Голубые шинели
Шрифт:
— Ну, скажем так, недельки через две. Смогешь?
— Подмазать кое-кого придется, — заметил полковник.
— Ну, не без этого, — понимающе кивнул Борис.
— К концу недели скажу — кому чего и сколько.
— Ну, а я к конце недели мальца твоего отыщу, во всяком случае, внесу ясность в печальную картину, — пообещал Борис, — кстати, ты на него в розыск-то подай, дезертир ведь парнишка.
— Ага, — кивнул полковник. — завтра же и подам.
— И, кстати, майора твоего забрать придется, — как бы между прочим сообщил Борис.
— Как это? — полковник насторожился.
— Ну очень просто — это же не без него все устроилось. Ты уверен, что он не сорвет нам наше дело?
Полковник задумался — то, что тут майор приложил руку, он не сомневался. И понимал, что если Борис займется
— Нет, майора не трогай, — возразил полковник.
— Ну, хозяин — барин, — отстранено сказал Борис, — не хочешь — как хочешь, но тогда ты сам из дерьма и выпутывайся.
— Но почему?
— Ты сам хорошо понимаешь, что он знает слишком много. Ты уверен, что можешь на него положиться?
Нет, полковник в этом уверен не был — теперь он вообще ни в чем не был уверен.
— То-то же, — заметил Борис, — а раз ты майора не хочешь нам отдать, то как я тебе самому могу доверять, может, ты с майором заодно, и вообще, непонятно, что за комедию ты мне тут ломаешь?
Полковник понимал, что с точки зрения холодного расчета Борис прав — майор опасный свидетель и его надо убрать. Но с другой стороны, если найдут труп майора — будет ЧП.
— Слушай, а нельзя ли как-нибудь аккуратно, чтобы вроде как несчастный случай?
— Не уверен, — категорично отрезал Борис, потом смягчился, — ну ладно. Постараемся…
Полковник кивнул. Что ж, на войне — как на войне. Ему нанесли удар под дых — а он не пацан, чтобы такие удары оставлять без внимания. Ну, а если и будет какой шум — так он достаточно денег передал и в генштаб, и в Минобороны, чтобы его прикрыли в случае чего.
— Ну, лады, — сказал он Борису и, попрощавшись, вышел.
Все вроде бы складывалось неплохо, но почему-то тяжесть так и осталась у него на душе.
Представитель службы М-6 сидел в кабинете у посла Англии и нервно барабанил пальцами по столу.
— У нас некоторые проблемы в Париже, — начал он.
Но посол прервал его:
— Если это не относится к моей дипломатической миссии, я бы попросил вас не посвящать меня в ненужные мне подробности.
Резидент заткнулся, недовольно поглядывая на посла. Его раздражала эта открытая неприязнь, которую сей высокопоставленный чинуша проявлял к нему, его брезгливость по отношению к разведке была резиденту совершенно непонятна — как же так, он ведь тоже старается на пользу Англии и королевы. А этот надменный лорд считает его чуть ли на мусорщиком, копающимся в чужом грязном белье. Да, возможно, разведка — не самый чистый бизнес на свете, но у каждого своя работа, и если сегодня он, резидент, не сможет уязвить этого самовлюбленного господина, то во всяком случае он запомнит это оскорбление и настанет день, когда они поквитаются.
— Ну хорошо, допустим, — уступил послу резидент, — допустим, парижские неприятности вас на касаются, хотя я в этом не уверен, но позвольте, по крайней мере, представить вам нашего дублера.
— Я просто вынужден с ним познакомиться, хотя подчеркиваю, что делаю это без всякого удовольствия, — сухо произнес посол.
Резидент встал, приоткрыл дверь кабинета и попросил кого-то войти. Человек из приемной переступил порог — и посол застыл в своем кресле — перед ним стоял Кевин.
— Не может быть! — вырвалось у него, — это невероятно!
— Очень хорошо, — удовлетворенно сказал резидент. Он уже понял, что сходство двойника с оригиналом было действительно потрясающим, — познакомьтесь — это ваш новый первый секретарь.
— Простите, как вас зовут? — не сдержался посол и задал дублеру бессмысленный вопрос.
— Кевин Олдридж, — ответил двойник.
— Простите, — пробормотал посол, — конечно, Кевин Олдридж.
Резидент усмехнулся — вот и этот вышколенный чинуша дал осечку — значит и он не идеален.
