меня оно немыслимо без второго, а что касается второго, то мне пока что никто не предлагал.

Она твердо встретила его взгляд, через несколько мгновений Блейк вздохнул и первым отвел глаза.

— Да, верно. Прости, Скарлетт.

Клэр ушла с тяжелым сердцем. Все осталось по-прежнему, не считая того, что теперь она может признаваться в своей любви. Правда, они стали чаще проводить свободное время вместе, но хорошо это или плохо — еще вопрос. Чем больше времени она проводит с Блейком, тем сильнее в него влюбляется.

Со стороны нас можно принять за семейную пару, но только мы не супруги и никогда ими не станем, с грустью думала Клэр.

Пытаясь сохранить хотя бы видимость независимости, Клэр провела понедельник и вторник у себя дома, одна. Но это не помогло. В среду Блейк заглянул в перевязочную, когда Клэр заканчивала накладывать тугую повязку пациенту с растяжением связок. Когда больной ушел, Блейк присел на угол стола, свесив одну ногу.

— Что, маешься от безделья? — не очень приветливо поинтересовалась Клэр.

— Нет, просто зашел сказать, что пришла пациентка с подозрением на перелом большого пальца ноги, и залюбовался твоей работой. Я по тебе соскучился.

Клэр изо всех сил постаралась не показать, как приятно ей это признание. Напустив на себя суровый вид, она пробурчала:

— Слезь со стола, мне нужно его протереть.

Блейк спрыгнул на пол и поморщился. Клэр насторожилась.

— Ты что, опять повредил ногу?

— Да. Только не говори ничего!

— А с какой стати мне что-то говорить? Где твоя пациентка с подозрением на перелом пальца?

Рентген подтвердил наличие перелома.

— Дочь мне сказала, что пролила на мой новый ковер в спальне лак для ногтей, — объясняла пострадавшая.

— Не надо было вам пинать ее так сильно, — мрачно пошутил Блейк.

Пациентка рассмеялась.

— Я действительно пострадала из-за этой безобразницы, только все было по-другому. Я только что вошла в дом из сада, сняла резиновые сапоги. Когда она мне сказала, что пролила лак, я как была, в носках, помчалась в спальню спасать ковер, поскользнулась на лестнице и упала.