Чтение онлайн

— Тот, кто пометил ее на карте как проезжую, был чересчур снисходителен.

Симон высказался более кратко и выразительно:

— Мать твою, разве это дорога?!

Иоанн покрутил головой:

— Как наш вездеход пригнали-то сюда?

Святослав ковырнул носком сапога раскисшую землю.

— Мы не знаем, когда его пригнали. Если до дождей, тогда было легче. Что ж, попробуем проехать. Французские вездеходы неплохие.

— Увязнем, — мрачно изрек Симон.

Вопреки его предсказанию, тяжело нагруженный вездеход, в который

набилось тринадцать человек, да еще с грузом, все-таки пополз по тому, что можно было условно назвать дорогой. Как огромный упрямый жук, он то карабкался вверх, то сползал вниз, оставляя позади одну сотню метров за другой. Когда выбрались из низины, дело пошло на лад.

Кирилл оживленно сказал:

— Прокатимся с ветерком.

Хотя он ни разу не пожаловался, передвижение пешком выматывало его больше, чем других, — он не был сталкером и не привык к длительным нагрузкам.

Его поддержал Иоанн:

— Ехать бы так до самого конца.

Святослав бросил на них мимолетный взгляд, и вдруг ему на сердце упала тень. Было ли это предчувствием?.. Неким смутным отзвуком грядущей беды, исчезнувшим так быстро, что Святослав не успел как следует прислушаться к нему, и в следующее мгновение уже сам не знал, что заставило его задержать взгляд на Кирилле и Иоанне? Может быть, то, что они сидели рядом и он обратил внимание на их некоторое внешнее сходство? Они были одного возраста и одинакового роста, оба голубоглазые, со светлой кожей, какая обычно бывает у блондинов, Кирилл — русый, Иоанн — с волосами цвета темного непрозрачного янтаря, падавшими ему на лоб.

Святослав, сам того не замечая, нахмурился. Если б он мог заглянуть в будущее, то увидел бы, как эти двое окажутся друг против друга и третьей между ними встанет смерть.

Евангелие от Матфея, глава 4.

21 Оттуда идя далее, увидел Он других двух братьев, Иакова Зеведеева и Иоанна, брата его, в лодке с Зеведеем, отцом их, починивающих сети свои, и призвал их.

22 И они тотчас, оставивши лодку и отца своего, последовали за Ним.

Начинало смеркаться, а ехать в темноте при выключенных фарах по такой дороге означало угробить машину, а то и себя в придачу. Впереди они заметили приземистые строения.

— Похоже, деревня, — сказал Фома.

— Хутор, — поправил его Фаддей, — для деревни домов маловато.

Сидевший за рулем Андрей обернулся:

— Как, командир, проедем мимо или здесь остановимся?

Святослав чувствовал, как все хотят переночевать под крышей, в тепле и без осточертевшей сырости.

— Переночуем здесь, — сказал он. — Поворачивай.

До ночи еще далеко, целый вечер впереди, и сегодня они как следует отдохнут и выспятся.

После предварительной разведки вездеход подъехал к домам. Откуда-то доносилось конское ржание. В

глубине одного дома раздался приглушенный вскрик, затем все стихло.

«Они нас боятся», — подумал Святослав.

Когда он постучал в дверь крайнего дома, ответом была настороженная тишина.

— Откройте, пожалуйста, — громко сказал он. — Мы не бандиты и хотим только переночевать здесь.

За дверью послышалось шушуканье, потом она чуть приоткрылась, и в щели возникло нечеткое пятно лица, то ли мужского, то ли женского.

— У нас ничего нет. — В голосе говорившего явственно звучали нотки страха.

— Нам ничего и не надо, — терпеливо заверил его Святослав. — Не бойтесь, мы не причиним вам вреда.

Дверь открылась. За ней стоял мужчина с ружьем в руках, а за его спиной жались две женщины и ребенок. Еще одного та, что помоложе, держала на руках.

— Много вас? — настороженно спросил мужчина, стараясь разглядеть, что творится за спиной Святослава.

— Тринадцать человек и машина.

Одна из женщин ойкнула, а хозяин дома, сжав ружье так, что побелели пальцы, напряженно выдавил:

— Машины нынче только у волчар есть…

Волчарами называли бандитов, сбивающихся, как волки, в стаи, которые бродили по никем не управляемой и не защищаемой территории, ранее называемой страной, разрушая все, что попадалось на пути. Люди были опаснее, чем звери.

Святослав прибегнул к последнему доводу:

— Если б мы были бандитами, то давно перестреляли бы вас всех, а не тратили время на пустые разговоры.

Мужчина оценивающе посмотрел на автомат, висевший на плече Святослава, и нехотя сказал:

— Ладно, заходите. Только еды у нас маловато.

Очевидно, нашествие тринадцати едоков вызывало у него опасения, что за сегодняшний вечер запасы его существенно уменьшатся.

— У нас своя есть, — успокоил его Святослав. — Затопи печку, и больше с нами хлопот не будет.

Комната, куда его впустили, была довольно просторной, но грязноватой: замызганные стены, сор на истоптанном полу. Видимо, на наведение и поддержание порядка у хозяев недоставало сил. Или им было уже все равно. Женщины пошептались между собой, и одна увела куда-то детей, а вторая принялась подкладывать в печку дрова. Младший и Фаддей остались возле машины, остальные набились в комнату, где сразу стало тесно. Хозяин ушел, но вскоре вернулся.

— Вы здесь ночуйте, а мы к соседям переберемся. Я с ними договорился.

— Спасибо. Для машины навес найдется?

— Есть пустой сарай.

Он показал где, и Андрей загнал туда вездеход. Потом сели ужинать при мерцающем свете свечей в самодельных подсвечниках. Хозяева предложили незваным гостям свежего хлеба, а те поделились своими припасами. Затем к ним заглянули двое мужчин из соседних домов.

— Издалека вы? — спросил один, костлявый, с худым, изможденным лицом.

— Да, издалека, — подтвердил Святослав, не уточняя, откуда именно.