Гонки на черепахах
Шрифт:
– Хорошо, грузи. Только быстрее!
– Вас приветствует отдел продаж корпорации «Мао-Софт»! Вы уверены, что хотите загрузить новую версию программы экстренного торможения? Для подтверждения поверните руль влево, для отказа поверните руль вправо, – торжественно произнес уже другой электронный голос, теперь с явным китайским акцентом.
Гид до боли сжал губы и немного повернул руль влево.
– Подтверждение получено. Для загрузки программы подтвердите свое согласие на оплату оригинального программного обеспечения. Для подтверждения поверните…
Гид снова чуть повернул
– Подтверждение согласия на оплату получено. Пожалуйста, ознакомьтесь с условиями лицензионного соглашения на…
Колесо, угрожающе покачиваясь, катилось рядом с грузовиком.
– Да вы что, сволочи, издеваетесь! Я сейчас разобьюсь, к чертям собачьим! – не выдержал Гид.
Электронный собеседник замолчал. Несколько секунд прошли в тревожной тишине. Затем раздался незнакомый хриплый бас. Судя по одышке – настоящий. Но не особо доброжелательный.
– С вами говорит дежурный офицер дорожного департамента полиции. Вы обвиняетесь в создании аварийной ситуации на дороге и в оскорблении сотрудника корпорации «Мао-Софт». Органы управления вашего автомобиля блокированы. Любая попытка оказать сопротивление представителям власти…
Гид с ужасом почувствовал, что руль окаменел, а педали полностью провалились в пол.
– Да вы что там, ослепли? – перебил офицера Гид, но тот спокойно продолжал свое.
– …при задержании будет рассматриваться как отягчающее…
Тем временем колесо грузовика начало слегка подпрыгивать. Скорость была небольшая, и в голове Гида промелькнула шальная мысль. Он наклонился вправо и дернул ручку пассажирской двери. Но замок двери никак не отреагировал.
– Двери автомобиля блокированы. При следующей попытке выпрыгнуть в салон будет выпущен парализующий газ, – тут же заявил полицейский.
Гид отпустил ручку и принял обычное положение.
– Меня нельзя газом, у меня аллергия, – сказал он уверенным голосом.
– Подтвердите, что вы подвержены аллергии на парализующие газы, – произнес офицер, – поверните руль влево…
– Как я могу повернуть руль, если он блокирован? – язвительно спросил Гид.
– Это не моя проблема. Я действую по инструкции.
– А я заявляю, что подвержен аллергии всех форм и видов! Особенно на парализующие газы и оторванные колеса!
– Устное подтверждение аллергии принято. Для вашей нейтрализации будет применено электрошоковое воздействие, – отозвался полицейский.
Гид лихорадочно перебирал в уме варианты развития событий. Должен же быть выход из этой ситуации! Электрошок – это серьезно.
– Офицер, вы собираетесь использовать для электрошока электроэнергию моей машины? – спросил Гид.
– Это не имеет значения, – ответил полицейский.
– А вы знаете, какова мощность электрошокового разряда? – продолжал Гид.
– Это не имеет значения.
– Еще как имеет! Эта мощность эквивалентна среднему потреблению семьи из трех человек за месяц. – Гид сам не верил, что кто-нибудь поведется на такую чушь.
– И что? – Теперь голос офицера прозвучал не так уверенно.
– А то, что у меня не оплачена электроэнергия за полгода, – Гид блефовал, не особо заботясь о правдоподобии своих аргументов, –
вас юристы электросбытовой компании без мундира оставят. Вы свое начальство спросите!– Тогда, может, все-таки газ? – после паузы предложил офицер.
– А может, вы меня все-таки выслушаете? – в тон ему спросил Гид.
– Ну, давай.
– Офицер! У впереди идущей машины… – начал Гид, но не успел договорить.
– Внимание! Чрезвычайная ситуация! В вашей полосе движения зафиксирован массивный посторонний предмет! – перебил его офицер.
– Ну, наконец-то!
– Столкновение неизбежно. Запускаю процедуру глубокого сканирования для последующего восстановления вашего организма. Прижмите затылок к подголовнику, закройте глаза и не шевелитесь!
– Какой, к дьяволу, «неизбежно»? Верните мне руль!
Гид изо всех сил попытался крутануть руль вправо, но тот даже не шелохнулся. Оставалось только надеяться, что колесо пролетит мимо, но оно, упав в очередной раз на дорогу, накренилось и резко отскочило влево, точно в бампер встречного самосвала.
Словно в замедленном кино, Гид видел, как прогибается могучий стальной бампер, как разлетаются кусочки отслоившейся краски, как плющится жесткая резина покрышки, как рвется боковина, как, отскочив от бампера, вибрируя и вращаясь, колесо начинает стремительно приближаться, постепенно заполняя все лобовое стекло.
Руль снова стал подвижен, но вращать его уже не имело смысла. Нужно было упасть на правое сиденье, но и это сделать он уже не успевал. Взгляд почему-то задержался на застрявшем в узоре протектора небольшом сером камешке. Почему-то вспомнилось детство. Как мама целует его перед сном…
…Он открыл глаза.
– Ты кричал. – Лицо Жени было совсем близко. – Я тебя поцеловала, и ты перестал.
– Сколько времени?
– Не знаю. А на кого ты кричал?
– Не помню. Просто… я был в нашем светлом экологическом будущем, – ответил Гид.
– Понятно. Я посплю еще. Попробую досмотреть твой сон.
– Поспи, только мой сон тебе не понравится. Ты же не любишь сны ужасов.
Гид быстро оделся и включил ноутбук.
Накануне вечером Шуруп привез три ОУО-диска с записями. Гиду не терпелось посмотреть их сразу, но тогда уже начинало темнеть, и светящийся экран ноутбука мог бы привлечь чье-нибудь внимание. Пришлось отложить просмотр до утра.
На первом диске были съемки из движущейся машины. Количество людей, попавших в кадр, было огромным, а изображение – мелким. Гид решил, что посмотрит его потом.
Он вставил второй диск. Сначала шли кадры с плотами. Гид посмотрел минуту, потом прокрутил ролик вперед. В кадр попали две девушки в довольно смелых купальниках, загорающие на берегу. Затем камера прошлась по посетителям летнего кафе. Семейная пара с маленьким капризным ребенком, две подружки, говорящие одновременно, мускулистый парень в борцовской майке с чашкой кофе. Гид прокрутил ролик немного назад. Что-то не так было с этим парнем. Он несколько раз просмотрел, как тот подносит чашку ко рту, делает глоток… Нет, не делает. Глотка-то и нет. В чашке пусто. Нет движения кадыка, да и наклон чашки слишком сильный.