Чтение онлайн

– Чего тебе? Иди отсюда. Ну же, – гном несильно пихнул Вига в плечо, но тот лишь опустил глаза на свои босые ноги, и не тронулся с места. – Иди же. Мне тебя выкинуть на улицу?

Тиль поднял за подбородок голову мальчишки и заглянул в глаза. Там застыло выражение отрешенности, неимоверной печали и какого-то застарелого страха.

– Блаженный, что ли? – примирительно произнес гном. Блаженных, или сошедших с ума, по законам всех рас не убивали, им не причиняли насилия и не отказывали в еде. Безумие считалось священным. – Как зовут тебя, дите?

– Вильгельм, – тихо произнес мальчик, и гном отступил на шаг.

– Какой

дурак додумался назвать ребенка благородным именем? Ты знаешь, что для людей твое имя под запретом? Так зовут лорда-правителя нашего герцогства.

– Не знал.

– Точно блаженный. Ты с луны свалился? – гном совершенно забыл об остывающей на наковальне стали и потянулся за трубкой. Мальчишка его заинтересовал.

На вопрос гнома оборванец непонимающе хлопал глазами.

– Да. Печально все. А где твои родители?

– Их съели, – голос мальчишки отдавал страхом. Тиль понял: убийство, скорее всего, произошло на его глазах.

– Голоден? – кузнец успокоился и больше не гнал гостя.

– Да, – босяк, ожив, закивал.

– Тогда становись вон туда. Это приспособление называется меха. Оно служит для нагнетания воздуха вот сюда, в горн. Опускаешь эту ручку, и ее же поднимаешь. Все понял? Поработаем немного, и пойдем обедать. Я и сам голоден. Ясно?

– Ясно, – помощник пошел к установке. – А можно у вас остаться? Я буду много работать, – его глаза заворожено рассматривали сотни кузнечных инструментов, и было видно, что мальчишка искренне хочет узнать все про каждый из них.

– Посмотрим. Да, и еще. Если я позволю остаться и помогать мне, твое имя отныне будет Виг, сокращенное от Вильгельма. Запомни, если хочешь дожить до совершеннолетия. Ты понял?

– Да, герр гном.

– Зови меня герр Шмидт, – оружейник вытряхнул трубку и резко рявкнул: – бегом работать, мешок с костями. Тебя здесь бесплатно никто кормить не будет.

Виг взвился от неожиданности в воздух, и повис на ручке мехов. Он не обиделся на крик, мальчишка чувствовал, что гном ничуть не сердится, просто ему удобнее притвориться грубым и ворчливым, чтобы не показать, как он сопереживает сироте.

Тиль отошел от окна и поманил Эла пальцем, показывая на стул.

– А теперь поговорим, – в голосе ремесленника слышалось рычание.

Мальчишка обомлел от такого начала, и стушевался, послушно сев за стол.

– Я не поверил ни единому твоему слову, но не было времени разбираться. Начнем с того, что ты ночевал наверху. Хорошо хоть у оборотней не хватило мозгов спросить, почему кроме разобранной кровати в углу расстелена войлочная подстилка. Виг всегда спал на полу. Если бы граф поднялся на чердак, от него это не укрылось, и тебя отправили на казнь за сокрытие обстоятельств. Где были ваши мозги, жертвы упыря? Такое сотворить! – ярость Тиля не имела границ. – Чтоб вас вурдалаки сожрали, слабоумные. Говори, что здесь было! – гном притянул к себе мальчишку, схватив за ворот куртки. – Или ты на своих двоих отсюда не выйдешь. Обещаю.

– Мы уже спали, – начал Эл, с опаской косясь на огромный кулак гнома. – Виг проснулся и пошел к окну. В доме напротив пряталась какая-то девчонка, которую он знал. Ее приговорили к казни. Виг захотел спасти…

– Но не рубить же оборотней! Придурок! – Тиль заскрипел зубами. – Такое будущее обменять на юбку! Да еще и свою жизнь на волосок подвесить. Я всегда знал, что моего помощника создавали как-то по-особенному,

не традиционно! – он поднял глаза к потолку и пару раз глубоко вздохнул, успокаиваясь.

– Да нет же, – возразил Эл. – Он не думал ничего такого делать. Хотел скинуть лестницу, поднять ее наверх. Сказал, оборотни потеряют след, потому что она не подходила к нашему порогу. Но не успел. Блохастые нашли ее, и тогда Виг выпрыгнул из окна с секирой и всех убил.

– Его укусили? – Тиль был сосредоточен.

– Нет. Он так сказал. Сказал, чтобы я утром покинул дом, выкинул ключ в реку и бежал к вам, словно ничего не ведаю, – хмуро произнес Эл. Он не знал, чего ожидать от гнома.

– Ну, каков! И ведь человек, не гном. Развалить на части пятерых оборотней! Какой боец пропал, и все из-за юбки! – выдохнул Тиль со злостью. Эл и раньше подозревал, что гном не особо любит женскую часть населения, а теперь просто поразился ненависти во взгляде кузнеца. Бородач мощно саданул кулаком по столу, отчего доска дала трещину по всей длине. – Я бы сам эту тварь удушил! Десять лет моих трудов! Десять лет я учил преемника, парня, ставшего мне почти родным, как выжить в этом мерзком мире, быть правильным и со временем вырваться из рабского положения. И все это за мгновение потерять! Где его мозги?

Гном подскочил, в порыве ярости разломал столешницу, а потом бессильно опустился на стул. Он просидел пару минут, держась за голову и что-то осмысливая, а затем резко дернулся к Элу и прорычал:

– Где он? Куда он отправился?

– Я не знаю, клянусь! – мальчишка поднял руки в защитном жесте. – Я его спросил, а он сказал, что так далеко не загадывает. Ему бы из города вырваться.

– Значит не все мозги в кузне оставил, – кивнул гном, веря напуганному Элу. – Догадывался, что я могу расколоть тебя. Обезопасился. Эл! Никуда не выходи из дому. Продукты я куплю. Сиди здесь как в осаде. Наверняка за нами будут следить. И в отличие от меня тебя могут попытаться выкрасть для пыток. Официально арестовать не решатся, знают как я берегу своих работников. Забудь про всех родных, теперь я тебе и мама и папа.

– У меня никого и нет, – тихо сказал мальчишка. – Мать зашибли лошадью в прошлом году, и теперь пьяный отчим бьет через день.

– Значит, ты меня услышал, – гном внимательнее пригляделся к подмастерью. Раньше тот не говорил о смерти матери. – Я к Клаусу, объясню все случившееся. Да помогут Вигу небеса. Он хороший парень, – добавил, вставая, гном и, не оборачиваясь, вышел.

В тот день маркграфу Вальдемару так и не удалось отдохнуть. В полдень его покой прервал граф Людовик со срочными новостями. Вампир выглядел озабоченно, что для него означало крайнюю степень взволнованности. Начальник прошел в рабочий кабинет и указал подчиненному на кресло, в то время как сам остался стоять у окна, наглухо зашторенного черной тканью.

– Говори! – коротко приказал он.

– Ваше сиятельство, помощник Шмидта сбежал, предварительно секирой из шварцмундской стали зарубив пятерых оборотней, приводящих в исполнение приговор рядового гарнизонного суда. Они охотились за девушкой по имени Элли, которая нанесла тяжкое оскорбление лейтенанту Вольфмару, а впоследствии отгрызла тому часть уха.

– Я слышал вчера эту историю. Тот сам виноват. Где он сейчас? – маркграф ничем не выдал своих эмоций, выслушивая подчиненного с неизменным каменным лицом.