Чтение онлайн

— Расстаться с ней? — уставился на него Джейс. — Ты с ума сошел?

— Если ты продолжишь избегать ее, — сказал Саймон, — она порвет с тобой.

Джейс встал на ноги. Его расслабленное состояние прошло; теперь он был весь напряжен, как крадущаяся кошка. Он подошел к окну и беспокойно отодвинул занавеску; через отверстие на комнату упал свет позднего утра, обесцвечивая цвет его глаз.

— У меня есть причины, из-за которых я так поступаю, — сказал он в итоге.

— Замечательно, — сказал Саймон. — Клэри знает о них?

Джейс ничего не сказал.

— Она только и делает, что любит и доверяет тебе, — сказал Саймон. — Ты должен ей..

— Есть более важные вещи, чем доверие, — сказал

Джейс. — Ты считаешь, мне нравится причинять ей боль? Думаешь, мне нравится осознавать, что я злю ее, может, даже заставляю ненавидеть меня? Как ты считаешь, почему я здесь? — он взглянул на Саймона с мрачным гневом в глазах. — Я не могу быть с ней, — сказал он. — А если я не могу быть с нею, для меня действительно не имеет значения, где я. Я с тобой, потому что, по крайней мере, если она будет знать, что я пытался защитить тебя, это может сделать ее счастливой.

— Значит, ты пытаешься сделать ее счастливой, несмотря на то, что она несчастна из-за тебя, прежде всего, — сказал Саймон без особой любезности. — Это кажется противоречащим, не так ли?

— Любовь противоречива, — сказал Джейс, и возвратился к окну.

Клэри уже и забыла, как сильно она ненавидела запах больниц, пока они не вошли в «Бет Израэль». Стерильность, металл, старый кофе и не достаточно хлорки, чтобы скрыть вонь болезни и несчастья. Воспоминание о болезни ее матери, Джослин, лежащей бессознательно и безответно в своем гнезде из трубок и проводов, ударило ее, как пощечина, и она резко вдохнула, стараясь не чувствовать запах.

— Ты в порядке? — Джослин опустила капюшон плаща и посмотрела на Клэри беспокойными зелеными глазами.

Клэри кивнула, сутулясь в своей куртке, и осмотрелась. Вестибюль был из холодного мрамора, металла и пластика. Там был большой справочный стол, за которым сидело несколько женщин, вероятно, медсестер; таблички, обозначающие направление к отделению интенсивной терапии, рентгену, хирургической онкологии, педиатрии и так далее. Она, наверно, могла бы найти дорогу к кафетерию даже во сне; она принесла оттуда достаточно кофе для Люка, чтобы можно было наполнить пруд в Центральном парке.

— Простите. — Худенькая медсестра, везущая пожилого человека в инвалидном кресле, прошла мимо них, чуть не прокатив кресло по ногам Клэри. Клэри посмотрела ей вслед — там что-то было — мерцание…

— Не пялься, Клэри, — сказала Джослин еле слышно. Она положила руку Клэри на плечи, поворачивая их обеих так, что теперь они стояли лицом к дверям, ведущим в комнату ожидания возле лаборатории, где люди сдавали кровь. Клэри видела отражение себя и ее матери в темном стекле дверей. Хотя она еще была на полголовы ниже своей матери, они действительно были похожи. В прошлом, когда люди говорили так, она не соглашалась. Джослин была красива, а она нет. Но форма их глаз и губ была одинаковой, так же, как их рыжие волосы, зеленые глаза и тонкие руки. Почему она унаследовала так мало от внешности Валентина, дивилась Клэри, тогда как ее брат получил ее почти целиком? Он унаследовал светлые волосы и удивительные темные глаза их отца. Хотя, думала она, пока присматривалась, была некая схожесть с Валентином в упрямой форме ее челюсти…

— Джослин. — Они обе повернулись. Медсестра, которая везла старика в инвалидном кресле, стояла перед ними. Она была худой и молодо выглядела, с темной кожей и глазами — а затем, пока Клэри смотрела на нее, волшебство ушло. Она все еще была стройной, молодо выглядящей женщиной, но теперь ее кожа была темно-голубой, а волосы, скрученные в пучок на затылке, были белоснежными. Голубизна ее кожи сильно контрастировала с бледно-розовой формой.

