Городская сказка
Шрифт:
— Основные характеристики лака, — озадачено прочитал одногруппник. — Жидкий, разноцветный, вонючий. Быстро высыхает на ногтях и других твердых поверхностях. Крайне неустойчив к ацетону… — парень все же не выдержал, и, заржав, передал листочек своему другу.
Таня проигнорировала его действия, справедливо полагая, что сейчас каждая секунда на счету. Лихорадочно просматривая записи, нашла решение только одной задачи. Кое-как переписав его, спрятала тетрадь в сумку, и как оказалось, вовремя — дверь, слегка скрипнув, открылась, впуская в аудиторию препода.
Прикинув по времени,
— Все, через пять минут сдаем, — голос препода вывел ее из бесконечного потока цифр.
Таня смогла решить только половину задачи, а потом началась путаница.
— Денис, — она тихонько позвала сидящего позади парня, подсовывая ему листик — ты бы мог посмотреть, что-то тут у меня не получается?
— Хм, ну вот смотри тут минус пропустила, а вот тут нужно было перевести в килопаскали, — пояснил ей одногруппник.
— Спасибо большое! — искренне поблагодарила Таня, и опять погрузилась в расчеты.
Задачу она так и не успела решить до конца, хотя Денис последние пару минут уже просто диктовал, что писать.
— Все-все-все, сдаем. Кто не сдаст до десяти, я не виноват! — отрезал препод.
Передав работу, Таня грустно посмотрела в окно. Со всех щелей полезли сомнения, а не напутали ли она в теории?
— Ну что, начнем с девушек, — довольно произнес Сергей Юрьевич. — Я буду вызывать по одному, садимся на стульчик и отвечаем. Поехали, Татьяна!
Аккуратно присев на краешек стула, девушка нашла свою работу в стопке и передала Сергею Юрьевичу.
— Хм, ну что ж, допустим, допустим. А скажите, Татьяна, что такое радиус ядра? — он разговаривал громко, так, чтобы слышали все, кто находился в кабинете и студентку это немного нервировало.
— Радиус ядра — растерянно протянула Таня, пытаясь вспомнить точную формулировку. — Ну, радиус ядра — это область взаимодействия ядерных сил.
— А что вы можете сказать мне о дифракции?
Действительно, что она могла сказать об этом слове. Ничего. Закусив губу, Таня скорбно уставилась на листик со своей работой, так как смотреть в глаза преподу было стыдно.
— Понятно-понятно. Ну что ж, давай посмотрим, что у вас с задачей. — Сергей Юрьевич перевернул листик. — Даже так! Забавно-забавно.
— Что-то не так? — Таня расстроилась еще сильнее, похоронив мысли об успешно сданном экзамене.
— Ну не то что бы. Просто мне было бы очень интересно знать откуда такой способ решения данной задачи? Он тоже верен, но я давал вам совсем другой.
— Мне просто так легче было… — попыталась оправдаться Таня, догадываясь, что пару, на которой давали это самое «другое» решение, она прогуляла, поэтому пришлось довольствоваться тем, что нашлось в интернете.
— Тут все верно, но я не могу засчитать задачу так как она не решена до конца. А пятую вы вообще даже не удосужились попробовать решить, хотя она намного легче третьей.
Таня, заломив бровки домиком, закусила нижнюю губу и печально уставилась в свой листик.
— Хорошо, — обреченно
выдохнула она.— Что же тут хорошего? — удивился физик. — Я не вижу ничего хорошего, времени было достаточно. Ну ладно, скажите, что это у вас за формула?
Наклонившись ближе к листку и посмотрев на указанную формулу, Таня, наконец, уверенно ответила:
— Это общий закон Кирхгофа.
— Ладно, в теории, я смотрю, вы более-менее разбираетесь, а вот задачу решили не совсем верно. Видимо, запутались в числах.
Девушка слегка кивнула головой, понимая, что скорей всего придется брать хвостовку в деканате. Нет, она, конечно, могла поныть и выпросить у преподавателя оценку, как это делали другие студентки, но не в ее правилах было просить.
— Ладно, так уж и быть, поставлю вам восемь балов, — вдруг снизошел Сергей Юрьевич. — У вас сейчас такой взгляд, будто бы от этой отметки зависит Ваша жизнь. Только учите, на следующий экзамен чтоб все на зубок знали, — предупредил он девушку и, поставив оценку в журнал, отпустил.
Вылетев из аудитории, Таня столкнулась с подругами, терпеливо ожидавшими около кабинета.
— Ну как? — накинулась на нее Яна.
— Восемь! — выдохнула девушка.
— Молодец! А ты переживала — похвалила ее Маргарита. — А теперь пойдем в пиццерию или в кафе.
— Лучше в кафе, да — подала голос Яна. — Мне пиццерии уже надоели.
— В кафе, так в кафе, — согласилась она. Ей, в принципе, было все равно куда идти.
По пути в кафе девушки молчали, не обращая внимания на теплый, моросящий дождик. Где-то за многоэтажками, на небе проступала радуга, тускло переливаясь под весенним солнцем, но никто из прохожих, кроме детей не обращал на это внимания. Таня думала о удачно сданном экзамене, Яна — радовалась прогулке, а Маргарита вспоминала вчерашний вечер и думала, позвонить ей сегодня Руслан или нет, она ведь так и не ответила ему.
Веселый звон колокольчика заставил подруг вспомнить друг о друге. Небольшое уютное кафе было разделено на две части. Одна, затянутая густым дымом, серела под тяжелыми темными люстрами, вторая — поменьше, всего лишь на несколько столиков, предназначалась для некурящих, хотя и сюда изредка долетали остатки дыма. Девушки прошли за самый дальний столик у окна, завешенного кофейным занавесками, пришпиленными к стене где-то посередине и кокетливо спадающими волнами на подоконник. Девушки повесили куртки на небольшую вешалку у стены и уселись на деревянные резные стульчики. Услужливый парнишка тут же принес девушкам меню и удалился на пару минут.
— Итак, кто что будет? — поинтересовалась Таня, — в таких заведениях заказывала обычно она.
— Я чай. Зеленый, с жасмином, — быстро выбрала Маргарита.
— Я, наверное, тоже, вот, — поддержала подругу Яна.
— Капец! Как можно пить эти духи?!! — ужаснулась Таня, не любившая этот напиток. — Я кофе буду. И медовик, — добавила она, посмотрев десерты. — Вы тоже или что-то другое, одеколонщики?
— Сама ты одеколонщица! — обиделась Яна. — Мы с Марго будем «Кардинал», вот.
— Ну и ладно, — пожала плечами Таня, и, подозвав официанта, сделала заказ.