Глупая
Шрифт:
Вскочив на ноги, я подошла к двери и выглянула в коридор. Никого. Закрывшись в этот раз на совесть, я вернулась к телефону и снова сняла трубку.
– Александр Готто слушает, – он ответил сразу же.
– Папуль, ты же пошутил? Не мог же ты выдать меня замуж из-за обещания?
– Минутку, Джениса, – попросил папенька. – Лоретт, оставь меня, пожалуйста, – сказал он в сторону.
Затем наступила тишина.
– Папуль? – обеспокоилась я.
– Я здесь, Джениса.
– Так это шутка? – переспросила его.
– Нет, не шутка, – ошарашил он меня. – Но причина у твоего брака другая.
– Моя безопасность, – вполголоса озвучила я.
– Именно, – согласился папенька.
– Тогда зачем ты рассказал мне о том случае?
– Джениса, никто не мог даже предположить, что Тьма обвенчает вас с Артемио «истым» союзом. Возможно, пятнадцать лет назад нам был послан знак, и я поступил правильно.
– Ты жалеешь?
– Мне сложно описать свои чувства, – признался он. – Я рад, что теперь тебе ничего не грозит – Артемио сможет защитить ото всего. Но, разумеется, я переживаю за свою маленькую дочурку.
Ненадолго мы оба замолчали.
– Папуль, он же не хотел брака, так? – спросила я.
– Не хотел, – не стал он врать.
– Но тогда зачем?
– Артемио был уверен, что Тьма не примет тебя. В таком случае ты бы сразу вернулась домой.
– И как бы это защитило меня? – удивилась я.
– Все переключились бы на неудавшийся брак палача. А если бы кто-то смог добраться до тебя, то связь с Артемио Лафаром – уже хорошее прикрытие.
– Да, ты прав, – согласилась я. – Но зачем ему подобное представление? И как, вообще, ты смог заключить помолвку?
– Это не имеет значения, Джениса, – с твёрдостью, которая чувствовалась даже через трубку, ответил он.
– А что имеет, папуль?
– Настоящее и будущее, – наставлял папенька. – Теперь давай по порядку о том, зачем ты мне позвонила, только на этот раз без своих игр с детство.
– Я не притворялась! – рявкнула в трубку, но тут же взяла себя в руки. – Прости. Папуль, мне страшно. Я не понимаю, что делать дальше. Не готова быть женой. И вообще, не знаю, как это: быть женой. Он же совсем чужой для меня, – высказала свои опасения скороговоркой. – А ещё я теряюсь в обычаях. Тут всё по-другому. Даже за столом сидят иначе.
– Ты справишься, – с уверенностью отозвался родитель. – А что там за… курица?
– Сабита какая-то. Не знаю, любовница или нет, но хочет рассорить меня с Тео. Появилась буквально вчера. Папуль, а это нормально, когда гостья рядом с женой заселяется?
– Насколько я знаю, для приверженцев тьмы главное, чтобы была отдельная комната, а её расположение практически не имеет значения.
– В смысле? Ко мне ещё и подселить кого-то могут?!
– Вряд ли. Думаю, об этом не стоит переживать.
– Ну почему ты не предупредил меня о том, за кого я выйду замуж? – вздохнула я.
– Не хотел, чтобы ты разочаровалась.
– В чём?
– Представь на мгновение, что Тьма отвергла тебя, но при этом ты бы знала, кто твой жених, – задал папенька. – Твои чувства?
– Мне было бы обидно, – предположила я, мало проникаясь его речью, пусть и уловила её основную мысль.
– Обидно, – хмыкнул отец.
– Папуль, а почему ты в первый раз трубку положил?
– Не догадалась? – самодовольно переспросил он. – Я знал, что ты перезвонишь.
– Нельзя
таким быть, папенька, – сказала ему, скрывая свою грусть.Только мудрейший по-настоящему знал меня и понимал, как перенаправить мои мысли в правильное русло.
– Мне пора, Джениса.
– Праздновать? – надулась я. – А у меня не было никакого торжества.
– Ты же всегда пыталась избежать их? – удивился он. – Что-то изменилось?
– А ты говорил, что у меня будут самые красивые церемония и торжество!
– Всё так и было, Джениса. Не ты ли много раз повторяла, что лучшее торжество – его отсутствие?.. Да, Лоретт, сейчас подойду.
– Зовут?
– Зовут.
– Я жду тебя завтра, папуль.
– До завтра, Джениса, – попрощался он.
Несколько секунд я сидела, прижимая трубку к груди. Потом аккуратно положила её. Вышла в коридор. Катрис так и не появилась. Интересно, она сразу удалилась или успела хоть что-то услышать? Дверь в библиотеку очень манила, но мне нужно пересмотреть книги, которые передал папенька. Раз уж Тьма связала меня со своим магом, стоило узнать о её обычаях больше.
Когда я только ступила на первую ступеньку лестницы, в дверь позвонили. Остановившись, я осмотрелась: дом будто опустел. Неизвестно, как принято у «тьмушников», но у «сияющих» к двери подходил тот, кто был ближе к ней.
На пороге стоял курьер. Мельком взглянув на меня, он спросил:
– Тера Джениса Лафар?
После некоторого замешательства я кивнула и ответила:
– Да, это я.
– Распишитесь, пожалуйста.
От удивления я растерялась и подписалась как Готто. К счастью, курьер не придирался. Передав мне увесистую посылку, он тут же удалился.
С трудом дотащив её до комнаты, я сразу же прошла в кабинет и сгрузила ношу на стол. Избавившись от нескольких слоёв бумаги, я, наконец, добралась до содержимого. Газеты. Видимо, Гирд отнёсся к моей просьбе весьма серьёзно и не стал тянуть с исполнением.
Что ж, взглянем, от чего папенька берёг меня.
«Тьма против Сияния», «Грядёт война?», «Новый храм?», «Откуда пришла странная магия?», «Новая эра магии» – читала я, раскладывая газеты. Тексты статей лишь пробегала глазами, ограничиваясь заголовками.
Только предположения, не подкреплённые ни одним фактом.
И ни слова о Дженго, что, несомненно, радовало.
Через две недели тему обсуждения резко сменили. Брак Артемио Лафара, действительно, вызвал немалый ажиотаж. А скрываемое имя невесты ещё больше подогревало интерес людей. Судя по снимкам, Тео всё это время находился в центре повышенного внимания: каждая девушка, появляющаяся рядом с ним, попадала в газету вместе с предположениями об их любовной связи.
А месяц назад Даони Лаконе, племянница нынешнего энмаха, дала интервью, в котором призналась, что Артемио порвал с ней все отношения, длившиеся более года, и сообщил о своём скором браке.
И новая волна обсуждений не заставила себя ждать.
И если в «Событиях» ситуация рассматривалась спокойно, со здоровым интересом, то «В центре» пыталась найти что-то «грязное» на Тео, уличить его в каких-либо преступлениях. Пожалуй, имя Осия Аренор, которым подписывались подобные статьи, мне нужно запомнить.