— Клэри, — сказала Джослин. —

Это Катарина Лосс. Она заботилась обо мне, пока я была здесь. Также, она подруга Магнуса.

— Вы колдунья.

Слова вылетели у Клэри изо рта, прежде чем она смогла их остановить.

— Тссс, — колдунья выглядела испуганной. Она уставилась на Джослин.

— Не припомню, чтобы ты сказала, что возьмешь с собой дочь. Она еще ребенок.

— Кларисса знает, как себя вести, — Джослин строго посмотрела на Клэри. — Разве нет?

Клэри кивнула. Она видела колдунов и прежде, помимо Магнуса, в битве в Идрисе. У всех колдунов были некие особенности, отличающие их от людей, заметила она, например, кошачьи глаза Магнуса. У некоторых были крылья или перепонки на пальцах, или когти. Но абсолютно голубая кожа это то, что тяжело скрыть контактными линзами или большой курткой. Катарина Лосс должна была скрывать себя волшебством каждый день, просто чтобы выйти на улицу — особенно, работая в человеческой больнице.

Колдунья указала большим пальцем на лифты.

— Пойдемте. Пойдем со мной. Давайте сделаем все быстро.

Клэри и Джослин поспешили за ней к лифтам, и зашли в первый, двери которого открылись. Когда двери лифта с шумом закрылись за ними, Катарина нажала кнопку, подписанную просто «М». Возле кнопки было углубление, судя по которому, на этаж «М» можно было попасть только с ключом доступа, но она коснулась кнопки, и из-под ее пальца показался голубой огонек, и кнопка загорелась. Лифт начал движение вниз.

Катарина качала головой.

— Не будь вы подругой Магнуса Бейна, Джослин Фэйрчайлд…

— Фрэй, — сказала Джослин. — Теперь я Джослин Фрэй.

— Больше никаких имен сумеречных охотников? — Катарина ухмыльнулась; ее губы выделялись алым на фоне ее голубой кожи. — Как насчет тебя, девочка? Ты будешь сумеречным охотником, как твой отец?

Клэри попыталась скрыть свое раздражение.

— Нет, — сказала она. — Я буду сумеречным охотником, но не буду похожей на своего отца. И меня зовут Кларисса, но вы можете звать меня Клэри.

Лифт остановился, и двери открылись. Голубые глаза колдуньи какое-то время изучали Клэри.

— О, я знаю твое имя, — сказала она. — Кларисса Моргенштерн. Маленькая девочка, которая остановила большую войну.

— Полагаю, да, — Клэри вышла из лифта после Катарины, а за ней ее мать. — Вы были там? Я не помню, чтобы видела вас.

— Катарина была там, — сказала Джослин, немного запыхавшись от спешки. Они шли вдоль почти неприметного коридора; там не было ни окон, ни дверей вдоль стен, которые были выкрашены в больной бледно-зеленый цвет. — Она помогла Магнусу использовать Книгу Белого, чтобы разбудить меня. А затем она осталась, чтобы присмотреть за ней, пока он был в Идрисе.

— Присмотреть за книгой?

— Это очень важная книга, — сказала Катарина, ее туфли на резиновой подошве шлепали по полу, пока она спешила впереди.

— Я думала, это была очень важная война, — пробормотала Клэри про себя.

Наконец они подошли к двери. В ней было стеклянное квадратное окошко, а над ним надпись «морг» большими черными буквами. Катарина повернула ручку с выражением забавы на лице и посмотрела на Клэри.

— В юности я узнала, что у меня есть дар исцеления, — сказала она. — Это магия, которой я владею. Поэтому я работаю здесь за гроши, в этой больнице, и делаю, что могу, чтобы вылечить обычных людей, которые закричали бы во всю глотку, если увидели бы меня настоящую. Я могла бы стать богатой, продавая свои способности сумеречным охотникам и глупым простолюдинам, считающим, что они знают, что такое магия, но не стала. Я работаю здесь. Поэтому не показывай мне свое могущество, маленькая рыжеволосая девочка. Ты не лучше меня просто потому, что знаменита.