Город мертвых талантов
Шрифт:
– Бэлла пробует сварить что-то подходящее, – подал голос Савва, шедший следом – но он делает вид, что ему не нравится.
– Шутите? – Саша расстроенно терла ушибленную коленку.
– Не бойтесь, он не опасен. Просто хулиган.
– Ну да. Куст-хулиган. Спасибо, что предупредили, теперь совсем не страшно.
Наконец подошли к дому, поднялись на крыльцо и Карл Иваныч дернул веревку колокольчика. Послышались тяжелые, неровные шаги, лязгнул засов, запела массивная дверь.
Фонарь на длинной цепи заливал просторную прихожую мягким светом. На пороге
Черные, как сахаром присыпанные кудрявые волосы торчат во все стороны, как растрепанные перья. Крючковатый нос довершает сходство со старой совой. Длинное темно-синее платье, льняной передник, состоящий, кажется сплошь из оттопыренных карманов. Босые ноги.
– Ну? Входите, раз пришли. – пробурчала женщина вместо приветствия, подозрительно глядя на Сашу черными, чуть навыкате глазами.
– Добрый вечер, Бэлла! – лучезарно улыбнулся Карл Иваныч, не смутившись нелюбезным приемом.
“ Бэлла… Хорошо, что не Клара”
Саше хотелось, чтобы Клара оказалась уютной старушкой, чтоб напоила чаем с вареньем, уложила спать…
– Может тебе еще и сказочку рассказать? – издевательски осведомился тот самый противный голос, что напугал ее сегодня на площади.
Саша обежала безумными глазами прихожую – кроме Бэллы и их троих в прихожей был только толстый белый кот.
“ С ума я, что ли схожу на самом деле? Не этот же белый мех заговорил…”
– А ты откуда взялась? – топнула Бэлла на кота, оказавшегося кошкой. – Брысь! Идемте.
Она привела их в большая круглую комнату. У окна в высоком кресле сидела женщина. Глаза ее сияли как жуки-фонарщики, волосы отливали перламутром, а нежное лицо и тонкие руки неуловимо напомнили Саше Эолу.
– Карл Иванович, что вам не спится? – голос у нее был такой же нежный, как она сама, – Савва, рада видеть тебя, мальчик.
Она пристально смотрела на Сашу, и та чувствовала, как мир вокруг становится уютным, добрым, безопасным. Необыкновенный покой распространяла вокруг себя эта удивительная женщина. Клара.
– Бэлла! Принеси гостям поесть, будь добра. И побольше какао – девочка едва на ногах стоит.
Бэлла кивнула и вышла.
Клара приглашающе повела рукой в сторону зеленого бархатного кресла и Саша погрузилась в него, как в мягкий мох. Карл Иваныч и Савва заняли диванчик рядом с Кларой..
Карл Иваныч открыл было рот, но Клара остановила его, чуть приподняв узкую ладонь.
– Вижу, вижу… – произнесла она, не сводя глаз с Саши. – Любой бы на вашем месте смутился.
– Я заблудилась. – пробормотала Саша. – Я ничего не сделала. Я просто ищу маму.
– Расскажи мне, что случилось.
Саша вздохнула. Как же она устала! От невозможность поделиться своей бедой. От того что в этой головоломке не хватает половины деталек. Как хочется сложить эту тяжесть с плеч!
– Мне можно сказать все. – улыбнулась Клара. —Я умею верить в невероятное.
И Саша начала рассказывать. Все, с того самого дня, как исчезла мама. Клара слушала ее, глядя пристально и рассеянно. Этот взгляд Саша подмечала
и у Кассандры и у Саввы – он делал их немножко похожими.– …и тогда я залезла в интернет и все узнала о вашем городе, и как до вас добраться…
– О нашем городе невозможно прочесть в интернете.– улыбнулась Клара.
– Я ехала в Самородье. – уточнила Саша. – И оказалась неизвестно где.
– Это-то меня и смутило! – встрепенулся Карл Иваныч, – Ни один человек не сможет сам, без посторонней помощи попасть в …
– Тс-с-с! – Клара прижала к губам длинный тонкий палец. – Позже.
– Вообще-то мне помогли. – осторожно продолжала Саша, – Все началось с этого карлика.
– С карлика? – Кларины глаза потемнели, их будто дымом заволокло. —Ты уверена, что это был карлик?
– Ну конечно! Вот такого роста… – она показала – какого.
– Плохо. – вздохнула Клара. – Раз уж мы прервали твой рассказ, можно я у тебя кое-что спрошу?
Саша кивнула.
– Как зовут твою маму?
– Ариадна.
Клара посмотрела на Карла Иваныча. Потом снова на Сашу.
– Вы с ней похожи?
Вот сейчас бы пригодились ее неумелые рисунки! Но альбом остался в рюкзаке, а рюкзак – в страшном доме…
– Говорят – похожи. Только она очень красивая.
Клара улыбнулась.
– А бабушка у тебя есть? – спросила она.
– Была. Папина. Она умерла. И у мамы никого. Она не помнит своих родителей.
– Карл Иваныч, что думаете?
– Думаю, Кассандра предупредила бы нас…
“Кассандра? При чем здесь Кассандра? “ – встревожилась Саша.
– Послушайте… – устало проговорила она, – еще утром я и знать не знала о Самородье. Я гуляла, никого не трогала, а тут этот ряженый карлик! Может я нарушила какой-нибудь закон, в сад этот влезла… Но я просто ищу маму. Больше мне ничего не нужно, честное слово! Наверное, в эту историю трудно поверить. – грустно закончила она.
– Я верю. – спокойно ответила Клара.
И Саша рассказала о портрете, о Каспаре, о том, как влезла в чужой сад. И замолчала. “…Матери не увидишь и сама пропадешь”. – вспомнилось ей.
– И я заблудилась. – она отвела глаза. – Еле выбралась на площадь Безобразова. А там все другое! Ни пристани, ни парома. А потом появилась…
Она снова запнулась. Та девушка, Эола, просила никому о ней не говорить.
– …то есть, Савва появился. А дальше вы знаете. – закончила Саша, стараясь не смотреть на Клару. Она была уверена – та ее мигом раскусит.
На ее счастье открылась дверь и Бэлла вкатила в комнату тележку, уставленную тарелками. В центре гордо торчал кофейник. Угощение на тележке показалось Саше довольно скромным – домашний хлеб, тарелка с сыром и фрукты. Но она и голода не чувствовала. Она помотала головой.
– Спасибо, я не голодна.
– Ну тогда шоколаду выпей,– не стала настаивать Клара.
Бэлла вручила Саше кружку. Она через силу сделала пару глотков, согрелась, повеселела и отважилась на корочку хлеба. Хлеб показался ей очень вкусным, как-то сам собой к нему присоединился кусочек сыра, потом еще один…