Год Чёрной Обезьяны
Шрифт:
– Я засек её, - сказал он негромко.
– Она идёт к Мира по Красноармейской.
Лена шла быстро. Она чувствовала, что силы ее на исходе, и хотела побыстрее добраться. Сквозь молочную слякоть утреннего тумана прорисовывались голые силуэты деревьев. Это - сквер. Здесь, на углу Ленина и Красноармейской когда-то стоял храм святого Александра Невского, взорванный в тридцатые годы. Напротив - здание крайисполкома.
Лена огляделась вокруг. Рассвело. Красная в это время еще пуста. Здесь не видно праздных гуляк, и вообще никого не видно.
Когда Лена уже поднималась
Гардеробщиц внизу видно не было. Почти никого не встретив, она добралась до самого кабинета. Только какой-то мужчина в деловом костюме и с кейсом проследовал мимо неё по коридору. Он строго поглядел на Лену, но ничего не сказал.
Как и ожидалось, секретарша ещё не пришла. Владимир Александрович один сидел у себя в кабинете, наморщив лоб и разбирая какие-то бумаги. Увидев Лену, он посмотрел на неё как на привидение. Потом показал на соседний стул. Илюшенко молча глядел на неё, ожидая, видимо, что Лена сама начнет говорить. И та поняла, вдруг, что он знает если и не всё, то по крайней мере многое.
Усевшись напротив, Лена начала выкладывать историю своих приключений - что с ней произошло за эти полтора дня. Она говорила сбивчиво, спотыкаясь, забегая вперед и снова возращаясь к началу. Илюшенко слушал её, не перебивая и не задавая никаких вопросов.
Когда Лена закончила, он ещё помочал, потом спросил:
– Как можешь ты доказать, что всё это - правда?
Лена откинулась назад.
– А как я могу доказать?
– Мне рассказывали другое...
– Что?
Илюшенко поднялся с места.
– Сиди тут, - сказал он, - и жди, пока не вернусь. Я должен вызвать своих людей. Тебя спрячут, ты побудешь в безопасном месте, пока я не разберусь с этой историей.
– Он посмотрел на часы.
– У нас мало времени. Тебя не должны здесь видеть.
Илюшенко вышел, и Лена осталась в кабинете одна. Она сидела на стуле, прислушиваясь к шуму редких машин за окном. Беззвучно передвигались стрелки больших часов. Прошло минут двадцать. Дверь отворилась.
– Быстро пошли.
– Илюшенко взял её за руку.
– Вот-вот прийдет секретарша. Нельзя, чтобы она тебя здесь застала. Посидишь в пустом кабинете, пока за тобой не приедут мои люди.
Не выпуская её руки, Илюшенко тащил Лену по длинному узкому коридору. Мимо проследовал бородатый мужчина с большим портфелем. Он очень вежливо поздоровался, но Владимир Александрович ему не ответил.
Они прошли мимо усатого кавказца в джинсовой куртке. Тот, не отрываясь, смотрел в окно.
Дверь в кабинет была приоткрыта. Илюшенко втолкнул туда Лену и вошел сам. Лена увидела Красикова. Старший инспектор держал пистолет в руке. Рядом стояли ещё четверо в штатском. Илюшенко захлопнул дверь.
Один из оперативников, шагнув к Лене, быстро её ощупал. Найдя "Макаров", заглянул в обойму.
От ужаса у Лены перехватило дыхание. Мозг не хотел думать.
Оперативник, повертев в пальцах её пистолет, вдруг развернулся и сильно ударил Лену по голове. Та бы упала на пол, но Красиков её удержал.– Сделайте это быстро, - сказал Илюшенко.
– У вас на все - минуты три.
Он открыл дверь, и Лену выволокли наружу. Та была в глубокой отключке. Ноги её безчувственно волочились по полу.
– Жди тут, - бросил Красиков одному из оперативников.
В коридоре никого не было. Ёе быстро потащили к женскому туалету.
Красиков ногой распахнул дверь и Лену заволокли внутрь. Один оперативник остался ждать в коридоре. Двое и старший инспектор закрылись в уборной. Лену посадили в угол. Красиков достал из кармана верёвку и быстро ее размотал. Смастерив петлю, он смазал верёвку куском мыла, который ему швырнул стоящий в дверях оперативник. Затем он схватил девушку в охапку.
В этот момент дверь распахнулась. Красиков вздрогнул. Два дула смотрели в лицо инспектору. Валет сделал вперед шаг, и пистолет его уткнулся Красикову в глаз. За спиной у него стоял кавказец в джинсовой куртке.
– Пусти её, - сказал Валет спокойно, - и может быть - я тебя не убью.
Палец его плавно лег на курок. Красиков побелел.
– Можешь забирать, - бросил он резко.
Кавказец шагнул вперед и, подхватив девушку на руки, вынес её в коридор. На полу, у входа, лежал оперативник. Горло его было залито кровью. Глаза неподвижно таращились под потолок. Рядом, в кровавой луже, валялся пистолет.
Валет усмехнулся.
– Ну вот и всё, - он кивнул и погладил пальцем курок.
– Осталось сказать самое последнее слово.
Выстрел громыхнул откуда-то снаружи. Валет вздрогнул от неожиданности, и в этот момент на него бросился оперативник, что стоял слева. Пуля, предназначенная инспектору, ударила в оконное стекло. Выстрелить второй раз Валет не успел: у него вырвали пистолет. Он отшвырнул оперативника и выскочил в коридор, хлопнув за собой дверь, которую в тот же момент продырявили четыре пули...
Кавказец быстро вернул Лену в сознание, хлопнув ее пару раз по щекам. Девушка открыла глаза и посмотрела вокруг. Все было словно в тумане. Она пыталась сообразить - где она, и что происходит.
– Очухалась?
– Кто вы?
– Язык у Лены ворочался слабо - как спросонья, слова давались с трудом.
За спиною кавказца она вдруг увидела кого-то с пистолетом в руке. Память к Лене вернулась мгновенно.
– Сзади, - прошептала она.
Голос свой она услышала как бы со стороны. Как бы - не ее.
Прогремел выстрел, и Лене в лицо брызгнула кровь. Она отскочила в сторону и прижалась к стене. Кавказец ткнулся лицом в паркет, и стиснул рукой пистолет за поясом, но оперативник, подойдя ближе, дважды выстрелил ему в спину.
Лена огляделась. Времени думать не было. Она бросилась вниз по лестнице. Оперативник побежал следом, но поскользнулся, и неуклюже грохнулся, покатившись по ступенькам. Пистолет его улетел далеко в сторону. Лена остановилась, увидев оружие в четырех шагах от себя.