Чтение онлайн

Вика молча кивнула. Оставив женщин и мартини в гостиной, Максим с Гидом вышли на террасу, прихватив бутылку виски.

– Я попросил зайти своего двоюродного брата, Виктора. Он тоже живет здесь, через несколько домов. Тебе будет полезно с ним пообщаться.

На террасе в плетеном кресле сидел грузный седой мужчина, лет на десять старше Максима. Здороваясь, Виктор приподнялся и внимательно посмотрел Гиду в глаза.

– Интересно, что может быть общего у человека с честным взглядом и у законченного жулика, – сказал Виктор.

Гид с удивлением перевел взгляд на Максима. Инспектор глубоко

вздохнул.

– Опять ты за свое! – вырвалось у него. – Я позвал человека, которому хочу помочь, ты обещал его проконсультировать…

– Ладно, ладно, я, наоборот, за тебя радуюсь, – отмахнулся от него Виктор.

– Не удивляйся нашему стилю общения, – сказал Максим, обращаясь к Гиду, – Виктор на правах старшего брата последние сорок лет учит меня жизни.

– Но безо всякого успеха, – вставил Виктор. – Ладно, давайте для начала отключим все телефоны. Они не будут нас отвлекать, плюс никто не узнает о нашей встрече.

– Ты хочешь сказать, что кого-нибудь из нас могут прослушивать? – удивился Максим.

– Нет, просто местоположение телефона определяется очень легко.

Гид отключил свой мобильный.

– Макс вкратце рассказал мне о запросах. Сам ты ничего необычного не заметил? Какие-нибудь попутные машины, ремонтные работы недалеко от дома?

– Сегодня я видел Гелендеваген, который пас одну из наших машин, – ответил Гид.

– Понятно.

Виктор помолчал.

– И что твой опыт спецагента подсказывает? – спросил Максим.

– Ну, если тебе нужен опыт спецагента – купи себе кино про Джеймса Бонда, а я могу предложить только пару советов от бывшего сотрудника одного государственного органа, – ответил Виктор.

Максим открыл бутылку и налил в три толстостенных стакана.

– Сначала общие соображения, – продолжал Виктор. – Во-первых: мы не знаем кто. Во-вторых: мы не знаем зачем. И то и другое нужно выяснить. В-третьих: против тебя действуют исполнители, профессионалы. Ты можешь поиграть с ними в кошки-мышки, но я ни разу не слышал, чтобы мышка съела кошку. Вопрос только в том, сможет ли мышка бегать достаточно долго, чтобы за это время кошка расхотела ее есть. В-четвертых: у тебя нет права на ошибку, а у них есть. В-пятых: если ты их сегодня переиграл, то завтра они будут относиться к тебе серьезнее. То есть каждый твой ход должен быть более сильным, чем предыдущий. Расклад был бы абсолютно безнадежным, если бы не одно «но»: они борются за квартальную премию, а ты – за свою жизнь.

Гид взял стакан в руки.

– То, что сейчас вокруг тебя происходит, это – наблюдение, сбор информации. Процесс сложный и дорогой. Жучки в доме, в машине, реже – в одежде. Могут смотреть из леса, через камеры ночного видения. Ну и просто следить.

– Ну это – ради бога, – сказал Гид.

– Не совсем. Собрав информацию, они примут решение, тот ли ты, кого они ищут, или нет. Если да, то им будет несложно тебя закрыть.

– Закрыть в смысле…

– В смысле взять под стражу. Возможно, конечно, что тебя сразу отпустят, но я бы на это не рассчитывал.

Гид глотнул из стакана.

– Как выяснить, кто им интересуется? – спросил Максим. – Ты можешь узнать что-нибудь по своим связям?

– Попробую, но маловероятно.

– Но если есть запрос,

то можно выяснить откуда, – возразил Гид.

– Не всегда. На запросе может оказаться только номер, присвоенный почтовой службой, и все.

– А если получится, то причину узнать реально?

– Официальную – да. А нужна настоящая, и найти ее можешь только ты. Думай, кому дорогу перебежал или на хвост наступил.

– А как узнать, сколько времени на это есть?

– Не знаю. Поехали дальше. Если тебя считают лохом, а скорее всего, так и есть, то просто приедут несколько бойцов, скрутят и увезут. Значит, ты должен вовремя узнать, что они едут, и успеть уйти. И при этом не показать им, что ты подготовился.

– Всего-то? И как же я узнаю?

– Я могу прислать одного паренька, электронщика, он поможет. Правда, денег будет стоить.

– Да, спасибо.

– Еще один важный момент. Обычно главный источник информации – это, прослушка, так что думай, что где говорить.

– А через телефоны тоже слушают?

– Слушают разговоры по телефону, а как жучок телефон не годится. Слишком легко заметить, что аппарат сам вышел в эфир.

– Почему тогда на секретных переговорах выключают телефоны и аккумуляторы вынимают?

– Кто-то неграмотный придумал, все и делают. А с другой стороны, береженого бог бережет. Выключил телефон – хуже не будет. Сегодня не умеют, завтра научатся. Специалист, заполучив на пару часов чей-нибудь сотовый, может его перепрограммировать и превратить в настоящего шпиона.

Гид сидел, потирая руками виски.

– Да… Виктор, а ты уверен, что все это…

– Нет. Но обычно о больших проблемах люди догадываются заранее и ничего не предпринимают, думая, что все само обойдется. Я это воспринимаю иначе. Тебе навстречу несется пьяный на самосвале. Может, конечно, вы и разойдетесь, но лучше успеть куда-нибудь свернуть.

– Самосвал… Убедительно, – задумчиво произнес Гид. – Только за рулем трезвый, умный и опытный. Это же меняет вообще все.

– Похоже, дошло, – негромко сказал инспектор.

– Нужна разведка, оборона. Мой дом – моя крепость.

– И путь отступления, – добавил Виктор.

– Да. Прямо война.

– Война.

Они помолчали.

– Ну что, пойдем к дамам? – предложил Максим.

Виктор сослался на какие-то дела, попрощался и ушел, а Гид и Максим вернулись в дом. Гид пытался придать лицу беззаботное выражение, но получалось плохо. Женя не стала ничего спрашивать. Чтобы разрядить обстановку, инспектор рассказал, как начинал милицейскую службу.

Вернувшись из армии, Максим поступил в школу милиции, а после нее попал в девяносто третье питерское отделение. На их территории, охватывающей большой кусок Выборгской стороны, кроме жилых кварталов находилась полузаброшенная железнодорожная станция.

Город широкими проспектами и новостройками давно продвинулся на север, поглотив оказавшуюся на пути деревню, но оставив нетронутым островок со станцией. Сама станция превратилась из пассажирской в товарную, но вскоре была забыта и городскими, и железнодорожными службами и постепенно ветшала, образовав этакий оазис-наоборот.