— Ну, а теперь, господин посол, — с тонкой иронией проговорил резидент, — я вас оставлю наедине с вашим новым сотрудником, вам, видимо, надо обсудить достаточно много служебных вопросов.
Посол обречено вздохнул и спросил:
— Скажите, а как долго
господин… Кевин будет оставаться моим сотрудником?— Как только он осуществит возложенную на него миссию, я думаю, его досрочно отзовут в Лондон по неотложным делам, а вы сможете подобрать себе замену.
— Да, я понимаю, но сколько по времени будет длиться это осуществление миссии?
— Может быть — неделя, может быть — месяц, а может быть и полгода.
— Хорошо, — обречено сказал посол, — я вас понял, ну что ж. Идите, оставьте нас с господином Кевином наедине, нам есть о чем поговорить.
Резидент с поклоном удалился. Он знал, что сейчас здесь состоится вовсе непростой разговор но это его уже не касалось, все, что зависело в этом деле от него, он уже сделал. Во всяком случае, дублер полностью готов к новому контакту с академиком, а это было, по сути его единственной задачей.
М-6 вынуждена была пойти на такой шаг — ведь дискета, которую Кевин успел передать английскому правительству и которая содержала бесценную информацию, — эта дискета была закодирована, а шифр, по словам Кевина, академик обещал передать после того, как он получит миллион долларов по чеку, переданному ему английской королевой. Следовательно, надо было дождаться, когда академик снова выедет за рубеж на какой-нибудь семинар и сможет там обратиться в банк за деньгами. Вот тогда-то можно было бы получить ключ or формулы. Но когда это произойдет? Необходим был еще один контакт с академиком — понятное дело, что кроме Кевина он вряд ли стал бы с кем-то обсуждать эти вопросы. Поэтому дублеру предстояло в ближайшее время встретиться с академиком и продолжить обсуждение условий сделки. А кроме того руководство М-6 наделось, что увидев Кевина живым и невредимым, возможно, выйдет на связь и кто-то еще из лиц, о которых они не осведомлены и кто тоже был замешан во всей этой истории. Одним словом — миссия у дублера была и сложная, и рискованная, но в М-6 были уверены, что он безусловно справится с порученным заданием, ведь это был лучший агент английской разведки, человек безусловно опытный и крайне осторожный.
Все было бы ничего, если бы не одно печальное обстоятельство: только сегодня утром резидент в Москве получил сообщение из Центра, что в Париже наконец-то обнаружен тот самый русский солдатик, который присутствовал в квартире Кевина в момент убийства.
В принципе за его передвижениями по Европе разведка пристально следила с помощью радиомаяка, находящегося в корпусе мобильного телефона Кевина. Удивительно — но парнишка словно бы не расставался с этой игрушкой. Никто не понимал, почему он таскает повсюду за собой этот телефон, ведь он был не заряжен, воспользоваться им уже не представлялось возможным. Но факт оставался фактом — телефон постоянно был с солдатиком, и когда стало ясно, что он определенно остановился в Париже, туда вылетела специальная группа захвата в составе 7 человек. Они обнаружили парня, спокойно прогуливающегося по одной из парижских улочек, сели ему на хвост, но он, повинуясь какому-то удивительному чутью, обнаружил слежку, попытался уйти от хвоста, причем действия его были на удивление всем крайне решительными и резкими — и в итоге он смог уйти от преследования, спрыгнув прямо с едущего по мосту грузовика в мутные воды Сены. Что случилось дальше — никто не знает. Радиомаячок исправно подавал сигналы теперь из одной и той же точки, а именно — со дна реки. И было не ясно — то ли парень утонул, то ли просто избавился от телефонного аппарата Во всяком случае, если тело не всплывет в ближайшие дни, а резидент чувствовал, что никакое тело не всплывет — значит, этого солдатика они потеряли навсегда, никаких новых данных, которые помогли бы его разыскать, получить не удалось.
Резидент не понимал, как мог этот паренек из русской глухой деревни — а биографию Тимофея уже хорошо изучили с помощью досье, предоставленного русскими коллегами по просьбе посла — как он мог так быстро и без промедления буквально за считанные сутки перебраться из Москвы в Париж, притом очевидно, что у него не было никаких документов, и как ему, неопытному мальчишке, удалось уйти от хорошо обученных и прошедших специальную подготовку агентов М-6. Да, видно, это был крепкий орешек. И ничего не поделаешь — теперь он потерян скорее всего навсегда.