Гнолья Шкура
Шрифт:
В театре был день полной самоликвидации - вся низина была объята огнём, жар которого чувствовался издалека. Стоило бы посмеяться над таким эффектом, но на самом деле он беспокоил. Хорошо хоть столб дыма тут не увидеть из-за хмари, но вот запах могут учуять и пойдут искать причину. Плюс разбежавшиеся вдоль дороги лошади - равно то что надо утекать, как выражалась Кайса, эй-эс-эй-пи. Ввиду этого весь отряд, отягощённый пленными, немедленно рванул в лес. К сожалению вытащить хотя бы одну телегу не удалось - все сгорели, так что предстояло поднапрячься.
Щин тут же пожалел,
– -------
На привале стало возможным увидеть, что трофеи мягко гавкая никаковские: с десяток доходяжных гуманов и тупых гноллов котировались крайне слабо. Это вызвало некоторое возмущение среди контингента, потому как были ранены трое гноллов, пострадавших в потасовках с наёмниками ещё до операции, а также убит один, попавший под стрелу. Ворг доходчиво объяснил, что целью операции было вовсе не воровство и даже не убийство, а отвращение угрозы получить этих наёмников в своих лесах, когда не ждёшь. А эта цель выполнена на несколько пятёрочек сразу.
– Если эти животные вам не особо нужны, - говорил Щин, кивая на пленных гноллов, - То надо устроить их побег. Может быть, пару по ходу застрелить, чтоб натуральнее было.
– Ммм...
– почесал уши Ворг, - Это чтобы они разнесли весть?
– Именно. А лысых отпускать незачем.
– Какой от них прок?
– Я постараюсь сделать так, чтобы был прок, - пообещал Щин.
– От одной по крайней мере ясно, какой прок, - хмыкнул гнолл, показывая на гуманку.
– Ну да ну да.
Щин с интересом поглядывал на неё - всё-таки это была довольно привлекательная самка, так что мысли Ворга были вполне оправданы. Через некоторое время Эллоиза очнулась, но с похмелья соображала туго и только зашуганно оглядывалась вокруг; пока лучше было её не трогать, воизбежание.
– Так что насчёт гуманов?
– уточнил Допек, - У нас будут не очень довольны таким соседством.
– Планирую организовать небольшой лагерь с рабским трудом, - пояснил Щин, ковыряясь в зубах, - Впоследствии может удастся вбить им в голову элементарные вещи, а нет так пусть хоть дров наготовят.
Это было просто в теории и весьма непросто на практике. Гноллы никогда не занимались подобными вещами и это им было в новинку, так что пришлось немало времени посвятить этой фигне, пока всё не наладилось. Пока же отряд откочевал к Реке и этой же ночью переправился на загодя заготовленных плотах, которыми пользовались и на пути туда. К всеобщему облегчению, пыльное и душное Гнилолесье осталось за хвостом, и хотя морозец пробирал как следует, никто из гноллов не жаловался. На второй день устроили обещанный побег, отпустив половину дурачков, которые были уверены что убежали сами. Щина
придушила Жаба и он подумал, что раз уж будет шарага - тупогноллы лишними не окажутся.Место для шараги было выбрано в глуши, чтобы никому не мешать и затруднить оттуда побег; пришедший поначалу отряд бойцов вместе с пленными строил небольшой загон того же типа, что бывший лагерь наёмников, только гораздо меньше. Дела сразу пошли не ахти - по дороге гноллы убили двоих, не в меру обнаглевших, а остальные только притормозили, но не задумались. К тому же их нельзя было испугать тем, что один убежит - всем достанется; им это было глубоко до кучи. Значит, сказал Щин, запереть их в эту клетку и держать там.
Помятуя о том что случилось с лагерем, компактную зону огородили копнами сена, так что в случае чего стоило поджечь их - и всё полыхнёт ярким пламенем. Щин устроил всё рационально, ибо даже в таком деле не терпел тупизма и тщетности. Гноллы, которым придётся охранять лагерь, могли покалывать рабов пиками из узких амбразур, чтобы те шевелились; выхода из внутреннего периметра не было вообще, потому как часто он был не нужен, а нечасто - можно и лестницы вкорячить. Через узкое окно в изгороди подавались брёвна, и рабы распускали их на доски. Конечно поначалу они пробовали распустить панты, но посидев всего пару дней без еды, решили что лучше не выпендриваться. Кое-как объект начал планомерную работу.
Эллоизу Щин держал отдельно, и хотя постоянно нагружал работой, вряд ли она была недовольна - в загоне ей пришлось бы туго. Гуманка была сильно зашугана, видя что гноллы отнюдь не такие тупые как ей казалось - а может быть и припомнила прошлый раз, когда попадала к ним. Припомнил это и Хар, зашедший к шараге за каким-то рожном; все здорово посмеялись, вспоминая былое.
– И что ты собираешься с ней делать?
– хмыкнул гнолл.
– Ладно, это помимо шерсти, - отмахнулся Щин, - Как торговля?
– Пока в нарастающем темпе. За предпрошедший месяц наторговали на пятьсот сорок золотых, обратно получили примерно на триста.
– Шишово, - заметил Щин, - Золото это всего лишь тяжёлый металл.
– Я понимаю, - кивнул Хар, - Но там идут закупки инструментов, эти штуки не так просто увезти.
– Ясно... как с мурлоками?
– Потихоньку. Одного уже выпускают на выпас, язык...
– гнолл почесал ухо, - Язык вряд ли удастся выучить, он тупой и квакающий. Но понимать их кое-как можно. Там уже начали обменивать рыбу на железные инструменты...
– Вот!
– щёлкнул пальцами Щин, - Это то что надо. Колодезно до визга.
В то время как время всё более заворачивало на зиму, Щин оставлял рекомендации гноллам, работавшим с рабами, и собирался отправляться на другие объекты. Рабов он советовал кормить как следует и снабжать всем необходимым, а также прислушиваться к тому что они говорят. В зависимости от результатов выслушивания следовало или выслушивать дальше, или просто продолжать эксплуатировать их. В конце концов даже второй вариант был не так уж плох: четверо гноллов сами никак не могли напилить столько досок, а доски вещь нужная даже в производстве оружия.