Чтение онлайн

— Вам не стоило говорить всем, — хмуро сказал он.

— А принцессе не стоило приказывать мне во всеуслышание.

— Теперь все знают, что с нами едет будущая королева. Это опасно для нее!

Дэнтон твердо встретил вызывающий взгляд юного рыцаря.

— Я вдруг понял кое-что, сир Лавеллет, — сказал он. — Король не давал вам своего благословления. Вы с принцессой сбежали тайно. Вы обманули государя, архиепископа и в конечном итоге меня.

Эльтон сжал губы, словно сдерживая рвущиеся наружу слова.

— Мне кажется, она и впрямь

желает помочь людям Дримгарда, — продолжал Дэнтон. — Но ты, сир, поехал, чтобы потешить свое самолюбие. Гордый рыцарь, защищающий даму сердца, славное приключение для баек у камина. Не знаю, что у вас за любовь, но рано или поздно она станет королевой, а тебе никогда не быть королем.

— Мне это и не нужно, — сказал Лавеллет. — Я мечтаю стать капитаном ее Щитов, и этого будет довольно.

— А ты стерпишь, когда она начнет рожать детей от другого мужчины?

— Я не хочу ее тела, — сжимая поводья, ответил Эльтон. — Я люблю ее душу.

— Знаешь, сир Лавеллет, я не запоминаю лиц — тебе, должно быть, уже рассказали. Я их почти не вижу. Но зато я хорошо слышу и запоминаю голоса. И сейчас твой голос врет.

Эльтон ничего не ответил. Дэнтон повернул коня и подозвал Брона.

— И что, мы правда будем биться со свинарами? — пробурчал тот, потирая седые усы. Гром под ним исподлобья смотрел на Вихря.

— Я не расслышал.

— И что, мы… — на полуслове Бронвер сообразил. — Простите, инквизитор. Каков приказ?

— Возьми десяток лучших наездников, старшим поставь кого-нибудь из ветеранов. Отправь их туда, где в последний раз видели тварей. Я хочу знать, сколько их. Дай людям знамя и вооружи их луками — пусть обстреляют свинаров и убедятся, что они последовали за ними.

— Вы хотите устроить засаду?

— Выполняй приказ. Я решу, когда буду знать, сколько у нас врагов.

— Конечно, инквизитор, — кивнул Брон, скрывая недовольство. — Ваша воля — закон.

Америя, Кроунгард.

Коррин только что рассказал старому И'вону, смотрителю королевской кладовой, о своей затее. Тот задумчиво крутил на пальце серебряный перстень и смотрел в одну точку.

— Ну так что? Вы с нами?

— Я не воин, — прошамкал смотритель. — Чем я могу вам помочь?

— Деньгами, — ухмыльнулся Коррин. — Я хочу подкупить слуг, которые входят в башню Наместника, и кальдийцев, которые остались вне ее. Сведенья дорого стоят.

— И с чего вы взяли, что у меня есть деньги?

Коррин подавил смешок. В покоях Ивона, где они сидели, жарко горел резной камин, отделанный бронзой. На стенах блестели позолоченные, или даже золотые канделябры. Напротив окна, омытая лунным светом, висела в серебряной раме икона святого Карха. Даже несведущий человек догадался бы, что деньги у хозяина покоев имеются.

— Да бросьте, — сказал Корр. —

Не я один знаю, что вы берете взятки с тех, кто хочет поставлять свои товары во дворец.

Белокожий смотритель в один миг покраснел.

— Лживые слухи! — возмутился он. — При дворе Законника нет места преступленьям! Убирайтесь, сир, и молитесь, чтобы я не рассказал королю о вашем заговоре!

— Никуда я не пойду, господин Ивон.

— Немедленно! — смотритель подскочил и распахнул дверь. — Вон!

Насупившись, Коррин поднялся. Подошел к двери и, оттолкнув Ивона, захлопнул ее.

— Я позову стражу!

— Зовите, — сказал Корр. — Я сразу расскажу им, что узнал. Сколько мзды вы берете с мясников, и ткачей, и гвоздарей, и всех остальных. И как вы покупаете бочки только на бумаге, и лишаете слуг дневного жалованья за провинности, но говорите, что заплатили. И…

— Хватит, — прервал смотритель и хмуро пожевал губами. — Небытие вас побери, откуда вы все это знаете?

— Достаточно поговорить с людьми. Королю и остальным просто нет дела до муки и подушек, на которых вы наживаетесь. Но если им когда-нибудь захочется уменьшить расходы дворца и они покопаются в документах — головы вам точно не сносить.

— Без вас знаю, — буркнул Ивон. — Сколько?

— Если б вы сами согласились нам помочь, я бы сказал: сотня серебряков. Ну а так — три сотни.

— Триста серебряных?! Вы с ума сошли!

— Ну хорошо, давайте три золотых.

— Это то же самое!

— Я ведь говорю, что знаю, сколько денег вы воруете из казны. Поделитесь немного. Тем более, что это на благое дело, во славу короля и Америи.

— Во славу Америи, — шепеляво передразнил Ивон. — Как будто вы идете на это ради страны.

— Ради чего же еще? — улыбнулся Коррин.

— А вы посмотрите в зеркало, сир Гвин, и увидите! На вашем лукавом лице так и написано — хочу, чтобы мной восхищались!

— Неужели так и написано? — Корр огляделся в поисках зеркала, но его-то в покоях и не было. — Ладно, верю вам на слово. Где вы прячете деньги?

— Подождите в коридоре, — прошамкал Ивон.

— Не вздумайте запереться. Я буду рядом.

— А вы не подслушивайте!

— Ладно.

Когда Коррин вышел из комнаты, за спиной щелкнула задвижка. Он ухмыльнулся и приложил ухо к замочной скважине.

— Господин Ивон дал нам триста серебряных марок и обещал молчать, как рыба.

— И ты поверил старому говнюку? — спросил Дюг Пьерриг.

— Ну да, — пожал плечами Корр. — Думаю, что достаточно его напугал.

— Ты хотя бы приставил кинжал ему к глотке?

— Какие жестокие меры, Дюг, — поморщился Коррин. — Он и так боится за свою жизнь. Если король узнает о его делишках, тут же повесит, как разбойника.

— Он и есть разбойник, — пробурчал Двухголовый. — Сукин сын, ворует у самого короля.

— Мы расскажем о нем государю, — махнул рукой Коррин. — Когда разберемся с Наместником.