Чтение онлайн

Разговорились с девицей, та оказалась москвичкой, сюда прикатила на три дня со своим папиком-бизнесменом. На шее у девицы болтался кулон с потрясающим, очень большим сапфиром. Перехватив Ларисин взгляд, москвичка махнула рукой:

– Дешевка! Двадцать штук баксов! Вот вчера я в одном здешнем доме видела камень – это улет! Я чуть не уписалась! Изумруд размером с куриное яйцо! Красивый, как глаз сатаны!

У Ларисы глаза загорелись: она с ума сходила по драгоценным камням, любимой ее поговоркой было: «Лучшие друзья девушки – бриллианты». Она спросила девицу, в каком доме водятся такие огромные изумруды, но та только пожала плечами:

– Папик меня

привез к каким-то знакомым, а я уже так нанюхалась, что была совершенно никакая…

В туалет вломились две незнакомые девицы, судя по манерам – шлюхи-профессионалки, и москвичка, недовольно покосившись на них, спрятала пакетик с «пылью» и гордо удалилась.

Лариса вернулась на танцпол, но уже не могла толком отрываться: у нее не шел из головы сказочный изумруд. Артем, зануда, в жизни ей такой не купит, но хоть бы поглядеть на него одним глазком…

В клубе появился известный кинорежиссер Барабанов, все девицы заверещали, но Ларисе было совершенно не до него. Она ушла из «Стразы» необычайно рано – еще не было и пяти.

На следующий день она спросила Зарудного, не знает ли он, у кого в нашем городе есть изумруд размером с куриное яйцо. Артем почему-то невероятно заинтересовался и подробно расспросил, откуда она знает про такой изумруд.

Казалось бы, такие совпадения должны были показаться ему подозрительными, но Артем Зарудный давно заметил, что в жизни все события идут косяком, происходят совершенно удивительные совпадения, и если один раз огромный изумруд каким-то образом попал в его поле зрения – он непременно еще раз возникнет на его горизонте. Такие совпадения Зарудный воспринимал как перст судьбы, как верный знак, что стоит на что-то обратить серьезное внимание.

Артем Зарудный считал себя человеком везучим. Ему казалось, что судьба постоянно подыгрывает ему, и свою наглую, жесткую и даже жестокую манеру делать дела и обращаться с людьми оправдывал тем, что он – хозяин жизни, и не может вести себя, как совестливый неудачник.

Вот и сейчас он воспринял последние события – подслушанный Венечкой разговор, статью об изумруде, которую сам прочел в бульварной газетенке, и то, что рассказала ему Лариса, – как ясные указания судьбы, что ему нужно заняться сказочным изумрудом, что именно операция с камнем поможет ему преодолеть временные затруднения.

Затруднения у Зарудного возникли в связи с перспективным зерновым бизнесом, которым он занялся совсем недавно. Артем купил в Краснодаре эшелон пшеницы и хотел пригнать его в Петербург, чтобы здесь с большой выгодой продать владельцам мукомольного комбината. С мукомолами была достигнута договоренность, согласованы цены и сроки поставки, но когда эшелон с зерном прошел уже полпути, выяснилось, что по какому-то непростительному недосмотру банковский счет, с которого должны были поступить деньги железной дороге за перевозку, заморожен налоговой инспекцией, и железнодорожники, не вдаваясь ни в какие подробности, отогнали эшелон на запасные пути и начали насчитывать пени и штрафы за его хранение.

Зарудный уволил двух бухгалтеров, кинулся решать вопрос сам, но железнодорожное начальство видело и не таких крутых как он, и на его трехэтажный мат ответило шестиэтажным, а на его угрозы – угрозами еще более серьезными. Короче, деньги он заплатил с другого счета, предназначенного для финансирования операций с цветным металлом, но пока суть да дело, стоявшее на запасных путях в специальных закрытых вагонах зерно «сгорело», то есть перепрело, и теперь не годилось даже на корм скоту, а Зарудный понес тройные убытки: потерял деньги,

которые потратил на зерно, заплатил пени железнодорожникам за простой эшелона и неустойку мукомолам за срыв контракта.

В масштабах всех его финансовых интересов и владений это еще не было катастрофой, он вполне мог после оправиться такого удара, но сложность заключалась в том, что он израсходовал все свои свободные денежные резервы, все свои оборотные средства, а без оборотных средств никакой бизнес, даже очень крупный и хорошо налаженный, функционировать не может.

Зарудный пошел по самому естественному пути – он обратился за ссудой к банкам, но до банкиров дошли сведения о его недавней неудаче, и они не спешили предоставлять ему ссуду. И теперь вся огромная и хорошо отлаженная машина его бизнеса могла остановиться, а в бизнесе, как и в езде на велосипеде, остановка – это падение.

Перед Зарудным замаячила весьма часто случающаяся с крупными бизнесменами опасность: бывает, что человек, владеющий собственностью на десятки и даже сотни миллионов долларов, разоряется из-за того, что ему приходится неожиданно выплатить совсем небольшие по его масштабам деньги, один-два миллиона или даже несколько сотен тысяч, поскольку эти деньги нужно каким-то образом изъять из бизнеса, а это – практически то же самое, что вынуть нижнюю карту из карточного домика: вынешь одну – рухнут все.

В этой ситуации помочь ему могло вливание наличных средств со стороны, и он воспринял появление на горизонте уникального бесценного изумруда, как перст судьбы, как еще одно проявление своего исключительного везения. Выходило так, что этот изумруд, бесследно пропавший в годы революционного хаоса, сейчас выплыл из небытия с единственной целью – помочь Артему Зарудному сохранить свою финансовую империю.

Оставалось только решить два незначительных вопроса – найти изумруд и заполучить его. Лучше всего, конечно, заполучить камень самыми привычными для Зарудного методами – силой или обманом, но в самом крайнем случае можно его купить… купить по возможности дешевле, чтобы потом продать с огромной прибылью сумасшедшему английскому миллионеру, владельцу второго «Глаза Ночи».

Однако трудности возникли уже на самом первом этапе. Зарудный приказал Венечке внимательно следить за посетителями бара, и как только появится тот блондин, который разговаривал по мобильнику об изумруде, дать знать об этом Зарудному, постаравшись задержать блондинчика в баре под любым благовидным предлогом, а если представится возможность – установить его личность.

– Артем Николаевич! – воскликнул Венечка, ударяя себя в грудь наманикюренной рукой. – Насчет того, чтобы внимательно наблюдать за посетителями, вы могли бы мне и не говорить! Я и так постоянно предельно внимателен!

– Русский ты, Венечка, – усмехнулся Зарудный, цитируя классику, – а по-русски не понимаешь. Если я говорю – внимательно, значит, утрой свое внимание!

Венечка поклялся внимание не то что утроить, а прямо-таки удесятерить, но загадочный блондин в очках без оправы как сквозь землю провалился, во всяком случае совершенно возмутительно перестал появляться в баре «Хонки-Тонки».

Параллельно Зарудный пытался выяснить личность москвички, с которой Лариса разговаривала в «Стразе», но это тоже оказалось совершенно глухим номером. Московские бизнесмены, конечно, часто бывают по делам в Петербурге, но узнать, кто из них привозил с собой подходящую под Ларисино описание любовницу, было то же самое, что пытаться найти нужного человека на пляже в Сочи в самый разгар сезона.